ГлавнаяКонтактыПоискКарта сайта

Интервью и комментарии в СМИ

 

Минфин объяснил, как пересмотреть цены госконтрактов из-за повышения НДС

Исключения есть, но в основном бизнес заплатит налог из своей прибыли.

Компании, работающие с госзаказом, смогут пересмотреть цены контрактов из-за повышения НДС с 18 до 20% с 2019 г. Но им предстоит доказать, что выполнить договор по старым ценам невозможно, объясняет Минфин в письме от 28 августа.

Определяя начальную цену контракта, компания должна учитывать все факторы, которые влияют на цены: условия и сроки поставки, риски возможного повышения цен, в том числе инфляционные и налоговые, пишет Минфин, по договору цена контракта определяется на весь срок и изменить ее невозможно. Поэтому цены контрактов не могут вырасти из-за повышения НДС, уверен Минфин.

Но иногда закон позволяет изменить цену – если по новым, не зависящим от сторон обстоятельствам заказ невозможно исполнить. Исключение касается контрактов, которые заключены более чем на три года (поставки для федеральных или региональных нужд) или более чем на год (для муниципальных нужд), а стоимость контракта выше 10 млрд, 1 млрд и 500 млн руб. соответственно, считает Минфин, в том числе если она достигла этих пределов из-за повышения ставки НДС.

Общая норма закона – условия контракта изменяться не могут, объясняет руководитель Центра размещения госзаказа Александр Строганов. Иначе это нарушает конкурентные условия торгов, соглашается с ним руководитель антимонопольной практики Goltsblat BLP Николай Вознесенский. Исключения, записанные в законе, – следствие действий самого госзаказчика: уменьшение лимита бюджетного финансирования или увеличение работ, перечисляет Строганов: «Макроэкономические условия для изменения не предусмотрены – негласно считается, что поставщики сами должны выкручиваться, как хотят».

Разрешить корректировать цену из-за поправок в закон – правильный и разумный шаг, считает партнер Taxology Алексей Артюх, но Минфин не предлагает менять стоимость контрактов, а описывает редкие исключения. Пересмотреть контракт можно только по соглашению сторон, уверен руководитель аналитической службы «Пепеляев групп» Вадим Зарипов, доказать невозможность исполнения контракта трудно. Разве что компания докажет, что не может закупить нужные материалы или работать с контрагентами, рассуждает Вознесенский: «Смысл письма в том, что НДС автоматически заплатит бизнес из своей прибыли». Компания остается слабой стороной контракта, сетует он, и будет обязана исполнить заказ в любом случае: «Иначе бизнес попадет в реестр недобросовестных поставщиков».

Непонятно, почему Минфин устанавливает какие-то критерии, – увеличение НДС касается стоимости любого контракта, удивляется Строганов. А на деле увеличить стоимость не получится ни у кого – даже если удастся убедить госзаказчика, увеличение не оплатит казначейство, уверен он: «У казначейства электронный бюджет на несколько лет, запланированы деньги, которые должны до копейки биться с деньгами, которые выплачиваются. Без законодательной инициативы, обязывающей увеличить стоимость всех контрактов на 2% роста НДС, исполнители ничего не получат». Логично было бы дать пояснения в самом законе, солидарен старший юрист Taxadvisor Виктор Андреев.

Анна Холявко

02.09.2018

Малые закупки соберет агрегатор

Правительство России запускает с 1 июля в пилотном режиме интернет-агрегатор малых закупок. Ожидается, что с 1 ноября он cтанет обязательным для использования. По мнению чиновников, интернет-агрегатор поможет увеличить число предложений для госзаказчиков и усилит конкуренцию среди поставщиков. Эксперты, между тем, настроены скептически: они уверены, что в новом ресурсе необходимости нет, и его создание станет пустой тратой бюджетных денег.

Распоряжение о создании интернет-агрегатора подписал премьер-министр России Дмитрий Медведев. Реализацией проекта займется «дочка» «Ростеха» — компания «РТ-Проектные технологии».

В соответствие с действующим законодательством заказчики вправе проводить небольшие закупки у единственного поставщика без конкурсов. Потолок малых закупок – 100-400 тыс рублей. Ожидается, что подписанное распоряжение расширит для субъектов предпринимательства возможности предлагать свои товары, работы и услуги заказчикам, отмечает Минфин.Поставщики смогут выставлять товар на продажу в самом интернет-агрегаторе. Для того, чтобы работать в системе, им надо будет указать основные характеристики продукции, цены и условия поставки.

Генеральный директор «ТЭК-Торг» Дмитрий Сытин отметил в комментарии Torg94, что название «интернет-агрегатор» не вполне точно.

— Скорее это интернет-магазин. Агрегаторы же предназначены для сбора и предоставления информации из каких-то других источников, они не предназначены для проведения закупок, — сказал эксперт.

По его мнению, сегодня в области малых закупок нужен именно агрегатор, так как эта сфера до настоящего момента была недорегулируемой и четкого инструмента для работы с нею не было.

— Электронные площадки, работая по 44-ФЗ, предлагали создать такой инструмент в регионах. Однако единой системы на государственном уровне пока нет, — подчеркнул Дмитрий Сытин.

Он добавил, что интернет-агрегатор в предложенном виде все же нужен, однако надо ли делать его на базе государственный информационной системы – ответ не очевиден.

— Работа такого агрегатора потребует много работы с поставщиками, в том числе на уровне управления нормативно-справочной информацией – позициями справочника, и т.д. Также надо будет взаимодействовать с поставщиками при создании прайс-листов, при обсуждении возможностей поставщиков. Все это государству придется организовать за счет бюджета. Между тем, у существующих площадок, работающих по 44-ФЗ, подобный инструмент для работы с малыми закупками уже есть. И если бы государство установило единые правила, мы могли бы делать по ним то же самое, передавая результаты в единую государственную информационную систему для агрегации и анализа, — сказал эксперт.

Руководитель департамента по управлению и развитию электронной торговой площадки Российского аукционного дома (РАД) Елена Канцерова также считает, что при работе с малыми закупками было бы правильнее пользоваться ресурсами, которые уже созданы и работают.

— Такими ресурсами являются федеральные электронные площадки. Зачем нужен дополнительный агрегатор, нам непонятно. Создали еще один ресурс для сбора и предоставления сведений для участников закупок. Этот ресурс должен обслуживаться, он имеет свой порядок работы. Зачем создавать еще одну инфраструктуру, когда есть федеральные электронные площадки, чья работа жестко регламентируется. Почему бы не начать использовать их, — говорит эксперт.

По ее мнению, создание агрегатора не откроет новые возможности для участия малого бизнеса в госзаказе.

Руководитель Центра размещения государственного заказа Александр Строганов согласен с Еленой Канцеровой.

— Если мы хотим потратить бюджетные деньги на содержание какой-либо системы, все равно какой, то это прекрасный способ. На создание новых возможностей для участия малого бизнеса в госзаказе данная система никак не повлияет, — сказал эксперт.

Он рассказал, что в агрегаторе будут представлены предложения малого бизнеса, однако заглядывать туда никто не будет обязан. Почему бы не создать такую же систему по конкурсам, по запросам предложений? Создается впечатление, что денег в бюджете много и их некуда тратить, — отметил Александр Строганов.

Руководитель Центра размещения государственного заказа обратил внимание на то, что с договорами до 100 тыс рублей у заказчиков никогда не возникало проблем.

— Поэтому заявления о том, что эта система якобы поможет заказчикам, это полная чепуха. Никаких проблем с подобными закупками никогда не было. С точки зрения того, поможет ли эта система узнать о поставщиках, то здесь ответ также будет отрицательным. О поставщиках заказчики могут узнавать и без этой системы. Ничто не мешает поставщику написать письмо заказчику напрямую. Поэтому для меня непонятна цель создания системы. Она нужна разве для того, чтобы получить миллиарды на ее содержание и последующую модернизацию, — сказал Александр Строганов.

Он добавил, что электронный агрегатор не составит конкуренции электронным площадкам.

— Он будет работать с закупками в размере 100 тыс рублей. А электронные площадки, наоборот, работают с закупками свыше 100 тыс рублей. Конечно, у площадок могут быть опасения, что на базе агрегатора будет создан единый портал для универсальной торговой площадки. Но пока речи об этом не идет, — заключил эксперт.

Александр Столяров

14.05.2018

 

Зона повышенной ответственности

Правительство РФ с 1 июля снизит порог обеспечения заявок по госконтрактам. Контракты стоимостью более 1 млн рублей будут требовать обеспечения. Ранее заказчики были обязаны устанавливать требования к обеспечению только для заявок на участие в конкурсах и аукционах, превышающих 5 млн руб. Эксперты сомневаются, что снижение порога будет эффективной антидемпинговой мерой, однако считают, что это решение поможет снизить коррупционные риски в сфере госзаказа.

Постановление о начальной стоимости контрактов, требующих обеспечения, было подписано премьер-министром России Дмитрием Медведевым. На рассмотрение правительства документ был внесен Минфином России. Постановление будет действовать в отношении проводимых закупок товаров, работу и услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд. Как отмечают авторы постановления, целью снижения порога является повышение финансовой ответственности участников закупок. Ожидается, реализация положений постановления позволит закрыть доступ к госконтрактам недобросовестным поставщикам. Кроме того, авторы убеждены, что данное предложение является также эффективной антидемпинговой мерой.

Руководитель Центра размещения государственного заказа Александр Строганов объяснил в комментарии Torg94, что подписанное постановление касается поправок к 44-ФЗ (о контрактной системе), которые вступят в силу в июле этого года.

“В поправках есть положение о том, что заказчик должен обеспечивать заявки ценой свыше 5 млн руб. Однако есть оговорка, что правительство может установить другие положения. Вот в данном случае правительство и выпустило постановление, обязывающее заказчика обеспечивать заявки с меньшей ценой – начиная от 1 млн рублей”, — уточнил эксперт.По его словам, снижение порога обеспечения заявок по госконтрактам не станет эффективной антидемпинговой мерой.

“Это решение никак не подействуют, все антидемпинговые меры у нас не работают”, — сказал Александр Строганов.

Он добавил, что, тем не менее, в данном решении есть своя логика.

“Обеспечение заявок по госконтрактам – такое решение используется и в мировой практике, оно называется там “залогом серьезности”. Поставщики, обеспечивая заявки, должны хоть немного задуматься. Так как сегодня некоторые часто просто сидят, нажимают кнопки, а что за продукцию надо поставлять узнают уже потом. Я был свидетелем одного такого случая. Для воинской части закупали хладон (реагент для тушения пожара – ред.). Сначала отправили котировочную заявку, а потом начали выяснять, где взять продукцию, и что это такое”, — рассказал эксперт.

По его мнению, при принятии решения о снижении порога обеспечения заявок по госконтракткам сыграло немалую роль “лобби электронных площадок.

“Электронные площадки – любители заработать. Вот они и просят: “Дайте нам еще денег!”. Между тем в ряде случаев данной мере нет необходимости. Она принесет только головную боль и поставщику, и заказчику. Круг поставщиков сократится. Вместе с тем, существенных изменений от снижения порога не будет – ни в положительную, ни в отрицательную сторону”, — заключил Александр Строганов.

С ним согласен генеральный директор ЭТП SETonline Сергей Беккер.

“Не вижу связи между этим решением и антидемпинговыми мерами. Причем здесь антидемпинг? Никакого смысла в снижении порога обеспечения заявок по госконтрактам нет. Возможно, это решение облегчит ситуацию для малого бизнеса. Но с другой стороны, это повысит и риски заказчика, связанные с неисполнением контрактов”, — сказал эксперт.

По его словам, число клиентов у электронных площадок после реализации данных предложений не изменится.

“С одной стороны, порог снижается. С другой – компании, которые до этого хотели серьезно участвовать в закупочных процедурах, и так могли найти деньги на обеспечение”, — подчеркнул Сергей Беккер.

Заместитель директор компании “МЭЛТОР” Лев Алин озвучил предположение, что на снижение порога с 5 млн руб. до 1 млн руб. повлияли неисполненные контракты, по которым не было обеспечения. Эксперт считает, что данное решение скорее не антидемпинговая, а антикоррупционная мера.

Лев Алин также заявил, что снижение порога не поможет увеличить число людей, участвующих в электронных торгах.

“Тех, кто хотел в них участвовать, и так в них участвовали”, — уточнил он.

Эксперт добавил, что данное решение будет непопулярной мерой для малого и среднего бизнеса.

“Обеспечение – это денежный налог, средства для которого надо где-то взять. Нужна либо банковская гарантия, либо реальные деньги. Поставщики выступают за то, чтобы данных требований не было вообще. Однако государство приняло другое решение. Было принято решение, что обеспечение станет гарантом между поставщиком и заказчиком”, — заключил Лев Алин.

Александр Столяров

20.04.2018

Малый бизнес подпустят к крупному

Премьер-министр России Дмитрий Медведев подписал распоряжение, расширяющее список заказчиков, обязанных привлекать к закупкам малый и средний бизнес. В список вошли более 600 компаний, в том числе представители нефтегазовой отрасли и топливно-энергетического комплекса. Эти компании обязаны будут закупать не менее 15% от общей доли своего годового заказа исключительно у малого и среднего бизнеса. Мнение экспертов портала Torg94 разошлись: одни считают, что данные меры отразятся на развитии малого и среднего предпринимательства, другие уверены, что кроме увеличения бумажной волокиты ничего не произойдет.Расширение перечня заказчиков, обязанных работать с малым и средним бизнесом (МСП), стало возможно после снижения пороговых значений годового объема выручки и активов, при которых заказчик обязан проводить закупки у МСП. С начала текущего года требования о закупках у малого бизнеса коснулись госкомпаний с годовой выручкой более 500 млн руб. Также под действие данной нормы попали автономные учреждения, заключившие в течение года контракты на сумму более 250 млн руб. Кроме того, на решение о расширении перечня повлияло изменение критериев отнесения к заказчикам, обязанным привлекать к закупкам МСП.

Всего в перечень теперь входит более 1050 компаний. Это федеральные и региональные предприятия. Среди них «Башинформсвязь», «Салаватский химический завод», «Газпром добыча Краснодар», «Концерн Калашников», «Транснефть-Сервис» и другие. Компании из перечня обязаны будут отдавать малому и среднему бизнесу не менее 18% от общей суммы договоров в год, причем 15% закупок должны быть предназначены исключительно для МСП.

Руководитель комитета «Деловой России» по развитию государственно-частного партнерства и взаимодействия бизнеса и госкомпаний Сергей Фахретдинов отметил в комментарии Torg94, что для всех субъектов малого и среднего бизнеса расширение перечня – это радостное событие.

“В очередной раз правительство увеличивает гарантированный спрос на товары, работы, услуги субъектов МСП. Главное, чтобы госкомпании, вновь вошедшие в правительственный перечень, воспользовались успешным опытом своих коллег, на которых эта квота закупок была распределена ранее”, — сказал Сергей Фахретдинов.

Он обратил внимание на то, что такие компании, как ГК «Автодор», ОАО «РЖД», ПАО «Россети», госкорпорация «Росатом», уже выстроили успешное взаимодействие с малым и средним бизнесом.

“Они показывают высокую заинтересованность в сотрудничестве с ним и хорошие результаты выполнения квот на закупки у МСП, в том числе производственной высокотехнологичной продукции, а не только лишь услуг. Того же ждем и от тех компаний, которые сейчас вошли в правительственный перечень”, — заключил руководитель комитета «Деловой России» по развитию государственно-частного партнерства и взаимодействия бизнеса и госкомпаний.

Директор Института повышения конкурентоспособности Алексей Ульянов, напротив, считает, что подобные меры только убивают малый бизнес.

“Когда госкомпании – субъекты 223-ФЗ – обязывают работать с малым бизнесом по правилам 44-ФЗ, ни к чему хорошему это не приводит. Мы неоднократно говорили об этом, заявляли о том, что аукционы губительны, так как они ведут к монополизации, вымыванию производственного малого бизнеса”, — отметил эксперт.

По его словам, перевод малого бизнеса на правила 44-ФЗ приведет к тому, что останутся лишь фирмы-однодневки.

“Необходимо же создавать класс малых компаний, способных производить комплектующие и т.д. Такие компании есть у любой развитой западной корпорации, они сотрудничают. В России же ничего этого нет. Поэтому надо создавать программы партнерства. Об этом уже неоднократно заявлялось, но Федеральная антимонопольная служба (ФАС) выступает против подобных программ. О какой тогда конкуренции можно говорить? Она существует только в головах теоретиков, есть модель, а есть реальная жизнь. ФАС же пытается притянуть за уши эту модель. Без программы партнерства ничего не будет. Внесение в список дополнительно 600 компаний, обязанных работать на аукционах, просто убьет производственный малый бизнес”, — сказал эксперт.

По мнению руководителя Центра размещения государственного заказа Александра Строганова, ответ на вопрос о том, увеличит ли участие в госзакупках малого бизнеса расширение перечня компаний, обязанных привлекать МСП, однозначен.

“Конечно, нет. На бумаге, конечно, расширит, в отчетах участие малого бизнеса расширится. Но в реальности в закупках компаний будут участвовать их дальние «дочки» или «дочки» партнерских компаний. На бумаге будут отчитываться, что все хорошо, но на самом деле у нас в стране нет столько малых предприятий, сколько пытаются протащить к госзаказу и к закупкам у корпораций”, — подчеркнул эксперт.

Он обратил внимание, что нет никакого смысла допускать к заказу компании, «занимающиеся перепродажей в стиле торговца петрушки на рынке», лишь для того, чтобы соблюсти квоты.

“Между тем, таким специфическим компаниям, которые вошли в перечень, нужны только малые предприятия из реального производства. Достаточного числа таких компаний, повторю, у нас нет. Так что в реальности на рост малых предприятий данные меры не окажут ни малейшего влияния, – сказал Александр Строганов. – У нас есть определенное число производственных малых предприятий, рынок остановился на данном этапе развития. Экономическая ситуация в стране такая, что больше подобных предприятий в ближайшее время не появится. Мы же в принудительном порядке пытаемся сделать их больше, чем их есть на самом деле.

По словам эксперта, предложенные меры приведут к тому, что в закупках начнут принимать участие «дочки», «внучки» и «правнучки» крупных компаний.

“Для настоящего малого бизнеса пользы не будет, хотя хуже не станет. А вот у крупных компаний будет больше бумажной волокиты”, — заключил Александр Строганов.

Александр Столяров
28.03.2018

 

Минфин грозится ужесточить контроль за крупными госконтрактами

Казначейство будет собирать информацию об их себестоимости.
 

Минфин грозится ужесточить контроль за крупными госконтрактами – обязать исполнителей раскрывать себестоимость, сообщил министр финансов Антон Силуанов. Правило будет применяться к контрактам с единственным поставщиком и на проектах, где появляется добавленная стоимость, например стройке. Контроль – за Федеральным казначейством. Новые правила будут введены с 2019 г., надеется его руководитель Роман Артюхин.

Поставщик предоставляет документы, например, на выплату зарплат, казначейство перечисляет деньги, но исполнители зарплату так и не получают, объяснял проблему замруководителя казначейства Александр Демидов. Она особенно остра на стройках в регионах, жаловались строители.Казначейство сопровождает госконтракты дороже 100 млн руб. с 2016 г. – авансы для них перечисляются только после проверки документов. Почти каждый 20-й госконтракт можно отнести к крупным – в 2017 г. их было заключено на 1,8 трлн руб.

Раньше Налоговый кодекс обязывал контрагентов, в том числе по госконтрактам, раскрывать себестоимость работ, вспоминает руководитель Центра размещения госзаказа Александр Строганов. Предложение же нужно дополнить, сделав ожидания по прибыли критерием конкурса. Для особых случаев нужно ввести механизм максимальной нормы прибыли, сказал Артюхин.

Строители могут уклоняться от казначейского сопровождения, например строить на заемные деньги, а потом получать платеж от государства, говорит руководитель общественного совета Минстроя по техническому аудиту Илья Пономарев, а себестоимость можно сформировать любую. Из-за системы госэкспертизы ценится умение максимально раздуть смету проектной документации, сказал он. Ее цена нереальна, так как определяется методом коэффициентов к ценам 1990-х гг., говорит гендиректор ГУП «Агентство по госзаказу Республики Татарстан» Яков Геллер: строителям приходится обналичивать деньги, чтобы платить рыночные зарплаты, переход на учет внутриконтрактных расходов позволит определить реальную стоимость объектов.

Ольга Адамчук
28.03.2018

Федеральное казначейство станет платежной системой с 2020 года

Новая система казначейских платежей позволит сократить сроки проведения расчетов из бюджета, пообещал Антон Силуанов.

Федеральное казначейство должно доводить бюджетные средства в режиме онлайн, сообщил министр финансов Антон Силуанов. В 2019 г. в ЦБ должен быть открыт единый счет для обслуживания клиентов казначейства, а в 2020 г. оно должно обслуживать клиентов уже не через ЦБ, а самостоятельно, заявил Силуанов. В 2018 г. для этого нужно принять поправки в Бюджетный кодекс.

Сейчас Федеральное казначейство уже открывает счета в ЦБ и коммерческих банках – для учета средств федерального бюджета. Но казначейство должно стать самостоятельной платежной системой и быть автономным от банков и ЦБ, считает Антон Силуанов.
 
Новый метод казначейского сопровождения средств федерального бюджета был внедрен в 2016 г. Только за тот год это позволило аккумулировать бюджету 250 млрд руб., подсчитывал министр Силуанов. Но для поставщиков система создавала проблемы, делая их зависимыми от третьей стороны: за каждую неверную запятую поставщик рискует получить задержку оплаты, говорил гендиректор Центра размещения госзаказа Александр Строганов. Еще одной претензией было увеличение сроков доведения средств бюджета.
 
Новая система казначейских платежей позволит сократить сроки проведения расчетов из бюджета, пообещал Силуанов. Сейчас на это уходит три дня. «Мы должны сделать все необходимое, чтобы платежи проходили в режиме реального времени», – потребовал министр финансов. Изменения несущественно скажутся на госзакупщиках, считает Александр Строганов. Ведь сроки платежей, доводимых банками до бюджетополучателей, сейчас измеряются в считанные дни, проблемы здесь нет.
 
Еще одна мера – переход казначейства к размещению средств по годовым репо по рыночной плавающей ставке, сообщил Силуанов, ожидается и внедрение двух новых инструментов – валютного свопа и депозитов.
 
Евгений Разумный
21.03.2018

Поправки - еще не решение проблемы хищений в госзакупках

В понедельник, 19 марта, в студии сетевого вещания «ВМ» прошел круглый стол на тему «Бюджетный контроль: наказание за нарушение закона о госзакупках решено увеличить».

В начале марта президент России Владимир Путин внес в Госдуму законопроект, который дополняет Уголовный кодекс новыми статьями - «Злоупотребление в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных или муниципальных нужд» и «Подкуп работника контрактной службы, контрактного управляющего, члена комиссии по осуществлению закупок». Прежде указанные лица могли отделаться незначительными штрафами. Совет Федерации одобрил предложенный законопроект. К чему могут привести новые ужесточения, обсудили участники круглого стола.

- Шаг естественный. Ужесточение ответственности в госзакупках - мера, которая всегда вызывает только положительные эмоции, по крайней мере со стороны граждан как налогоплательщиков. С точки зрения международного опыта, этот подход распространенный, стандартный, - уверен директор Института Госзакупок Андрей Храмкин.

С ним не согласилась директор Правового департамента Федерального автономного учреждения «РосКапСтрой» Минстроя России, старший преподаватель кафедры «Финансовый контроль, анализ и аудит» РЭУ им Плеханова Елена Шабанова.

- В регионах были случаи, когда к заказчику приходил контрольный орган, и указывал на неправомерные действия, выписывая предписание, - приводит она пример. - Заказчик платил штраф, исправлялся. Затем приходил другой контрольный орган, и говорил, что надо делать наоборот. Неурегулированность в законодательстве в сфере закупок может повлечь сложные последствия. Заказчики и контрактные управляющие и так уже боятся работать в этой сфере, потому что в основном нарушения у нас носят технический характер. Кроме того, профессионализм контрольных органов не всегда позволяет правильно толковать те или иные нормы и применять их по отношению к заказчикам. Существует и проблема непрофессионализма заказчиков, от которого страдать будут в основном учреждения бюджетной сферы. Мы знаем, что при неимении людей комиссии формируются из водителей, медсестер и прочих. Не зная законодательства, люди зачастую совершают эти ошибки непреднамеренно. Вообще, был умысел или нет, очень сложно доказать.

По словам директора Института актуальной экономики Никиты Исаева, российская экономика стала государственной уже на 80 процентов, а остальная часть напрямую от государства зависит. Учитывая, что госзаказ, составляющий порядка 25 триллионов рублей, существенно превышает федеральный бюджет, решение проблемы бюджетного контроля является макроэкономическим.

- Фиксируется более 50 процентов теневого сектора российской экономики, и это в основном как раз государственный контракт, - говорит эксперт. - Мы ужесточаем законодательство, вводим уголовные статьи, но это не самое главное. Вопрос не в факте наличия закона, а в его применении. То, что сейчас происходит в стране - это абсолютная имитация борьбы с коррупцией. Это имитация за чистоту государственных контрактов. Пока у заказчиков и исполнителей не появится понимания "освоения" бюджета, ничего происходить не будет. У нас сначала выделяются деньги, потом под это выделяется госзаказ товаров, работ и услуг. Нужно менять саму философию. Вместо целеполагания и осмысления госпрограммы экономического развития, которой, по моему мнению, в стране не существует вообще, мы видим латание дыр, подстраивание под экономическую ситуацию. Есть дефицит бюджета, но мы не пытаемся обеспечить эффективность расходов, а хотим, чтобы и овцы были целы, и волки сыты, потому что олигархическая экономика по другому работать не может.

Руководитель Центра размещения государственного заказа Александр Строганов обратил внимание на то, что реформа госзаказа идет без малого 14 лет.

- Контрольные органы ежегодно рапортуют, что ситуация становится все лучше. Как же лучше, если вводят уголовную ответственность? Про целеполагание. Я практически не встречал заказчиков и поставщиков, искренне заинтересованных в результатах своего труда. Заказчики хотят соблюсти процедуры, избежать наказания и получить прибыль, официальную и неофициальную. А поставщик просто хочет получить деньги.

Усиление санкций необходимо и послужит предупредительной мерой, которая остановит потенциальных нарушителей закона. Председатель Московского антикоррупционного комитета при Московской торгово-промышленной палате, профессор, Доктор юридических наук Мансур Юсупов подчеркивает, что в первую очередь для государства важно сохранение сбережений бюджетных средств.

- Область закупок - это сфера с сотнями миллионов рублей, уходящими вникуда. Несмотря на принятые федеральные законы, лазейки, дающие возможность уводить огромные средства, по прежнему сохраняются. Поэтому настало время, когда за такие нарушения нужно вводить уголовную ответственность. Постоянно расширяется и антикоррупционное законодательство, выходят новые запреты, однако хищения продолжаются. Если годами заказчики и поставщики привыкли к преступному сговору, легкой наживе, в один день это прекратить невозможно. Должен быть системный, комплексный подход, включающий предупредительные и психологические методы, а также создание систем взаимного контроля сотрудников.

Подробнее рассмотрел поправки в Уголовный кодекс адвокат, член коллегии адвокатов «Камаев и партнеры» Алишер Захидов. Спикер подчеркнул, что одна из статей предполагает срок наказания до десяти лет лишения свободы. Но главное, на что он обратил внимание присутствующих, что в двух основных законах о госзакупках № 44 и № 223 есть системные ошибки, которые воспроизводят эти преступления постоянно на протяжении десяти с лишним лет и низводят действие новых поправок.

- Есть понятие внешнего контроля и есть понятие внутреннего, - говорит гость студии. - Последний нигде не работает. Это служебная зависимость, подкуп, давление, увольнение и всякая зависимость от руководства тех госкорпораций, которые работают по 223-му закону. По 44-му действует только администрация со стопроцентным бюджетным капиталом. На сегодняшний день в законе вообще нет понятия финансового контроля. Корпорации сами как хотят разрабатывают положения о госзакупках. Главный камень преткновения - это техническое задание. На сегодня нет никаких механизмов, которые не позволяли бы прописать конкретное техническое задание для поставщика. Можно сделать так, чтобы все остальные поставщики вообще были отсечены. А одно конкретное лицо будет выбрано, став победителем конкурса. Этот механизм, к сожалению, существует, и он порочен. Как адвокат я не раз разбирал уголовные дела, когда конкретные технические задания были расписаны под определенного поставщика. Существующие сегодня два закона не оправдали себя, они плохие. Они списаны с типовых законов, которые разработаны на уровне ООН, а наши "умные головы" ничего не сделали, просто адаптировали их под нашу действительность. Здесь должна быть совершенно другая гибкая система. Сколько траву не коси, поле останется. А поле - это эти два закона.

- Я немножко удивлен ходом рассуждений, - признался директор Института Госзакупок Андрей Храмкин. Эти два закона совершенно правильные. Есть антимонопольное законодательство и Федеральная антимонопольная служба, контролирующие их исполнение. Если рассматривать наш вопрос с точки зрения борьбы с коррупцией в госзакупках, то ужесточение - это один из немногих действенных путей. Повышение эффективности закупок - это совсем другая задача. Должно идти комбинирование и того, и другого. Выстроить этот баланс в законодательстве - основная наша цель.

Однако, адвокат Алишер Захидов парировал, что Федеральная антимонопольная служба завалена жалобами, и что огромное количество отказов они делают по чисто формальным основаниям. Ни она, ни органы казначейского контроля, ни Счетная палата не могут кардинально влиять на ситуацию. Нужен единый контролирующий орган.

Директор Института актуальной экономики Никита Исаев отметил, что качество, цену и целеполагание может обеспечить конкуренция, однако ее нет ни в политической жизни, ни в экономике, ни между хозяйствующими субъектами, ни между поставщиками продукции. Существующие два закона обеспечить ее не в состоянии. Со столь категоричным суждением не согласился Андрей Храмкин, заметив что в сферах образования и консалтинга она безусловно присутствует. В целом подавляющее число экспертов, гостей студии, сошлись на мнении, что законодательство в сфере госзакупок нуждается в изменениях, только тогда поправки смогут достичь нужного эффекта.

Алексей Пищулин

19.03.2018                           

 

Конфликт муниципального значения

В законодательстве о закупках нашли конфликт интересов.

Госсовет Удмуртии внес в Госдуму законопроект о повышении эффективности контроля за госзакупками. Авторы документа нашли конфликт интересов в действующем законодательстве о муниципальных закупках. Проводят муниципальные закупки и осуществляют за ними контроль одни и те же лица - главы муниципальных образований. Депутаты предлагают передать контрольные полномочия муниципального уровня по госзакупкам на региональный уровень. Эксперты портала Torg94 разошлись во мнении: кто-то считает, что инициатива имеет правильный вектор, кто-то, наоборот, уверен, что она нарушает Конституцию.  

Внесенный в Госдуму проект закона дает право регионам самостоятельно перераспределять контрольные полномочия за муниципальными закупками. В соответствие с действующим законодательством муниципальные органы наделены полномочиями на контроль за закупками. Однако, по мнению авторов документа, сегодня настал момент, когда надо оптимизировать работу контрольных органов муниципального уровня.

Как ожидается, документ также позволит сформировать единообразные методы контроля. Реализация законопроекта позволит привлечь к ответственности лиц, совершивших нарушения при проведении муниципальных закупок.

Законопроект был единогласно принят на сессии Госсовета Удмуртии 13 декабря прошлого года. Депутаты обнародовали данные о том, что некоторые органы местного самоуправления фактически не осуществляют контроль за закупками. Либо осуществляют не в полной мере - во внеплановом порядке по факту поступающей информации.

Авторы инициатиы утверждают, что ее реализация не потребует дополнительного финансирования, в том числе из федерального бюджета.

В настоящий момент в нижней палате парламента ведется экспертная работа над законопроектом, сообщил Torg94 источник в аппарате Госдумы, знакомый с документом. Комитет Госдумы по экономической политике, промышленности, инновационному развитию и предпринимательству, по словам источника, рассмотрит законопроект через месяц - во второй половине февраля.

Директор Института повышения конкурентоспособности Алексей Ульянов заявил Torg94, что не видел документ, но считает вектор, заложенный в нем, правильным.

"Главное, чтобы эта хорошая инициатива не закончилась тем, что ничего не поменяется, а только будет добавлен новый вид контроля. У нас контроля за закупками сейчас избыток, его, я считаю, надо делать меньше", - отметил эксперт.

По его словам, Россия - федеративное государство, однако в рамках работы по повышению контроля за закупками этот принцип нарушается.

"Весь контроль за закупками у нас сконцентрирован на федеральном уровне. Мировой же опыт и опыт коммерческих корпораций свидетельствует, что сначала лучше разобраться на местах. Должны работать службы внутреннего контроля, и они могут снять большую часть проблем - до 80% из них. Если внутренняя служба контроля не работает, если создан междусобойчик, тогда уже надо обращаться в органы, тащить проблему вверх", - заключил Алексей Ульянов.

Руководитель Центра размещения государственного заказа Александр Строганов высказал противоположное мнение. По его словам, законопроект Госсовета Удмуртии малоактуален, он вряд ли дойдет до рассмотрения на пленарном заседании Госдумы, а скорее всего так и останется в какой-нибудь из рабочих группы нижней палаты парламента.

"Муниципальные закупки - это личное дело муниципалитетов. В конце концов у нас в стране есть муниципальное самоуправление. А когда у него забирают полномочия, получается, что наполовину оно есть, а наполовину нет", - сказал эксперт.

"Авторы документа утверждают, что муниципальный контроль за закупками неэффективен, - продолжил Александр Строганов. - Но как они оценивали его эффективность? Удмуртский Госсовет что ли оценил эффективность муниципального контроля по всей стране? Вряд ли. Получается придумали какую-то инициативу, написали законопроект. Но вот зачем он, к чему он приведет, насколько он легитимен и какая от него польза? Об этих вопросах никто не думал".

Эксперт добавил, что предложенный законопроект содержит в себе "грубейшее попрание принципов Конституции".

Начальник отдела правовой экспертизы B2B-Center Дмитрий Казанцев заявил Torg94, что логично было бы, чтобы контроль за муниципальными закупками осуществлял тот, кто дает деньги.

"Подавляющее большинство муниципалитетов сегодня зависят от регионов в плане финансирования. Поэтому было бы логично, если бы регионы осуществляли такой контроль. Некоторые регионы находятся на самоокупаемости, но это уже другая ситуация", - отметил эксперт.

По его мнению, инициатива Госсовета Удмуртии напоминает о более глобальной проблеме, когда полномочия контролирующего субъекта закупок по 44-ФЗ и подконтрольного объекта совпадают.

"Я имею в виду ситуацию, когда заказчик сам является лицом, принимающим решение. При этом он бывает принимает решения и в ситуациях, когда он является заинтересованным лицом. Поэтому если рассматривать этот законопроект, то в контексте разделения ролей между участниками закупочного процесса. Это необходимо для того, чтобы минимизировать потенциальный корыстный интерес", - заключил Дмитрий Казанцев.

Александр Столяров

23.01.2017

 

У нас народ изобретательный. Как устроена московская машина пропаганды

За последние два года мэрия Москвы потратила почти 20 миллиардов рублей на поддержку средств массовой информации и издание книг. Спецкор «Медузы» Иван Голунов внимательно изучил, куда пошли эти деньги, — и выяснил, как московские власти платят за комментарии пользователей в соцсетях, влияют на повестку «Яндекс.Новостей» и финансируют издание собрания сочинений поэта-песенника Ильи Резника. А также при чем тут люди, близкие к членам ГКЧП.

«Конечно, власть любого уровня — муниципальная, региональная, общенациональная — обязана освещать свою деятельность, — объяснял президент Владимир Путин в июне 2015 года на заседании Общественной палаты. — И для этого необходимо выделять какие-то средства, но эти средства должны быть ограниченны, а информация должна быть сухая».Это выступление президента было еще одним витком борьбы за сокращение расходов региональных российских властей на свое продвижение в СМИ. Путин говорил об этом и раньше, а в 2015 году изрядную активность на этом поле также развел «Общероссийский народный фронт» (ОНФ): его активисты провели расследование и выяснили, что местные власти тратят сотни миллионов рублей на информационное освещение своей деятельности. По мнению ОНФ, эти расходы не являлись «жизненно важными».
По результатам критики и обсуждений сопредседатель ОНФ и депутат Госдумы от «Единой России» Ольга Тимофеева внесла в декабре 2015 года поправки в закон о деятельности региональных властей, предусматривающие сокращение расходов на размещение информации в СМИ. Последний раз с этим законопроектом что-то происходило больше года назад: 6 октября 2016 года, во второй день работы Думы нового созыва, его отправили на рассмотрение в парламентский комитет по вопросам местного самоуправления.
Москва в расследовании ОНФ была не на первых ролях. Между тем за последние шесть лет — с того момента, как в мэрию пришел Сергей Собянин, — расходы города на СМИ увеличились более чем вдвое: с 6,2 миллиарда рублей, выделенных соответствующему департаменту в 2011 году, до  более 14 миллиардов на 2018-й.
Когда Путин обсуждал проблему завышенных расходов на пиар в Общественной палате, он отметил, что простого регулирования тут может не хватить. «У нас народ изобретательный — тут же сейчас придумают какие-нибудь другие источники, вроде как и не бюджетные, — заметил президент. — Подконтрольный бизнес будут привлекать».
Как выяснила «Медуза», московские власти размещают заказные статьи СМИ и посты в соцсетях через систему бюджетных субсидий.

«Пионерская правда» и возвращение доброго кино

По словам руководителя Центра размещения госзаказа Александра Строганова, механизм субсидий в основном используется для финансирования деятельности подведомственных организаций, но их могут получать и частные компании или физические лица. По сути, это то же бюджетное финансирование, но оно не подпадает под действие закона, регламентирующего процедуры госзакупок. «Для госзаказчика это более выгодный и приятный механизм финансирования, поскольку позволяет выбрать нужного контрагента, который сможет тратить деньги как считает нужным», — объясняет Строганов.
Больше всего субсидий Москва отдает СМИ, принадлежащим городу; прежде всего — на созданный в августе 2011 года по инициативе Собянина холдинг «Москва Медиа», куда входят два телеканала, три радиостанции, сайт M24.ru и информагентство «Москва». За последние два года компания получила от города 8,252 миллиарда рублей — не считая денег, которые достались ей в рамках отдельных проектов: создания роликов о парке «Зарядье» и благоустройстве московских улиц, а также компенсации затрат на вещание в Крыму (это единственный регион за пределами столицы, где вещает канал «Москва-24», самый крупный актив компании). По итогам 2016-го «Москва Медиа» без учета городских денег заработала 506 миллионов рублей, а ее чистый убыток составил 65,5 миллиона. Доля «Москвы-24» в столице, по  данным Mediascope за последний месяц, составляет 0,9%.
Поддерживает Москва и другие средства массовой информации. Принадлежащий городу телеканал «ТВ-Центр» за два года, помимо денег из федерального бюджета, получил 421,3 миллиона рублей от мэрии напрямую  — и отдельные суммы на производство конкретных программ (например, 20,5 миллиона на передачу «Православная энциклопедия»). Газета «Вечерняя Москва» — два с небольшим миллиарда рублей, больше половины из которых ушли на издание ежедневной бесплатной газеты для пассажиров метро «Москва вечерняя». Еще 226,7 миллиона потрачены на издания самой мэрии — «Вестника мэра и правительства Москвы» и ежемесячного журнала «Московские торги».
Получают московские субсидии и СМИ, которые городу не принадлежат, — в частности, агентство «Интерфакс», Первый канал, газета «Пионерская правда», газета для юных инспекторов движения «Добрая дорога детства» и другие. Миллион рублей в год получает редакция журнала делового совета по сотрудничеству с Индией, который возглавляет руководитель департамента международных связей мэрии Сергей Черемин.
Почти 250 миллионов рублей за два года мэрия потратила на цикл фильмов о федеральных органах власти — ФСБ, МЧС и Минюсте России, профинансировав также создание двух телефильмов о работе Генеральной прокуратуры для «России 1». Большую часть этих денег получили компания «Вианж» — и «Фонд национального кино „Патриот“», единственным владельцем которого является Анна Жданович. Она работает продюсером в компании «Синема Продакшен», которая сейчас снимает картину «Собибор» — режиссерский дебют Константина Хабенского с Кристофером Ламбертом и бывшим депутатом Госдумы Марией Кожевниковой в главных ролях. Один из сценаристов фильма — министр культуры Владимир Мединский.
Московские власти любят кино и финансово поддерживают сразу три кинофестиваля. Щедрее всего (14,75 миллиона рублей в 2017 году) — фестиваль «Лучезарный ангел», организатором которого является Фонд социально-культурных инициатив, возглавляемый женой премьер-министра России Светланой Медведевой. В 2017-м фестиваль под девизом «Доброе кино возвращается!» проходил в спальном районе Печатники.
Другие важные получатели субсидий — книгоиздатели: их Москва за два года поддержала 210 миллионами рублей. В числе книг, проспонсированных городом, есть, например, такие: «Очерки истории артиллерии Государства Российского», альбом «К 1000-летию пребывания русского монашества на Святой горе Афон», воспоминания о физике Евгении Забабахине, участвовавшем в разработках ядерного оружия, и историко-гастрономические тома «Между жарким и бланманже: А. С. Пушкин и его герои за трапезой» и «Консервы для Наполеона». По 250 тысяч рублей получили книжки из серии «Занимательная зоология» издательства «Альпина Паблишер».
Из художественной литературы столичные власти предпочитают поэзию — за последние два года они профинансировали выпуск собраний сочинений Марины Цветаевой, Осипа Мандельштама, Евгения Евтушенко и Ильи Резника, автора текстов песен «Кабриолет» и «Стюардесса по имени Жанна».

Не сразу все устроилось

«Когда правила игры понятны, отыграны, регулируются государством, моральным кодексом — да чем угодно! — конфликтность интересов понижена. А когда разрушаются все сложившиеся механизмы, начинает проявляться агрессивность разных интересов. И власть, если она просвещенная, должна разумно создавать условия для достижения рационального, конструктивного компромисса, чтобы, контролируя ситуацию, постепенно, осторожно двигаться вперед».
Так описывал свою работу в июле 2004 года Валерий Корецкий — проректор университета по информации и медиакоммуникациям, директор негосударственного предприятия «НИИ социальных систем при МГУ» (НИИСС) и гендиректор созданной незадолго до того компании «Московские информационные технологии» (МИТ), которая на 51% принадлежит городу, а на 49% — НИИСС. Называлось интервью «Киллер скандалов», Корецкий рассказывал журналисту «Вечерней Москвы», например, о том, что раньше работал с администрацией президента и помогал решать конфликты в Верховном совете, осенью 1993 года разогнанном по приказу Бориса Ельцина. «Московские информационные технологии» он называл «системой организованного интеллекта». С тех пор Корецкий интервью не давал; вопросы «Медузы», отправленные в МИТ и НИИСС, остались без ответа.
На сайте МИТ говорится , что компания была создана для «информационного сопровождения крупных городских проектов». Ее офис располагается в особняке, который раньше принадлежал газете московской мэрии «Тверская, 13» (в 2015 году ее закрыли). МИТ принадлежат права на издание «Московских новостей», а также еженедельник «Аргументы и факты». Гендиректор МИТ Александр Шелухин, кроме того, владеет все той же НИИСС. За последние два года МИТ и дружественные ей структуры, по подсчетам «Медузы», получили от мэрии подрядов более чем на 7,6 миллиарда рублей; чистая прибыль компания в 2016 году составила чуть больше пяти миллионов рублей.
В 2014 году хакеры из «Анонимного интернационала» опубликовали переписку Антона Бушуева, замдиректора МИТ по работе со СМИ. В ней обнаружились сметы на размещение в СМИ материалов о деятельности московской мэрии, а также письма редакторам с правками этих материалов, опубликованных без пометки «на правах рекламы». В некоторых изданиях — например, «Известиях» и «Комсомольской правде» — подтвердили практику работы с МИТ (об этом писал The Insider). «Это обычная практика информационных договоров между СМИ и теми или иными корпорациями или ведомствами, которым нужно, чтобы о них рассказывали. Базовый принцип тут простой: у каждой крупной организации есть необходимость, чтобы о ней писали. Но у большинства СМИ нет никакой мотивации писать материалы, которые нужны этой корпорации или этому ведомству, — разъяснял главный редактор „Комсомолки“ Владимир Сунгоркин. — Поэтому организация либо создает какое-то свое СМИ, либо она договаривается с газетами, радиостанциями, сайтами, чтобы о ней писали, и платит за это».
Работало это, например, следующим образом. Летом 2014 года сотрудница рекламного отдела «КП» прислала Бушуеву на согласование текст о митинге против точечной застройки в Новокосино. Начинался материал так: «Москвичи хотят, чтобы власть их услышала. Есть мнение, что практику строительства без учета интересов жителей нужно прекращать. На митинг против безобразящей район ненужной стройки собрались в Москве жители Нового Косино». Бушуев попросил смягчить заголовок, мотивировав это тем, что создается «ощущение, что все в [Москве] строится без мнения жителей». В итоге материал вышел с шапкой «Не сразу все устроилось. Жильцы одного из районов Москвы вышли на митинг в надежде отстоять свой зеленый двор».
В общей сложности, согласно документам из переписки, в 2014 году МИТ должна была закупить в различных печатных и электронных СМИ более 2500 полос формата АЗ на общую сумму 491 миллион рублей. Крупнейшей площадкой размещения была газета «Известия», с которой через фирму «Медиа-контент» был заключен контракт на сумму 180 миллионов рублей. Для сравнения: в том же 2014 году управление по информационной политике Московской области заплатило за размещение своих материалов тем же «Известиям» 34 миллиона рублей, а госкорпорация «Роснефть»  — 30 миллионов. Для некоторых изданий контракты с мэрией были основным источником дохода: общая выручка газеты «Московская перспектива» в 2014 году составила 30,3 миллиона рублей, из них 25 миллионов редакция получила от МИТ.
Иногда редакционная политика изданий, в которых размещались материалы, согласованные с МИТ, приводила к конфликтам. В ноябре 2014 года издание Lifenews опубликовало материал, в котором, в частности, утверждалось, что оппозиционный политик Алексей Навальный получает деньги от городского департамента СМИ и рекламы — он заключил контракт с компанией, принадлежавшей Александрине Маркво, жене соратника Навального Владимира Ашуркова. После этого подведомственная департаменту МИТ разорвала отношения с «Лайфом» — изданию даже пришлось взыскивать через суд с компании 41,6 миллиона рублей задолженности.
Переписка Бушуева долгое время оставалась единственным источником конкретной информации о том, как мэрия тратит деньги на лояльные к ней материалы в СМИ: упомянутые контракты никак не фигурировали ни на сайте департамента, ни на сайте госзакупок. «Медуза» обнаружила отчетность по выделению субсидий «по выпуску информационно-аналитической продукции» на сайте другого департамента московской мэрии — по конкурентной политике.
Согласно этим документам, за последние два года МИТ и НИИСС получили из городского бюджета 7,106 миллиарда рублей. За эти деньги компании должны были разместить в различных изданиях более 14 тысяч полос формата А3, — таким образом, ежедневно городские «информационные материалы» могли бы заполнять 28-страничную газету. В  рейтинге крупнейших российских рекламодателей за 2016 год правительство Москвы заняло бы 10-е место, обогнав фармацевтического гиганта GlaxoSmithKline и корпорацию LʼOreal.
Формальные основания для получения субсидий кочуют по документам из года в год без изменений. Каждые полгода НИИСС получает чуть меньше 50 миллионов рублей на  рассказы о «сфере здравоохранения города, популяризацию достижений современной медицины» и 60 миллионов — за  размещение материалов о «мероприятиях в сфере образования». МИТ каждые полгода получает 174,6 миллиона рублей на информационное сопровождение работы «по развитию институтов гражданского общества, обеспечению диалога общества и власти». НИИСС уходят 176 миллионов в год за материалы о «пропаганде общечеловеческих ценностей и решении значимых социальных проблем».
В конце 2016 года объем субсидий резко увеличился. В ноябре МИТ получила 2,855 миллиарда рублей на выпуск информационных материалов «по вопросам реализации первоочередных задач развития г. Москвы». Эта сумма была выделена на три года, причем с каждым годом объем финансирования растет (в 2018-м компания потратит 952 миллиона рублей). И это еще не все: вдобавок в 2017 году, когда, в частности, была объявлена масштабная программа сноса старых домов и переселения их жителей, московские власти выдали МИТ восемь субсидий на разные информационные цели на общую сумму чуть более миллиарда рублей. А в середине декабря 2017-го мэрия объявила об еще одной субсидии «на информирование населения города Москвы и РФ о политической, экономической и социальной жизни города». Ее размер составит 939 миллионов рублей; кто получит эту сумму, станет известно в начале 2018 года.

Комментарии за шесть тысяч рублей

Технические требования для получателей субсидий составляет начальник инфоцентра департамента СМИ Владимир Лысяков, защитивший кандидатскую диссертацию о социально-политических воззрениях французского короля Людовика XIV, который прославился, в частности, выражением «Государство — это я». Формулировки в этих документах довольно расплывчатые (например, «информационное сопровождение деятельности по обеспечению диалога общества и власти»); единственным критерием эффективности расходования субсидий является «соответствие фактических и планируемых сроков выполнения проекта».
Осенью 2014 года издание РБК опубликовало расследование о том, как мэрия Москвы научилась выводить свои сообщения в топ сервиса «Яндекс.Новости», подключив к системе несколько сотен госучреждений и районных газет. Как рассказывал РБК сотрудник одной из районных газет, ежедневно сотрудники МИТ присылают в редакцию две-три новости (в основном о деятельности мэра Собянина), которые необходимо переписать и опубликовать в течение 40 минут.
Два сотрудника мэрии, знакомые с работой департамента СМИ, и бывший подрядчик МИТ рассказали «Медузе», что взаимодействие властей с редакциями также оплачивается через субсидии. По их словам, именно на это НИИСС получает 66,5 миллиона рублей ежегодно с формулировкой «выпуск информационно-аналитической продукции, связанной с реализацией специальных мер, направленных на снижение уровня напряженности общественных отношений» — а за формулировкой «формирование контента для последующего использования СМИ» скрывается подготовка «темников» для окружных и городских газет. (Представители департамента СМИ к моменту публикации этого материала не ответили на вопросы «Медузы».)
Например, «темник» на 15–21 августа 2014 года указывал, что СМИ должны обязательно разместить несколько новостей на тему предстоящих выборов муниципальных депутатов, материалы об опросах в рамках системы «Активный гражданин», а также информацию о выступлениях Сергея Собянина. «Мероприятия, в которых участвует мэр Москвы, по возможности необходимо адаптировать к своим округам и районам (если речь идет о парке, то надо привести в пример свои парки), — указано в документе. — Если новость может быть „локализована“, то это должно быть сделано».
Работу районных сайтов можно было наблюдать, например, 26 марта 2017 года, когда в Москве проходила уличная акция против коррупции, объявленная Алексеем Навальным. Акция сопровождалась массовыми задержаниями. В 15:50, когда задержания были в разгаре, первыми двумя новостями в топе «Яндекса» были сообщения о том, что в Москве пройдут фестивали «Ворвись в весну» и «Ночь театра»; их размещали десятки муниципальных СМИ. Через некоторое время на первую строчку вышла новость о гололеде; ее первоисточником была окружная газета «Москва.Центр». В пресс-службе «Яндекса» «Медузе» сообщили, что команда «Яндекс.Новостей» «обращает внимание на любые попытки оптимизации независимо от источника, региона или рубрики».
МИТ не только получает субсидии, но и выигрывает у властей города тендеры — в общей сложности на 281,6 миллиона рублей за последние два года; в частности, на  проведение пресс-конференций с московскими чиновниками и на рекламную кампанию по профилактике ВИЧ-инфекции и пропаганду традиционных ценностей. На всех торгах компания соревнуется с двумя конкурентами — «Красными палатами» (из 69 случаев выигрывали у МИТ дважды) и «Прагматикой» (участвовала в девяти тендерах — и все проиграла). Они же конкурируют с НИИСС, когда тот участвует в тендерах. В качестве своих контактных телефонов обе компании указывают телефон МИТ. Владелец и  гендиректор «Красных палат» Максим Кириллов работает заведующим отделом в НИИСС. Владелец и  директор «Прагматики» Маргарита Седлецкая фигурировала в переписке Антона Бушуева — она согласовывала с замдиректором МИТ оплату рекламных полос, размещенных за счет субсидий.
МИТ также фигурировала в  расследовании журналиста, автора проекта «Лапшеснималочная» Алексея Ковалева, посвященного сообществам «За снос хрущевок» и активистам, которые поддерживали «программу реновации» в соцсетях. Как установил Ковалев, сообщество «За снос хрущевок» вели сотрудники компании «Соседи», которые работают в офисе НИИСС. Эта компания с 2014 года принадлежит МИТ — изначально она занималась социальной сетью «Соседи.ру». Возглавляет «Соседей» бывший замруководителя информационного центра правительства Москвы Георгий Прокопов.
Как следует из документов, с которыми ознакомилась «Медуза», в 2016–2017 годах «Соседи» получили субсидий почти на полмиллиарда рублей. На эти деньги компания должна была производить «информационную продукцию», которая формировала бы имидж Москвы «как динамично развивающегося города». Для этих целей предполагалось создать 80 тысяч «макетов информационной продукции для сетевых информационных ресурсов», которые должны включать не менее 350 знаков текста и один графический или интерактивный элемент. Средняя стоимость одного такого «макета» составляла 6091 рубль. Как пояснил собеседник «Медузы», знакомый с работой департамента СМИ, под словом «макет» подразумевались посты и комментарии в соцсетях. По его словам, оплачиваются они не настолько щедро — однако сотрудники, отвечающие за соцсети, также занимаются их мониторингом; кроме того, часть работы выполняют сторонние агентства, размещающие посты в популярных блогах и инстаграм-аккаунтах.
Еще одну аналогичную субсидию на «информационные макеты» МИТ получила совсем недавно — в конце ноября. Компания должна была распространить семь тысяч «макетов» за 312,7 миллиона рублей (примерно 44 618 рублей за макет) по «вопросам городского хозяйства и совершенствования городского пространства»; сроки проекта обозначены как октябрь-декабрь 2017 года.
С начала октября в популярных инстаграмах начали появляться посты с хэштегом #жизньналаживается, рассказывающие о том, как улучшилась жизнь в Москве. В частности, такие разместили певицы Ольга Бузова и Нюша, актриса Анна Хилькевич, рэп-исполнительница Айза и другие. Режиссер Рената Литвинова, которая в прошлом году раскритиковала программу «Моя улица» и  назвала деятельность Сергея Собянина «новым безнаказанным витком в освоении бюджетов и издевательств над москвичами», разместила посты о «сказочных» газетных ларьках (их мэрия Москвы установила в центре города) и о высококачественном сервисе сайта мэрии mos.ru. Источники «Медузы» не знают, есть ли связь между субсидиями и кампанией в инстаграме; связаться с Ренатой Литвиновой «Медузе» не удалось.
Одним из подрядчиков МИТ по работе с социальными сетями является компания «Теомедиа», принадлежащая Теодору Зазаеву. Об этом «Медузе» рассказали два бывших сотрудника МИТ; знакомый Зазаева также говорит, что тот сотрудничает со структурами мэрии (сам Зазаев на вопросы «Медузы» не ответил). Владельцу «Теомедиа» принадлежат более 400 районных групп в фейсбуке, «ВКонтакте» и инстаграме. По данным компании, месячный охват ее сети составляет более 6,9 миллиона человек. По словам одного из собеседников «Медузы», к услугам «Теомедиа» мэрия прибегает для снижения негативного информационного фона — например, в ситуации с реновацией или арестами чиновников. SMM-менеджерами в компании работают несколько десятков слабослышащих надомных работников, часть из которых живет не в Москве.

Люди, близкие к ГКЧП

Еще одна важная статья расходов мэрии на СМИ — 12 окружных газет и 136 районных изданий, на которых ежегодно тратится более миллиарда рублей. Районные московские СМИ раньше выходили на бумаге, но в 2014 году массово появились в интернете — и сразу зарегистрировались в каталоге «Яндекс.Новостей». Средняя посещаемость одного районного сайта — 11 500 человек в месяц; согласно результатам соцопроса , проведенного по заказу властей, 87% москвичей никогда не слышали об этих изданиях.
Основная задача этих сайтов — выводить нужные новости в топ «Яндекса». Это видно из типового штатного расписания редакции. Согласно документам, в Восточном округе Москвы наполнением всех 16 сайтов районных газет занимается один редактор, один «рерайтер материалов централизованной рассылки» — при этом над ними работают два менеджера соцсетей и два SЕО-оптимизатора . На каждом сайте ежедневно должно быть опубликовано пять новостей, две переписанные новости из рассылки; также предполагаются четыре поста в соцсетях. Редактор работает только по будням; «рерайтеры централизованной рассылки» должны работать и в выходные. Работа каждой такой редакции обходится примерно в 30,7 миллиона рублей.
Бумажных версий у районных изданий уже не существует — зато в Москве суммарным тиражом около четырех миллионов экземпляров распространяются 12 окружных газет. Согласно соцопросам , москвичам эти газеты не слишком интересны: получают их только две трети жителей города — и только 36% читают эти издания. Известное правило «Три Москвы — три Собянина», согласно которому московские журналисты в материалах о Сергее Собянине должны трижды упомянуть его фамилию в тексте, указано в  документации к тендеру на выпуск окружных газет: «Упоминание ключевых слов не менее трех раз в тексте новости».
Префектуры сейчас отвечают за выпуск местных изданий только в Юго-Западном округе Москвы и в Зеленограде. В прочих районах города эта работа отдана подрядчикам: например, газеты для Центрального, Южного и Новомосковского округов делает редакция «Вечерней Москвы». В Западном округе окружное издание выпускает редакция газеты «Версия», а районное — агентство «Отлично», которое принадлежит писателю Александру Терехову, автору романа «Каменный мост» и сценария фильма «Матильда».
Крупнейший же издатель — созданная в конце 2016 года компания «Единая редакция»: к настоящему моменту она делает пять окружных газет, над которыми работают фактически одни и те же журналисты. Возглавляет компанию бывший пресс-секретарь Северо-Восточного округа Москвы Александр Латышев, а единственным владельцем является главный редактор окружной газеты «Звездный бульвар» Юрий Сорокин. Почти на всех тендерах единственным конкурентом «Единой редакции» была компания «Курьер» — фактически монопольный распространитель бесплатных окружных газет в Москве. Ее единственный владелец  — президент Гильдии издателей периодической печати и бывший министр печати Московской области Сергей Моисеев.
Кроме того, связанная с Моисеевым компания была единственным конкурентом «Вечерней Москвы» на тендерах, где разыгрывалось издание еще трех окружных газет. Кроме того, группа издательств, которую контролирует Моисеев, является крупнейшим получателем московских субсидий на книгоиздание.
Сергей Моисеев родом из семьи военного: его отец, генерал-полковник Николай Моисеев, до 1991 года был начальником политуправления сухопутных войск СССР. После провала ГКЧП Моисеев-старший уволился из армии и через несколько лет создал вместе с сослуживцами холдинг «МегаПИР», где стал «руководителем группы советников». В числе этих советников были бывшие путчисты — маршал и бывший министр обороны СССР Дмитрий Язов, генерал Валентин Варенников.
Сергей Моисеев пошел по стопам отца — окончив Свердловское высшее военно-политическое училище и Военно-политическую академию, он  дослужился до начальника политотдела дивизии, а в 1991 году возглавил военкомат Фрунзенского района Москвы. Члены семьи Моисеева в середине 1990-х стали владельцами нескольких торговых павильонов на территории, подведомственной военкомату (в 2016-м часть из них снесли в рамках борьбы с самостроем). В 2000 году губернатором Московской области был избран друг Моисеева-старшего, генерал-полковник Борис Громов, — а через два года Сергей Моисеев уволился из армии, был назначен подмосковным министром печати и проработал им вплоть до отставки Громова в 2012-м.
В 2007 году по  распоряжению Громова владельцем крупнейшей областной типографии, расположенной в Подольске, стала компания «Ост Пак Новые технологии», которую возглавляет дочь Моисеева (ей также принадлежат построенные в 2000-х торговые центры в Солнечногорске и Пскове; еще четырьмя торговыми центрами владеет холдинг «МегаПИР», в котором у Сергея Моисеева есть небольшая доля). Сейчас подольская типография получает заказы на печать районных газет Подмосковья на несколько сотен миллионов рублей в год, а также печатает несколько московских окружных газет и брошюры по заказу московского департамента СМИ.
Столичную информационную политику курирует вице-мэр Александр Горбенко, который в своей жизни часто оказывался рядом с Моисеевым. Горбенко в одно время с ним учился в Свердловском военно-политическом училище; два собеседника «Медузы» утверждают, что мужчины также пересекались во время службы в армии — будущий вице-мэр работал политруком в Кантемировской дивизии. После увольнения из армии Горбенко был вице-президентом издательства «Книга и бизнес», которое создали бывший член Политбюро, секретарь московского горкома КПСС Юрий Прокофьев и несколько бывших руководителей Госкомпечати, ушедшие в отставку после провала ГКЧП. В издательстве, в частности, выходили мемуары самого Прокофьева «Как убивали партию» и книги бывших путчистов; отдельную серию патриотических книг «Библиотека „МегаПИР“» финансировал холдинг Моисеева-старшего.
В конце 1990-х Горбенко и соратники Прокофьева пытались заняться политикой: они создали «антикриминальное содружество» «Родина», которое позже выступило одним из соучредителей одноименной партии, а сам Горбенко как глава движения неудачно баллотировался в депутаты Госдумы, получив в своем одномандатном округе 0,6% голосов. Следующим его политическим проектом стало общероссийское движение «Россия», одним из соучредителей которого был все тот же «МегаПИР». «Руководил действом откормленный молодой мужчина с зычным голосом — Александр Горбенко, — описывал один из журналистов учредительный съезд „России“, проходивший в офисе „Книги и бизнеса“. — Он дал высказаться ораторам по поводу обнищания народа, проклятых ваучеров, плохой экологии и новых русских и быстренько провел голосование по учредительным документам и уставу».
Эта инициатива, впрочем, тоже успеха не имела. После этого Горбенко стал одним из создателей движения «За единение», задачей которого была поддержка новой на тот момент партии «Единая Россия», и через некоторое время оказался генеральным директором «Российской газеты», а потом и президентом Гильдии издателей периодической печати. Сейчас гильдию возглавляет Сергей Моисеев.
Как официальный печатный орган федерального правительства, «Российская газета» публикует тексты законов и постановлений, которые поступают из правового департамента правительства. В 2009 году его возглавила Анастасия Ракова, соратница Сергея Собянина, которая, когда чиновника назначили мэром Москвы, стала его заместителем по внутренней политике. Вице-мэром в 2011 году был назначен и сам Горбенко.
Источник «Медузы» в мэрии утверждает, что Ракова с Горбенко познакомились еще в середине 2000-х, обсуждая перспективы сети газетных киосков в Тюмени, где Ракова работала начальницей губернаторского аппарата. К 2007 году киоски стали частью группы компаний «Альянс», которой владел руководитель юридической службы «Российской газеты» Иван Шубин и которая в то время активно скупала региональные компании, продающие прессу. В том же году 22-летний сын Горбенко Николай стал в «Альянсе» заместителем гендиректора по развитию. Издатели утверждают , что офис «Альянса» находился в здании «Российской газеты».
В 2011 году Шубин вслед за Горбенко перешел на работу в мэрию Москвы, а владельцем «Альянса» начала числиться одна из менеджеров холдинга. Вскоре большая часть компаний, входящих в «Альянс», приступила к процедуре банкротства; у них остались долги перед издателями региональных газет. Основным же их кредитором стали созданные незадолго до начала банкротств московские компании «Альянс капитал» и «АРТ Альянс». Зарегистрированы «Альянс капитал» и «АРТ Альянс» в том же здании , где располагается Гильдия издателей периодической печати, которую возглавляет Сергей Моисеев.
Иван Шубин с 2015 года возглавляет департамент средств массовой информации и рекламы города Москвы.

Иван Голунов

25.12.2017

 

ФАС обнаружила крупный сговор поставщиков медицинского оборудования

Общая сумма заключенных контрактов превысила 2,5 млрд рублей.

Пять компаний – «Инвамед», «Микромед», «Медпролайф», «Проммедзакупка» и «Медторг» – нарушили закон о защите конкуренции: они заключили соглашение для поддержания цен на торгах, сообщила Федеральная антимонопольная служба (ФАС).  

Компании в 2015–2017 гг. участвовали в 360 торгах на поставку медицинских инструментов и оборудования, расходных материалов, медицинских изделий и кардиостимуляторов для нужд больниц в 28 субъектах, сообщила служба. В одних торгах могли участвовать сразу все пять компаний или часть из них, пояснил представитель ФАС. Цель сговора, по его словам, – получить госконтракт по максимальной цене с минимальным снижением от стартовой. Общая сумма заключенных по итогам торгов контрактов превысила 2,5 млрд руб., по данным ФАС, это один из крупнейших картелей.

Ответчики сознались в нарушении закона и отказались от дальнейшего участия в картеле.    

Сотрудник «Инвамеда» сказал, что «никто в компании не может прокомментировать сообщение ФАС». Запросы в «Медторг» и «Микромед» остались без ответов. Связаться с «Медпролайфом» и «Проммедзакупкой» не удалось.

С 2015 г. ФАС раскрыла картели при проведении 6000 торгов на поставку фармацевтической и медицинской продукции в 82 субъекта на общую сумму более 23 млрд руб., процитирован в сообщении начальник управления по борьбе с картелями ФАС Андрей Тенишев.

Фармацевтический рынок и рынок медицинских изделий — не исключительный, на нем не больше нарушений, чем на любом другом, и причина тут в чрезмерном государственном регулировании, считает руководитель Центра размещения государственного заказа Александр Строганов. Он напоминает: год назад руководитель ФАС Игорь Артемьев в интервью телеканалу «Россия 24» заявил о действии на фармацевтическом рынке организационной преступности. «Есть тысячи картелей, – говорил тогда Артемьев, – именно поэтому в России высокие цены на лекарства». Потенциальный картель действует практически по всей России, сообщала ранее ФАС. Нынешние новости о картелях могут быть следствием этого заявления, считает Строганов.

В августе президент Владимир Путин поручил ФАС создать совместно с МВД, ФСБ и Генпрокуратурой орган по борьбе с картелями, писала газета «Коммерсантъ». 

Мария Дранишникова

05.12.2017

 

По законам времени: как Россия защищает госкомпании от санкций

Правительство разрешило госкомпаниям засекречивать данные о госзакупках, а для оборонного комплекса может быть создан отдельный банк. Так российские власти готовятся встретить американские санкции, считают эксперты. Однако, полагают некоторые из них, эти меры будут полезны и для бизнеса.В четверг премьер-министр России Дмитрий Медведев подписал постановление, согласно которому госкомпании смогут не раскрывать подробности контрактов, в частности, не называть своих поставщиков и подрядчиков. Закупку можно будет публиковать без данных о цене, способе и результатах закупки, а также не раскрывая победителя конкурса. Иными словами, известен может стать только сам факт закупки.

В полностью закрытом режиме, согласно отдельному постановлению, смогут проводить закупки минобороны, ФСБ и Служба внешней разведки. Эта мера будет действовать до 1 июля 2018 года. При этом такой шаг идет вразрез с политикой российских властей, которые последние несколько лет пытались сделать систему закупок госкомпаний, ведомств и муниципалитетов прозрачнее. 

Теперь же контракты публиковаться все равно будут, но станет гораздо сложнее найти конкретные данные из-за неструктурированности информации, говорит руководитель аналитического центра "Интерфакс-ProЗакупки" Георгий Сухадольский.

Сухадольский считает, что это решение может быть связано с санкциями США против России. "Государство уберегает себя от утечки лишней информации за рубеж", - говорит он.

Новый закон о санкциях президент США Дональд Трамп подписал в августе. Одно из положений этого закона гласит, что ограничительные меры могут быть наложены на любое лицо, которое осуществляет "существенные транзакции" с компаниями из нового санкционного списка (всего их 39 - и все они имеют отношение к оборонному и разведывательному сектору).

Это пункт начнет действовать с 29 января 2018 года. Таким образом, США теперь могут распространить санкции на представителей других стран, не только России. Но дело не только в санкциях, считает директор института госзакупок Александр Храмкин.

"Объем информации о закупках, который раскрывается в России, избыточен, объем и качество этой информации больше, чем в других странах", - считает он. Храмкин также говорит, что эта информация может быть использована, например, для организации недобросовествной конкуренции со стороны поставщиков.

Предписание Медведева также может быть связано и с нежеланием коммерческих компаний играть по правилам, навязанным им государством, считает Александр Строганов, гендиректор Центра размещения государственного заказа. "Лобби крупных госкомпаний пытается выдернуть госзакупки из-под госрегулирования, - говорит эксперт. - Бизнес-интересы для них на первом месте, и они не хотят излишнего раскрытия информации, чтобы им не навредить".

О нелюбви госкомпаний к излишней публичности говорит в комментарии "Ведомостям" и юрист Фонда борьбы с коррупцией Любовь Соболь. По ее мнению, реальная причина связана с наличием у них теневых бюджетов, которые они не хотят раскрывать.

Что можно прочитать в контрактах?

Русская служба Би-би-си проанализировала госконтракты компаний и ведомств, входящих в американский санкционный список: "Ростеха", концерна "Калашников", а также ФСБ, СВР и других.

Для подсчета использовалась система "СПАРК-Маркетинг", дочерние и подведомственные компании при анализе не учитывались.

Оказалось, что госзакупки в 2015-2016 годах совершали 32 участника санкционного списка. Как минимум 12% суммы контрактов (110 млрд рублей) пришлось на иностранные компании и их российские дочерние предприятия. И почти 95% этих контрактов подписал один заказчик - АО "Гражданские самолеты Сухого", производитель гражданских самолетов Sukhoi Superjet.

Свыше 60% госзакупок компании приходится на иностранных поставщиков. Но сотрудничество медленно сходит на нет: если в августе-ноябре 2016 года были подписаны контракты на сумму 8,3 млрд рублей, то за такой же период в 2017 году - после публикации списка компаний, попавших под санкции, - сумма оказалась в 6 раз меньше. 

"Оборонный банк"

В России делаются и другие шаги, которые эксперты расценивают как попытку защититься от американских санкций. В конце ноября в Госдуму внесли законопроект, в котором правительство просит освобождать компании от обязательного раскрытия информации.

В пояснительной записке говорится, что это необходимо для "обеспечения обороноспособности и безопасности" России. Компании, которым это будет позволено, будет выбирать правительство. Сейчас законопроект находится на рассмотрении у профильного финансового комитета.

Кроме того, для обслуживания оборонно-промышленного комплекса может быть создан отдельный банк. Об этом в конце ноября сообщила агентству РИА Новости замглавы минобороны Татьяна Шевцова.

"Рассматриваются разные варианты совершенствования системы. С учетом того, что у нас секретные контракты, с учетом того, что расходы на национальную оборону носят закрытый характер, рассматриваются варианты - в том числе создание и отдельного внутрироссийского банка, который более тщательно обеспечит закрытость наших платежей", - сказала Шевцова.

Пока неясно, будет ли это создано на основе уже существующего банка или же сформируется отдельная структура. Сейчас с гособоронзаказом могут работать восемь банков - в их числе Сбербанк, ВТБ, Россельхозбанк, Газпромбанк и банк "Россия".

Газета "Коммерсант" писала в октябре, что идея создания отдельного "банка для оборонки" прорабатывается с момента подписания президентом США Дональдом Трампом закона "О противодействии противникам Америки посредством санкций" (CAATSA) в начале августа.

Что еще подпадает под санкции?

Согласно закону, подписанному Трампом в августе, санкции грозят тем, что вкладывает в строительство российских экспортных трубопроводов более 5 млн долларов за год или сразу вкладывает 1 млн долларов.

Американские компании и физические лица смогут кредитовать российские подсанкционные банки (среди них, к примеру, ВТБ, Сбербанк и Газпромбанк), но только на 14 дней (в предыдущей версии санкций можно было предоставлять им финансирование на 30 дней).

Компаниям из энергетического сектора, входящим в санкционный список, можно будет получать финансирование только на срок до 60 дней (сейчас этот срок составляет три месяца).

Ужесточение по срокам кредитования вступает в силу с 28 ноября.

Также этим пакетом вводится возможность персональных санкций для отдельных россиян, причастных к нарушениям кибербезопасности, прав человека и коррупции.

Русская служба BBC

01.12.2017

Эксперты по-разному оценили перспективы угроз банкротства воронежских военных заводов и ближайшее будущее их подрядчиков

В Арбитражный суд Тамбовской области в среду, 1 ноября, поступило исковое заявление от питерского ЗАО «Р-Гарнет» о признании банкротом завода «Тамбоваппарат», входящего в воронежский концерн «Созвездие». Как следует из материалов суда, сумма исковых требований к «Тамбоваппарату» составляет 747,91 тыс. рублей. Обстоятельства возникновения долга пока не раскрываются. Суд еще не принял иск к производству.«Судя по всему, неплатежи по госзаказу в оборонке, в том числе и по воронежским предприятиям, — это следствие совпадения разных факторов. Во-первых, традиционные бюрократические проволочки. Во-вторых, лимиты платежей в этом году «спустились» до конкретных предприятий слишком поздно — примерно в сентябре. Кто-то еще ждет их. Вероятно, это необходимость сдержать инфляцию, не «сбрасывая» в экономику миллиарды рублей платежей: весной в стране предстоит важное политическое событие, властям важно демонстрировать позитив», — предположил в беседе с DF гендиректор Центра размещения государственного заказа Александр Строганов. По расчетам эксперта, неплатежи могут затянуться еще на квартал: к моменту первых выплат в начале феврале это уже не повлияет на разгон инфляции к марту.

«Я ничего фатального в происходящем не замечаю: налицо стандартные нарушения в цепочке больших экономических взаимосвязей, — парирует завкафедрой экономики и управления организациями экономфака Воронежского госуниверситета Юрий Трещевский. — Вот увидите, как всегда на финишной ленточке все разрешится благополучно — предполагаю, что 28 декабря подрядчики воронежских оборонных предприятий увидят на своих счетах платежи от заказчиков».

  • «Тамбоваппарат» ведет свою историю с 1961 года. В 2002-2005 годах предприятие прошло процедуру банкротства. С 2012 года входит в состав «Созвездия». На заводе есть опытно-конструкторское бюро, которое занимается разработками перспективных образцов цифровой техники. «Тамбоваппарат» имеет лицензии на право выпуска, ремонта и разработки спецтехники. По данным ИАС Seldon.Basis, уставный капитал АО составляет 918,41 млн рублей. Гендиректор с апреля 2016-го — Артем Бутов. Финпоказатели не раскрываются. В отношении завода у судебных приставов находятся 90 незакрытых исполнительных производств с общей суммой задолженности 332 млн рублей.
  • ЗАО «Р-Гарнет» зарегистрировано в Санкт-Петербурге в мае 2005 года. Основное направление деятельности — оптовая торговля эксплуатационными материалами и принадлежностями машин. Уставный капитал — 120 тыс. рублей. Единственный учредитель — АО «Росмарк-Сталь». Гендиректор — Сергей Пославский. Выручка в 2016 году составила 661,72 млн, чистая прибыль — 54,05 млн рублей.
  • Ранее под угрозой банкротства оказалось другое воронежское предприятие из оборонки — 172-й Центральный авторемонтный завод. Речь также идет о небольшом долге перед частным подрядчиком.

De Facto

02.11.2017

Тюменский завод вместо производства поставлял в Россию дешёвые аналоги медоборудования

ОМОН нагрянул с обысками на Тюменский завод медоборудования и его филиал в Москве. Руководство этого предприятия поставило на широкий поток производство контрафакта - стерилизаторов для больниц. Установки нужны, чтобы уничтожать все потенциальные возбудители инфекций - бактерии и вирусы.  На деле же со своей задачей приборы не справлялись - не выдерживали нужную температуру и время. Вместо того чтобы собирать стерилизаторы, их дешевые аналоги закупали в Китае, клеили логотипы и продавали по всей стране. Теперь следователям предстоит выяснить, кто и в каком количестве их закупил. Обозреватель «Вестей FM» Сергей Абрамов выяснял, как работала эта схема.

Среди всей массы бытовых отходов медицинские составляют весьма малую долю - до 1,5%. Но они справедливо считаются самыми опасными, поскольку могут содержать бактерии и вирусы, способные вызвать массовые эпидемии страшных болезней. Их утилизируют двумя методами - сжиганием, если это происходит в небольших сельских больницах, или обеззараживанием на специальных установках – так поступают в крупных городах. Ведущим производителем таких установок называет себя на корпоративном сайте Тюменский завод медицинского оборудования и инструментов. Сайт особо упоминает, что в продукции используются современные импортные комплектующие.

У правоохранительных органов после обысков на заводе сложилось собственное мнение на этот счет, которым поделилась официальный представитель МВД России Ирина Волк.

Волк: Установлено, что руководители одного из заводов по производству медицинского оборудования организовали сбыт паровых стерилизаторов, изготовленных за рубежом. На стерилизаторах они меняли маркировку, подделывали документацию и продавали под брендом отечественного завода.

Сотрудники тюменской полиции выявили, что завод под своим брендом продавал китайские стерилизаторы компании Shandong Xinhua Medical Instrument, не отвечающие российским стандартам. Оборудование поставлялось в Латвию, а затем ввозилось в Россию как набор деталей. Такой путь обеспечивал неплохие фискальные льготы, говорит руководитель налоговой практики юридической фирмы «Яковлев и партнеры» Екатерина Леоненкова.

Леоненкова: От уплаты НДС освобожден ввоз на территорию РФ сырья и комплектующих изделий для производства данных медицинских товаров. При этом декларант в таможенные органы должен представить подтверждение того, что аналоги данных товаров, данных комплектующих на территории России не производятся.  

Получается, что ввоз китайской установки и наклейка на нее российского лейбла экономит 18% как минимум - потому что есть еще сложная схема таможенной «очистки», которая также предоставляет льготы для важных комплектующих.

Как сообщает агентство «Парт-Медиа», утилизационных установок, сменивших свой паспорт, было продано на 28 мллионов рублей. Причем все они - по контрактам госзакупок.

Следователи изучают документы, и у них есть подозрения, что сертификаты соответствия выдавались тюменскому заводу на старую, еще собственную продукцию. А теперь под ее видом перепродается китайское оборудование. Завод принадлежит холдингу «Фармстандарт-Медтехника». Его каталог содержит, например, данные о стерилизаторе ГП-400. Занятно, что фото этого стерилизатора - буквально близнец фото стерилизатора HST из каталога китайской фирмы. Об этом у нас и зашла речь с менеджером по продажам холдинга Натальей.

Корр.: Наталья, подскажите, я посмотрел на сайте «Фармстандарта» - этот ГП-400 чем-то отличается от китайского аппарата HST? Там нет какого-то подвоха?

Наталья: Нет, подвоха нет.

Корр.: То есть ГП-400 производится в России?

Наталья: Да, из импортных комплектующих.

Корр.: Производится вроде в Тюмени?

Наталья: Да, в Тюмени.

Корр.: А импортные комплектующие откуда?

Наталья: Часть комплектующих - из Китая, есть и европейского производства.

Корр.: Но это не китайское производство?

Наталья: Нет, это не китайский аппарат. Пусть у вас не остается таких сомнений - у нас есть документы, подтверждающие российское производство оборудования.

Один стерилизатор ГП-400 стоит 1 миллион 200 тысяч рублей. Завод с 2015 перестал выпускать собственные разработки утилизаторов и сократил персонал в 6 раз - всего до 50 человек. По предварительным оценкам, новая схема с переклейкой логотипов могла приносить до 250% прибыли. Представители холдинга «Фармстандарт-Медтехника» не ответили на вопросы нашей редакции. Руководитель Тюменского завода - вне зоны доступа. 

Обсудим все произошедшее. На связи со студией руководитель центра размещения государственного заказа Александр Строганов.

Корр.: Александр Андреевич, здравствуйте.

Строганов: Здравствуйте.

Корр.: Вот когда что-то закупают, я имею ввиду медицинскую технику, именно по госконтрактам, то на что прежде всего обращают внимание: это цена, страна-производитель, документы, еще какие-то другие данные, можно ли контрафакт отследить на этом этапе?

Строганов: К сожалению у нас существует аукционная система государственных закупок и поэтому главенствующую роль, практически единственную, играет только цена. А что касается документов – то, к сожалению, описываемый вами случай не первый, на более низком уровне, в части, например, расходных материалов для оргтехники, это в общем-то налаженный бизнес, если его можно так назвать, в кавычках. Закупка дешевой продукции и просто переклейка этикеток. По сути дела – просто обман государства.

Корр.: А переклеивают-то где уже, в больницах?

Строганов: Нет, картриджи – это как пример, очень много таких фирм существует. А где, я не знаю, где-то на складах, у себя просто переклеивают наклейки и выдают это за оригинальную свою продукцию. Подкладывают поддельные документы, подтверждающие регистрацию товарных знаков, страну происхождения, в общем история не нова и вот она вышла на такой уровень, теперь уже и в медицине.

Корр.: То есть это вина поставщика, он там что-то мухлюет?

Строганов: В первую очередь конечно это вина поставщика, но это спровоцировано нашей госзакупочной системой и политикой в области госзакупок, бездумной гонкой за конкуренцией, без малейшей оглядки на качество.

Корр.: Но смотрите, одно дело стерилизаторы, хотя если он стоит, например, в операционной, не очень хорошо, если он контрафактный. Другое дело – какое-то более важное для медицинских нужд оборудование, если оно контрафактное и работает не так как нужно, то там могут и люди пострадать, и вообще дело печально может закончится. Что с этим делать-то вообще?

Строганов: Да конечно. Пока не будет учитываться квалификация поставщика при выборе, пускай даже на аукционной системе, сделать ничего невозможно и, к сожалению, наши органы контролирующие и те которые определяют политику в области госзаказа, просто провоцируют такой вот бизнес в кавычках. Потому что практически ничего нельзя сделать на стадии рассмотрения заявок.

Корр.: Знаете, нам слушатели пишут, что Вы не правы, потому что все прописано в техническом задании.

Строганов: В техническом задании может быть прописано что угодно, очень квалифицированный специалист может написать техническое задание, но пока товар не пощупаешь своими руками, не увидишь, приходится верить только на слово. Только тем документам, бумажкам, сертификатам и так далее, которые подкладываются в заявку. А вот там как раз может быть написано все что угодно, да просто на компьютере рисуют сертификаты и все.

Корр.: Еще одно мнение, что это вина не собственно поставщиков, а самой системы госзакупок, самой структуры вот этой, Вы согласны?

Строганов: Да. Абсолютно согласен, я это и сказал, что сама система провоцирует на такой вот эрзац-бизнес, если можно его так назвать, недобросовестный.

Корр.: Ну то есть не надо просто ставить цену во главу угла, правильно?

Строганов: Да конечно, во всем мире обращают внимание, в первую очередь на квалификацию, на качество, а у нас во главе угла цена и бездумная гонка за конкуренцией. Больше, больше, больше … Это к сожалению приводит к таким вот последствиям

Корр.: Печально все это, Александр Андреевич.

Строганов: Увы, к сожалению. Специалисты не первый год об этом говорят.

Корр.: Спасибо Вам за комментарий. На связи был Александр Строганов, руководитель центра размещения государственного заказа.

Вести ФМ

31.10.2017

 

Правительство заставляет госкомпании поддержать импортозамещение

Их «дочкам» придется согласовывать закупки импорта.

«Дочки» госкомпаний не смогут свободно закупать импортное оборудование, следует из правительственного законопроекта, принятого Госдумой в первом чтении (подготовлен Минэкономразвития). Сейчас на согласование комиссии правительства по импортозамещению выносятся закупки госкомпаниями импортной продукции на сумму свыше 10 млрд руб. По законопроекту согласованию будут подлежать закупки не только госкомпаний, но и их «дочек», а также аренда, в том числе фрахт и лизинг. Правительство сможет определять максимальную цену договора для определенного им перечня товаров. Частные компании будут проходить согласование по старой схеме – только по инвестпроектам с господдержкой.

«Госкомпании научились игнорировать правительственную комиссию по импортозамещению», – объясняет федеральный чиновник. Они создают «дочки», специализирующиеся на закупках, а на них правила пока не распространяются, рассказывает он. Кроме того, компании стали закупать не само оборудование, а услуги – не буровую вышку, а услуги по бурению, продолжает он. «Большинство компаний не закупают в собственность, а используют инструменты финансовой аренды», – говорил замминистра финансов Алексей Лавров (его цитирует «Интерфакс»). Правительство уже подготовило проекты необходимых актов, сообщал он: под регулирование первыми подпадут закупки госкомпаниями импорта в сфере судостроения (на сумму не менее 2 млн руб.), авиационной техники (1 млрд) и буровых платформ (100 млн).

Такие контракты госкомпаний дороже 10 млрд руб. – штучные, их не больше 10–15 в год, считает проректор Высшей школы экономики Александр Шамрин, неудивительно, что планку решено опустить. Совладельцами «дочек» госкомпаний могут быть и частные инвесторы, очередная инициатива по поддержке импортозамещения «совершенно не рыночная, к свободному рынку не имеет ни малейшего отношения», говорит руководитель Центра размещения государственного заказа Александр Строганов.

Ольга Адамчук

12.10.2017, № 4427

 

"Биокад" выиграл конкурс на поставку в Москву противоопухолевых препаратов на 14 млрд. рублей

Компания должна будет построить или модернизировать производство в столичном регионе.

Производитель и разработчик лекарств «Биокад» выиграл московский конкурс за право поставлять в 2021–2027 гг. противоопухолевые препараты, цена контракта – 14 млрд руб., следует из публикации департамента Москвы по конкурентной политике на zakupki.gov.ru (заказчик – департамент здравоохранения Москвы).

Москва объявила конкурс в июле, начальная цена контракта – 28,85 млрд руб., победитель по условию конкурса помимо поставки препарата должен построить или модернизировать производство лекарств в Москве. Совладелец и гендиректор «Биокада» Дмитрий Морозов говорит, что ему неизвестно о других долгосрочных контрактах с подобными требованиями. Для департамента здравоохранения Москвы, заверил его представитель, это также первый конкурс, предусматривающий встречные инвестиционные обязательства.

На конкурс поступило две заявки: «Биокада» – за 20,5 млрд руб, «Р-фарма» Алексея Репика – за 14 млрд руб. Но комиссия отклонила заявку «Р-фарма»: его предложение не соответствовало конкурсной документации в части дозировки, формы и описания лекарственных средств, говорится в протоколе; заявка не позволяет однозначно определить цену единицы товара.

Но 18 сентября «Биокад» предложил комиссии снизить цену контракта до 14 млрд руб. без изменения количества и качества товара, а также иных условий контракта, говорится в протоколе.

«Биокад» снизил цену за счет исключения из контракта поддерживающей диагностики и обучения медицинских работников, объясняет Морозов. Контракт с Москвой – на таргетные противоопухолевые препараты, а выявить конкретную мутацию можно с помощью специально разработанных тест-систем, продолжает он. По программе «7 нозологий» (по ней Минздрав закупает самые дорогие препараты) «Биокад» поставляет трастузумаб для лечения рака молочной железы, а также тест-системы для выявления заболевания. В первую цену, предложенную Москве, «Биокад» заложил поддерживающую диагностику, во вторую – нет, она ляжет на плечи бюджета, говорит Морозов.

«Р-фарм» не планирует оспаривать решение комиссии, сообщил представитель компании.

Странно, что такой опытной игрок на рынке госзаказа, как «Р-фарм», не смог подготовить заявку, говорит гендиректор Центра размещения госзаказа Александр Строганов. Закон допускает снижение цены контракта по соглашению сторон, но исключительный случай, чтобы она снижалась на 30%, удивлен Строганов: непонятно, почему сразу нельзя было предложить такую цену. 

Мария Дранишникова

25.09.2017, № 4414

Раздельные закупки

Минфин, получивший полномочия Минэкономразвития по регулированию закупок, хочет поддержать госзакупки российских товаров.

Он предлагает отменить преференции для лотов, в которых смешаны российские товары и из других стран Евразийского экономического союза (ЕАЭС). В списке таких товаров, например, продукты (овощи, рыба, мука), лекарства, ядерные реакторы, мостовые краны и др. Всего в январе – мае с предоставлением преференций было объявлено более 200 000 закупок почти на 256 млрд руб., по данным «СПАРК-Маркетинга», в основном это лекарственные средства. Преференции зависят от товара. Например, иностранные лекарства, медизделия, электронику нельзя покупать при наличии двух российских аналогов. Поставщикам иностранных товаров приходится автоматически в случае победы на конкурсе снижать цены на 15%. Преференции действуют и для смешанных лотов, если в их стоимости доля иностранных товаров не превышает 50%. Минфин предлагает отменить это правило. Невозможно оценить доли, пояснил представитель Минфина: участники могут занижать стоимость иностранных товаров и завышать товаров из ЕАЭС и тогда преференции получают импортные товары.

Такое происходит, согласен гендиректор Единой электронной торговой площадки Антон Емельянов. Но совместные закупки – это единичные случаи, считает руководитель Центра размещения госзаказа Александр Строганов. Госкомпании предоставляют при закупках 15%-ную преференцию всем отечественным товарам, а не по определенному перечню, как государство, напоминает замруководителя ФАС Рачик Петросян, – возникает вопрос, что делать, если государство в одном лоте закупает товары, входящие и не входящие в перечень. ФАС предлагает рассмотреть вариант отказа от перечней в регулировании преференций и при госзакупках, говорит Петросян. Надежды чиновников, что из-за форы в 15% иностранные товары будут менее конкурентоспособны, не оправдываются, уверен руководитель аналитического центра Ассоциации участников закупок Владимир Ястребов.

Ольга Адамчук

28.08.2017, № 4394

 

Минфин предложил вывести покупку активов госкомпаниями из-под действия закона о закупках

Инвестиционные сделки и приобретение долей в уставных капиталах обществ с ограниченной ответственностью выведут из-под регулирования закона о закупках госкомпаний. Соответствующий законопроект опубликован Минфином на regulation.gov.ru.

Поправки в ФЗ № 223, который регулирует закупочную деятельность компаний с госучастием, исключают из-под регулирования закона отношения, связанные с «приобретением долей в уставном капитале обществ с ограниченной ответственностью» и с «совместной инвестиционной деятельностью, осуществляемой на основании договора инвестиционного товарищества, предусматривающего денежную форму получения прибыли, возврата вклада заказчика в общее имущество товарищей», говорится в документе.В случаях, когда компания принимает решение о приобретении доли в конкретном ООО исходя из его деятельности и экономической целесообразности, проведение конкурентного отбора попросту нецелесообразно, объясняет представитель Минфина необходимость конкретизации норм.

Вторая часть поправок направлена «на обеспечение возможности заказчиков осуществлять инвестиционную деятельность без применения норм 223-ФЗ», от регулирования освобождается иcключительно нацеленная на получение дохода инвестиционная деятельность, что «обусловлено недопустимостью ухода «замаскированных» закупок из-под действия норм 223-ФЗ», указывают в Минфине: «Например, когда в рамках инвестиционной деятельности будет осуществляться вложение денежных средств в строительство объекта недвижимости с последующим приобретением соответствующего объекта, что по сути является закупкой работ по строительству».

Регулирующий корпоративные закупки 223-й ФЗ является рамочным законом, изначально он регулировал все коммерческие закупки компаний с госучастием, в том числе инвестиционные договоры, сделки по долям, концессии, рассказывает руководитель Центра размещения госзаказа Александр Строганов. Выведение из-под закона инвестиционных товариществ и сделок по приобретению долей в уставном капитале разумно, поскольку эти сферы не относятся к товарам, работам и услугам, обеспечивающим хозяйственную деятельность госкомпаний, например, в рамках проектов геологоразведочных работ или прокладки трубопроводов, а совместная деятельность при преждевременном раскрытии информации может пострадать, отмечает эксперт.

«Закон мешает ведению коммерческой деятельности, — объясняет Строганов. — Госкомпаниям это неудобно, они не хотят раскрывать такие закупки, поскольку 223-й ФЗ предписывает максимальную прозрачность и обязанность публиковать тендеры на сайте госзакупок. В результате чего мы узнаем о закупках госкомпаниями чайных ложечек по цене антиквариата или роскошных лимузинов — но данные закупки относятся к хозяйственному обеспечению, а не к таким бизнес-процессам, как приобретение долей». Поправки обоснованы, поскольку совместная деятельность при преждевременном раскрытии информации может пострадать, заключает он.

Rambler News Service

31.07.2017

Рискованных заказчиков будут проверять чаще

Заказчиков поделят на риски - Федеральная антимонопольная служба (ФАС) меняет подход к их проверкам.

Контроль за государственными и муниципальными заказчиками будет усилен, следует из проекта постановления правительства, опубликованного на regulation.gov.ru. При проверках ФАС будет учитывать долю жалоб на них, неисполненных ими предписаний, а также госконтрактов, расторгнутых в суде.

Чем выше категория риска заказчиков, тем раньше ФАС будет проводить их плановые проверки. Всего таких категорий будет три – средний (максимальный), умеренный и низкий риск. В зависимости от суммы набранных баллов заказчик будет относиться к категории риска. Речь идет только о федеральных бюджетных и унитарных учреждениях и предприятиях, электронных площадках и специализированных организациях, передал замруководителя ФАС Рачик Петросян через представителя. Мера позволит предотвратить повторные нарушения при госзакупках, следует из проекта.

Внедрение риск-ориентированного подхода полезно для рынка, говорит эксперт по закупкам экспертного совета при правительстве Георгий Сухадольский, критерии помогут определить, что нужна дополнительная проверка заказчика. Это сэкономит ресурсы на проверках добросовестных заказчиков и позволит сконцентрироваться на нарушителях, считает он. Но критериев, чтобы решить, включать ли заказчика в ту или иную категорию риска, недостаточно, спорит руководитель центра размещения госзаказа Александр Строганов. Например, понизить статус заказчика могут многочисленные жалобы даже только одного поставщика, это создает возможности для манипуляций. Мера не ущемляет права заказчиков, считает первый проректор НИУ ВШЭ Александр Шамрин, от попадания в категорию риска их закупки ограничены не будут.

ФАС и сейчас штрафует электронные площадки за нарушение регламента, но это происходит редко, если служба начнет бороться с недобросовестными заказчиками, которые затачивают документацию под конкретного победителя, рынок от этого выиграет, говорит гендиректор ГУП «Агентство по госзаказу Республики Татарстан» Яков Геллер. Вероятно, меры для тех, кто попадает в категорию риска, ФАС предусмотрит позже, ждет Сухадольский.

Ольга Адамчук

27.07.2017, № 4372

Единственный поставщик оказался очень живучим

Закупки госкомпаний не становятся конкурентными: на торгах проводится лишь 5,6% закупок госкомпаний, остальные идут в обход процедуры конкурсов и аукционов, следует из данных подготовленного Минфином мониторинга о состоянии рынка закупок.

Это первый мониторинг закупок, проведенный новым регулятором рынка – Минфином, но статистика рынок уже почти не удивляет: с подобными же данными по итогам 2016 г. выступало и Минэкономразвития, и Федеральная антимонопольная служба. Госкомпании предпочитают закупать у единственного поставщика (таких закупок треть), но еще чаще они закупают с помощью «иных способов» (62,7%), следует из мониторинга, причем в первом полугодии заказчики изобрели 308 новых способов определения поставщика (теперь их 4780) – этими способами они часто маскируют закупки у единственного поставщика, сказано в мониторинге.

Больше всего конкуренции в сфере строительства (в среднем подают почти 2 заявки), на конкурсах по предоставлению финансовых услуг конкуренция ниже (0,84 заявки). Конкуренция зависима и от цены: наиболее конкурентные закупки проходят в ценовом диапазоне от 10 млн до 50 млн руб., а при торгах на сумму от 500 млн до 1 млрд руб. подается чуть больше одной заявки (1,27).

Большая доля закупок госзаказчиков и госкомпаний у единственного поставщика беспокоит и правительство: во вторник премьер Дмитрий Медведев поручил проработать меры, чтобы прекратить эту практику. Согласованные предложения Минфин, Федеральная антимонопольная служба (ФАС), Минобрнауки, Минкомсвязи и Минюст при участии Экспертного совета при правительстве России и заинтересованных федеральных органов исполнительной власти должны представить до 25 сентября 2017 г. Уже есть и проект указа президента, подготовлены и поправки в закон о контрактной системе, предусматривающие регулирование порядка подготовки обращения об определении единственного поставщика (ответственным назначена ФАС), – их принятие должно минимизировать случаи определения единственных поставщиков, говорит собеседник в одном из перечисленных в поручении ведомств.

Улучшить ситуацию с конкуренцией могут и законопроекты, которые уже находятся на рассмотрении в Госдуме (поправки в законы о госзакупках и о закупках госкомпаний), сказал «Ведомостям» представитель Минэкономразвития. Их недавно согласовали ФАС, Минфин и Минэкономразвития, говорили представители этих ведомств, но принятие поправок затягивается. Скорее всего, законопроекты не успеют принять в весеннюю сессию и они отойдут на осень, поясняли два депутата.

Ведомствам нужно выработать единую стратегию, считает эксперт по закупкам экспертного совета при правительстве Георгий Сухадольский: пока единой позиции, что понимать под эффективностью закупок, нет: непонятно, куда развиваться, какие цели должны быть приоритетными, а какие второстепенными, по вопросу эффективности до сих пор нет единой позиции, когда ее оценивают не на качественном уровне, и как именно считать эффективность в той или иной ситуации.

Прежде чем жестко уничтожать закупки у единственного поставщика, необходимо провести системный мониторинг, чтобы определить, почему такие закупки выгодны госкомпаниям, и установить реальную эффективность закупок, считает руководитель Центра размещения государственного заказа Александр Строганов. Нельзя в закупках, а уж тем более в закупках коммерческих структур все сводить к оценке конкурентности в потенциальный ущерб эффективности, заключает Строганов.

Ольга Адамчук

19.07.2017, № 4366

 

"Ростех" нашел, кому отдать контракт на развитие портала госзаупок

Его без конкурса получил прежний подрядчик – «Ланит».

Компания «РТ – проектные технологии» («дочка» «Ростеха»), которую правительство без конкурса назначило единственным разработчиком Единой информационной системы (ЕИС), нашла субподрядчика. Развитием и техподдержкой сайта госзакупок в 2017 г. займутся «Ланит» и его «дочка» «Онланта» соответственно, следует из информации, размещенной на этом портале.

Эти же услуги они оказывали государству и прежде, но напрямую, пока прошлой осенью проектом не заинтересовался «Ростех», предложивший без конкурса отдать ему контракт. Минфин (этой весной к нему перешло регулирование закупок) госкорпорацию поддержал: смена разработчика важной и технологически сложной системы на конкурсе повышает риски потери информации, говорилось в письме первого замминистра финансов Татьяны Нестеренко в правительство. И в феврале премьер-министр Дмитрий Медведев назначил «РТ – проектные технологии» единственным исполнителем. Казначейство заключило с компанией два госконтракта на эксплуатацию и развитие ЕИС в этом году – за 175 млн и 200 млн руб. соответственно.

Выбирать субподрядчиков на конкурсе «Ростех» тоже не стал, наняв «Ланит» и «Онланту». За техобслуживание сайта с 1 июля по 31 августа госкорпорация заплатит «Онланте» 58,3 млн руб., за его развитие – 199,7 млн «Ланиту» до конца года. Эти компании работают с системой с 2009 г., их привлечение исключит риски выхода системы из строя во время ее масштабной модернизации, отмечает представитель «Ростеха». Задача «РТ – проектные технологии» чуть шире, поясняет он: компания займется созданием и развитием единого каталога товаров, работ и услуг, который позволит оперативно сравнивать цены и автоматически получать информацию о возможных отклонениях цен или качества. Заработать на ЕИС госкорпорация сейчас не стремится, продолжает он: «РТ – проектные технологии» оставит себе лишь 6% от контракта на погашение операционных издержек, а основную прибыль планирует получить в долгосрочной перспективе от продажи дополнительных услуг (например, справок, см. врез). «Ростех» будет добиваться создания новой нормативной базы, чтобы появились новые функции системы, считает человек, близкий к одной из сторон контракта. На вопрос о возможных изменениях функционала сайта представитель Минфина пообещал ответить в срок, установленный законом о СМИ (семь дней. – «Ведомости»). Его коллега в «Ланите» не ответил на запрос «Ведомостей».

«Развитие ЕИС – это вкусный кусок, и пока происходит перераспределение выделенных бюджетных ресурсов, вопрос в том, какая их часть приносит пользу», – рассуждает руководитель центра размещения госзаказа Александр Строганов: сейчас это не полезная система раскрытия информации, а транзакционный портал. Смена идеологов может быть полезна системе, а у рынка очень много пожеланий, говорит гендиректор Агентства госзакупок Татарстана Яков Геллер – например, чтобы ЕИС анализировала, насколько востребованы те или иные товары.

 

Ольга Адамчук,

Павел Кантышев

05.07.2017, № 4356

 

Виктор Вексельберг покорил сердца

Минпромторг хочет обязать закупать коронарные стенты у компании «Стентекс» Виктора Вексельберга.
 
Конкуренты считают это монополизацией.Проект постановления Минпромторга, опубликованный на regulation.gov.ru, предлагает закупать 90% коронарных стентов у единственного поставщика, а цену формировать исходя из контрактов с ООО «Стентекс» (он локализовал производство стентов Medtronic, США) в 2017–2024 гг. Если поставщик локализовал производство, сказано в проекте постановления, у него должны быть результаты трехлетних пострегистрационных клинических испытаний не менее чем с 2000 пациентов; если планирует локализовать, то не менее 10 000 человек. Представитель Минпромторга считает, что поставщиком может быть любая организация.
 
В России стенты производят четыре компании, приводил РБК данные замминистра экономического развития Евгения Елина: помимо «Стентекса» это «Мединж» (Пенза), «Ангиолайн» (Новосибирск), «Стентоник» (Тула).
Владелец 51% «Стентекса» – Medtronic, 49% – у «Ренова-холдинг рус», 90% которой, по данным ЕГРЮЛ, у Виктора Вексельберга.
 
В мае 2015 г. правительство назначило «Стентекс» единственным поставщиком стентов с 2017 по 2022 г. Больницы могут, но не обязаны заключать с ним контракты без торгов. Больницы предпочитают единственного поставщика, чтобы не проводить тендер, знает гендиректор Центра размещения госзаказа Александр Строганов. По данным «СПАРК-Интерфакса», в 2017 г. «Стентекс» заключил 58 контрактов на 556 млн руб.
 
Постановление – фактическая монополизация рынка, возмущен сотрудник компании медтехники: закупка у единственного поставщика была правом, а не обязанностью, а проект именно обязывает закупать 90% у единственного поставщика. Действующее постановление касается 60% рынка коронарных стентов, а готовящееся – практически всего, ужасается он.
 
Закупка у определенного правительством единственного поставщика – не обязанность, а право, заказчики могут закупать стенты у других производителей, не согласен представитель ФАС.
Для сертификации медицинских изделий нужны токсикологические и клинические испытания на десятках пациентов, говорит сотрудник производителя медтехники. Исследований с тем числом пациентов, что указано в проекте постановления, нет ни у одной российской компании, знают сотрудники двух из них.
 
По словам гендиректора «Стентекса» Егора Лукьянова, исследования длились более пяти лет, в них участвовало свыше 15 000 пациентов. «Ангиолайн» год назад запустил пострегистрационные исследования с меньшим, чем требует Минпромторг, числом пациентов: сравнивает свои стенты со стентами одного из ведущих производителей, исследованными на десятках тысяч пациентов, сообщает медицинский директор компании Олег Волков. Если доказать идентичность стентов, компания может подпасть под критерии Минпромторга, говорит сотрудник одной из компаний-производителей.
 
В январе 2017 г. представители «Реновы» просили правительство обязать закупать стенты только у «Стентекса», писал РБК, Минэкономразвития и ФАС не согласились.

 

Анастасия Иванова,

Мария Дранишникова

15.06.2017, № 4342

Проблемы с госзакупками помогли Крыму стать самым экономным регионом

Чечня и Дагестан заняли последние места в рейтинге экономности регионов с точки зрения госзакупок, который подготовил Аналитический центр при правительстве. Самым экономным регионом стал Крым, но его лидерство можно объяснить проблемами с планированием.

Чечня оказалась самым неэкономным российским субъектом, следует из рейтинга эффективности региональных госзакупок по итогам 2016 года, который подготовили Аналитический центр при правительстве России и компания «Закупки 360» (есть у РБК). Общий объем закупок, по которым проводился межрегиональный анализ, составил 3,9 трлн руб.

Критерий экономности, по версии Аналитического центра, отражает размер экономии на госзакупках, совершенных конкурентными способами, а именно — на сколько процентов заказчику удалось снизить цену по сравнению с начальной. В Чечне средний процент экономии на одну закупку составил всего 2,7%, в Дагестане, который занял в рейтинге предпоследнее место, — 4%, в Калмыкии (третья с конца) — 4,8%.

Самым экономным регионом стал Крым, тративший на каждую закупку в среднем на 22,4% меньше ее начальной цены. В тройку лидеров также вошли Севастополь и Липецкая область, Москва заняла 25-е место, а Санкт-Петербург — 19-е.

Но сами же авторы рейтинга отмечают, что «экономность» в их, по сути, техническом определении сама по себе не говорит о качестве закупочного процесса. Более того, она может говорить о неэффективности закупок.

Министерство экономического развития Чечни не ответило на запрос РБК. Проблема рейтинга в том, что авторы собирают информацию автоматически, из-за этого в него могут попасть неправильные данные, сообщил РБК комитет по госзакупкам Дагестана. Ведомство приводит в пример аукцион на поставку учебников в Крыму: его начальная цена составляла 399,7 млн руб., а контракт был заключен с единственным поставщиком на 399,7 тыс. руб., за счет чего образовалась значительная экономия. Кроме того, «средняя экономия в размере более 20% вызывает вопрос правильности составления документации» и не говорит об эффективности закупок, подчеркивает дагестанское ведомство.

Что учитывали эксперты

Экономность — один из пяти показателей, которые учитываются при расчете общего рейтинга эффективности госзакупок регионов. Эксперты при правительстве, например, также рассчитали конкурентность закупок, которая включает в себя долю закупок, совершенных конкурентными способами, число поставщиков, привлеченных к участию в аукционах, и т.д. Здесь лидерами стали Санкт-Петербург (доля конкурентных закупок там составила 92,4% по стоимости), и Москва (93,5%), а аутсайдером — Калмыкия (53,5%).

В подрейтинге конфликтности, который отражает число выявленных процедурных нарушений в регионе, последние места заняли Москва и Дагестан — у них больше всего нарушений. В столице доля закупок, по которым жалобы в ФАС были признаны обоснованными, составила 2,1% от всех проведенных аукционов, в том числе и отмененных, а в Дагестане — 1,75%.

Конфликтность — единственный критерий, по которому столица значительно просела (в целом она заняла в рейтинге эффективности 18-е место). Деловая активность и, как следствие, количество жалоб в Москве выше, чем в других регионах, отмечает эксперт Аналитического центра Антон Волков. «В случае даже некоторого намека на нарушение их прав компании в Москве могут уже обратиться в ФАС, в то время как в некоторых других регионах они могут не обращать внимания на какие-то признаки нарушений», — считает он.

Департамент конкурентной политики Москвы, который отвечает за столичные госзакупки, «в корне» не согласен с методикой подсчетов, заявил РБК его представитель. «Некорректно сравнивать столицу с субъектами по объему размещаемых закупок и количеству процедурных нарушений», — считает ведомство.

Самые «подозрительные» госзакупки оказались в Ингушетии и Ненецком автономном округе. Эксперты включают в соответствующий коэффициент стоимость контракта в расчете на один день его исполнения, долю контрактов, заключенных с участниками, которые предложили максимальную цену, а также показатель «тесноты» работы с наиболее крупными поставщиками в регионе, а именно их долю контрактов в стоимостном выражении.

В целом самыми эффективными регионами в разрезе госзакупок стали Ярославская, Кемеровская и Тюменская области. Последнее место заняла Калмыкия (см. таблицу).

Полномочия по госзакупкам в 2016 году принадлежали Минэкономразвития, однако в апреле этого года правительство передало их Минфину. Представитель Минфина на вопрос о стратегии первоочередных действий в сфере госзакупок ответил, что сейчас «идет передача дел от Минэкономразвития России и формирование плана деятельности».

Что не так с экономностью регионов

Экономность нельзя однозначно расценивать как положительный критерий. Ее высокий уровень «может свидетельствовать о недостаточном уровне планирования региона и завышении начальных максимальных цен», оговариваются авторы в аналитической записке. Зачастую «прослеживается четкая обратная взаимозависимость между положением региона в подрейтингах экономности и эффективности планирования». Расчет эффективности планирования основывается на объеме закупок, заключенных в конце года, количестве изменений в планах закупок и числе контрактов, заключенных с падением в 25% и более от начальной цены.

Иными словами, получается, что заказчики неправильно оценивают начальную цену контракта, говорит Волков. Экономность правильнее было бы считать исходя из экономического обоснования закупки, однако сейчас закон не обязывает заказчиков его готовить, отмечает глава Центра размещения госзаказа Александр Строганов.

Ситуация, когда регионам удается экономить из-за неэффективного управления, в частности, заметна в отношении Крыма и Севастополя. Их высокие позиции в рейтинге экономности компенсируются значительным отставанием в рейтинге по эффективному планированию: Крым и Севастополь находятся там на предпоследнем и последнем местах соответственно, зато Чечня — на 60-м месте, а Дагестан — на 36-м. Изменения в план-график, которые и понижают позиции региона в рейтинге эффективности планирования, в основном приходится делать из-за несостоявшихся процедур определения поставщика и распределения экономии с прошлых закупок, объяснила РБК пресс-служба правительства Севастополя. Минэкономразвития Крыма на запрос РБК не ответило.

Антон Фейнберг

23.05.2017

Казначейство хочет контролировать цены госзаказа

Минфин предлагает еще больше ужесточить контроль за госзаказом: обязать поставщиков объяснять Федеральному казначейству, как они установили цены на товары и услуги (проект приказа опубликован на regulation.gov.ru).

Случается, что поставщик предоставляет документы, например, на выплату зарплаты, казначейство перечисляет деньги, но потом оказывается, что эти сотрудники не имели отношения к госконтракту, а те, кто выполнял работы, зарплату так и не получили, рассказал «Ведомостям» замруководителя Федерального казначейства Александр Демидов. Чтобы такого не происходило, предлагается ввести раздельный учет расходов и себестоимости, уточнил он.

Казначейство сопровождает госзаказ с 2016 г.: каждый контракт дороже 100 млн руб. и с авансом должен оплачиваться через счета в казначействе (за год было порядка 4000 контрактов). Механизм позволяет отследить всю цепочку до конечного бенефициара исполнителя, деньги со счета уходят только после проверки документов. С 2017 г. контроль был уже ужесточен (расширенное сопровождение): ревизоры могут выехать на место, чтобы проверить, сфотографировать или снять на видео результаты исполнения. Но пока механизм использовался только на одном контракте – на создание средств связи и информационных технологий для чемпионата мира по футболу.

Контроль цен – следующий этап – пока будет введен в тестовом режиме, сказала директор департамента Минфина Татьяна Саакян.

Поставщики должны будут раскрывать структуру своих расходов (зарплата, материальные затраты, амортизация и проч.), указать плановую и фактическую чистую прибыль. Это условие будет включаться в госконтракты и соглашения о субсидиях, указывает представитель Минфина. Аналогичная система применяется в гособоронзаказе. Там норма прибыли головного исполнителя ограничена 20%, у поставщиков комплектующих – 1%. Если она оказывается выше, контракт не заключается. В гражданских госконтрактах пока об ограничении прибыли речи не идет, но надо хотя бы выяснить, какова она у нынешних подрядчиков, говорит А.Демидов. Если эксперимент удастся, можно будет ставить вопрос о распространении системы на весь госзаказ, продолжает он: это может сделать отношения государства и поставщиков полностью прозрачными.

Гендиректор Центра размещения госзаказа Александр Строганов считает, что введение казначейского сопровождения уже создало для поставщиков проблему – зависимость от контрагентов, когда за каждую неверную запятую поставщик не может получить деньги вовремя. В итоге лоты стали дробить и отказываться от авансирования. Казначейский контроль цен тоже будут стараться обойти – появится много прослоек, которые будут показывать идеальную отчетность, полагает А.Строганов, а это увеличит цены.

Екатерина Мереминская

12.05.2017, № 4319

Свинское отношение: корм испортил служебных собак

Подмосковные кинологи пожаловались на плачевное состояние собак в полиции города Мытищи. Причиной истощения якобы стал дешёвый корм. Последствия некачественного питания сказались на их работоспособности: теперь они не могут выполнять свои служебные обязанности. Подробности этой истории изучил кореспондент "Вестей ФМ" Александр Санжиев.

Инспекторы кинологической службы МВД в Мытищах написали коллективную жалобу в профсоюз полиции. По их мнению, работать так больше нельзя: у собак серьёзно подкосилось здоровье. А причина вся в том, что ветеринарное обслуживание и еда серьёзно ухудшились, уверяет Марина Ефименко: "Собаки - в очень плохом состоянии. У них глисты, блохи. Сейчас - очень плохая кормёжка. Был "ROYAL CANIN", считался кормом суперпремиум класса. А сейчас появился корм "Большая миска". Фирма, занимающаяся производством и поставкой этого корма, специализируется на сельскохозяйственных животных. Она делает корма свиньям, овцам, грызунам". 
Последствием некачественного питания, как считают инспекторы, стала профнепригодность животных. В таком состоянии главные помощники кинологов (а их 16 в центре) едва держатся на службе, продолжает Марина Ефименко.

"Худеть стали очень сильно. У некоторых шерсть выпадает. В весе потеряли очень сильно. И нам только не хватало заворот кишок. Они теряют служебные качества - и нюх, и зрение".

По мнению независимых специалистов, некачественный корм действительно может серьезно подорвать здоровье собак. При отсутствии необходимых микроэлементов и витаминов, на которых часто экономят некоторые производители, здоровье животных портится буквально за несколько недель, говорит президент региональной общественной организации "Кинология XXI века" Константин Карапетьянц: 

"Всё, что касается качества питания - это залог работоспособности собаки. Если корма поступают некачественные - а я вам скажу сразу, что хороший корм не может быть дешевым, это закономерно, - у собаки будет плохая шерсть, она будет себя плохо чувствовать. У нее может теряться зрение. Собака может глохнуть. Как больное животное может решать те задачи, которые перед ним ставят?"

Одной из причин поставки некачественного корма в кинологические центры МВД может стать несовершенная система государственных закупок, где решающую роль играет цена. Зачастую тендер выигрывают те компании, которые предлагают наименьшую стоимость за пачку корма. При всем при этом убедиться в его качестве заказчику без специальной экспертизы практически невозможно, объясняет руководитель Центра размещения государственного заказа Александр Строганов

"Наша закупочная система подразумевает в большинстве случаев выбор контрагента по цене - самое дешевое, без оценки квалификации поставщика и качества продукции".

После того как инспекторы кинологического центра Мытищ обратились в профсоюз полиции, по их заявлению начали проверку. Это официально подтвердили в МВД по Московской области. Правда, вывода пока никакого не последовало. Сотрудники надеются, что в ближайшее время всё-таки удастся сменить корм для питомцев и наладить нормальное ветеринарное обслуживание. 

Вести ФМ

18.04.2017

Коммерсанты рассказали, что не так с госзаупками

«Опора России» отправила в антимонопольное ведомство письмо с идеями, как улучшить конкурсы.Глава Федеральной антимонопольной службы (ФАС) Игорь Артемьев считает 95% всех торгов, которые проводят госкорпорации, фикцией. Потому что контракты достаются одним и тем же поставщикам. По данным Центра стратегических разработок, 80% госзакупок приходятся на 6% поставщиков (25 тысяч компаний). Сложнее всего приходится малому бизнесу. По закону 10% всех заказов в обязательном порядке должны отдавать малым и средним коммерсантам (при закупках до 200 млн. рублей).

Но тут возникают нюансы...

1. Сертификат за полтора миллиона

Большинство крупных заказчиков требуют, чтобы исполнители прошли добровольную сертификацию. То бишь доказали, что у них все в порядке, их технологии и продукция отвечают современным требованиям. Казалось бы, ничего страшного в таком условии нет. Многие коммерсанты с готовностью получают сертификаты у лицензированных организаций.

А вот дальше и начинается цирк. Заказчики дополнительно требуют, чтобы малый бизнес получил второй сертификат соответствия на тот же самый товар. У большинства госкомпаний есть своя прикормленная лаборатория. Стоимость услуги доходит до 1,5 млн. рублей. Такой финансовый барьер отпугивает большинство коммерсантов со стороны — ведь дополнительный сертификат одного заказчика не подойдет для другого. Фирмам приходится платить каждый раз, если они хотят работать с государством.

- На самом деле, так быть не должно, - считает гендиректор Центра размещения госзаказа Александр Строганов. - Надо жаловаться в ФАС, если заказчик требует какой-то дополнительной сертификации на стадии подачи заявок. В крайнем случае, сертификат могут потребовать на готовую продукцию.

2. Побеждают те, кто занижает цену

Большинство госконтрактов получают те фирмы, которые предложили наименьшую цену.

Иногда коммерсанты скидывают до 60% от стартовой стоимости. Это вроде хорошо - государство экономит. Но в этом случае качество сильно хромает.

Формально, существует черный список поставщиков. Но компании достаточно открыть новое юрлицо, чтобы обойти запрет на работу с государством. От этого страдают и сами заказчики (работа выполняется плохо), и тот малый бизнес, который работает качественно, но не может конкурировать с коллегами-пройдохами по цене.

- Все дело в том, что должен существовать какой-то минимальный ценз для бизнеса, который хочет работать с государством. Какой смысл в том, чтобы пускать на торги все (даже самые мелкие) фирмы? В итоге, приходят организации, которые в принципе не могут справиться с заказом, - заявил Александр Строганов.

3. Нет допуска к гостайне – нет контракта

Любая фирма, если хочет работать на режимном объекте (аэропорт, федеральная трасса, вокзал и так далее), должна иметь доступ к секретным материалам. Но получить его практически невозможно.

«Организация может получить допуск к гостайне только после заключения контракта с заказчиком работ. А для участия в торгах нужна лицензия на проведение работ, связанных с гостайной», - говорится в письме «Опоры России».

Выходит замкнутый круг.

- Это проблема не закупок, а гостайны, - уверен Строганов. - Надо упростить процедуру получения допуска к каким-то закрытым материалам. У нас еще по советской традиции засекречивают все подряд.

Олег Адамович

13.03.2017

Современная система закупок. Благо или дополнительная нагрузка для бизнеса

Во вторник, 28 февраля, в эфире сетевого вещания "Вечерней Москвы" эксперты обсудили работу действующего закона о госзакупках.Гости студии "ВМ" — замначальника управления контроля в сфере закупок Главного контрольного управления города Москвы Ксения Родионова; председатель Комитета по городскому хозяйству и экономической политике Московского отделения "Опоры России" Станислав Супрунов; профессор, член правления МОО "Комитет по борьбе с коррупцией" Ирина Рукина; директор Института Госзакупок Андрей Храмкин и генеральный директор Центра размещения государственного заказа, юрист Александр Строганов — поговорили о плюсах и минусах современной системы государственных закупок.

Замначальника управления контроля в сфере закупок Главного контрольного управления города Москвы Ксения Родионова отметила, что действующий закон дает возможность отслеживать систему на всех этапах.

— В 1997 году начали вносить изменения в систему госзакупок с процедурных моментов, а теперь путем эволюции пришли к контрактной системе. Она включает в себя не просто размещение, но и планирование, нормирование и контроль. Теперь система прозрачна на всех этапах, в том числе, исполнения, — подчеркнула Ксения Родионова.

Генеральный директор Центра размещения государственного заказа Александр Строганов выразил мнение, что сейчас достаточно сложно оценить качество работы поставщиков.

— К плюсам действующей системы можно отнести прозрачность размещения извещений и единую информационную систему. Теперь всем налогоплательщикам понятно каким образом тратятся их деньги. Минусы же — это бессмысленный контроль и некачественные поставщики. Введены электронные аукционы, в которых не существует такого понятия, как критерии качества. Дело в том, что чиновник в министерстве является специалистом в своей области. Он, к примеру, юрист или экономист, но он не профессионал в сфере строительства детских площадок или укладке асфальта. Получается, что его просят прописать критерии для того, в чем он не является специалистом, — сказал эксперт.

По словам председателя Комитета по городскому хозяйству Станислава Супрунова, многие исполнители слишком сильно снижают цены для получения заказов, но при этом не отвечают за качество выполнения.

Член правления МОО "Комитет по борьбе с коррупцией" Ирина Рукина отметила, что проблема состоит в том, что на данном этапе, отсутствуют независимые эксперты для объективной оценки качества продукции и услуг.

Директор Института Госзакупок Андрей Храмкин подчеркнул, что достаточно серьезной проблемой является и значительный отток денег за счет финансовых махинаций.

— Деньги из государственного бюджета должны расходоваться максимально эффективно и прозрачно. На данный момент коррупционные схемы выстраиваются хорошими юристами, которые используют дырки и лазейки в законе для воровства государственных средств. При этом доказать вину становится невозможным, — отметил эксперт.

Елена Якушина

28.02.2017

«Газпром» увеличил стоимость контрактов со «Стройгазмонтажом» на «Силу Сибири»

За год смета строительства трубопровода выросла на четверть.

«Газпром» увеличил общую сумму по пяти контрактам на строительство «Силы Сибири» со «Стройгазмонтажом» Аркадия Ротенберга на 25,6% до 248,3 млрд руб., следует из документов госзакупок. В декабре 2015 г. «Стройгазмонтаж» получил пять заказов на условиях закупки у единственного поставщика почти на 198 млрд руб. Однако 23 января 2017 г. суммы в контрактах были скорректированы, в качестве причины указано «установление твердой цены».

Представители «Газпрома» и «Стройгазмонтажа» отказались от комментариев. «Это нормальная практика для строительства: изначально стоимость минимальна, но, когда появляются реалии жизни, идет корректировка», – говорит источник из компании – подрядчика «Газпрома». В прошлом году менялась сумма контракта «Стройтрансгаза» (совладелец – бизнесмен Геннадий Тимченко) на участок «Силы Сибири» КС-1 «Салдыкельская» – КС-2 «Олекминская». Она выросла с 72,2 млрд руб. до 74,18 млрд руб., причина – изменение объемов и цены, говорится в материалах на сайте закупок. И в случае со «Стройгазмонтажом» условия или объем по контрактам могли быть уточнены, предполагает собеседник из другой компании, участвующей в проекте. Многие подрядчики по «Силе Сибири» идут с опережением графика, знает он. Параметры проекта в целом не менялись, уточнил собеседник.

Содержание контрактов «Газпрома» с подрядчиками по «Силе Сибири» на сайте госзакупок не раскрывается. Цена Сибири $55 млрд во столько оценивается стоимость «Силы Сибири» с учетом разработки месторождений, говорил предправления «Газпрома» Алексей Миллер 30 июня 2016 г., что составляет 3,6 трлн руб. по курсу ЦБ на эту дату. Инвестиции в сам газопровод, по данным «Газпрома», оцениваются в 799,9 млрд руб. (в ценах на 1 января 2011 г.) «Стройгазмонтаж» по итогам 2015 г. был самым крупным подрядчиком на нефтегазовом рынке. В 2015 г. его чистая прибыль выросла на 90% почти до 29 млрд руб. Выручка «Стройгазмонтажа» по РСБУ составила 279,5 млрд руб., увеличившись на 24% в сравнении с предыдущим годом, следует из данных «СПАРК-Интерфакса». Компания строит 1124 км из 2200 км магистрали от Чаяндинского месторождения до границы с Китаем, пишет «Интерфакс». Пока известно о контрактах «Газпрома» на строительство «Силы Сибири» на 469 млрд руб., по данным агентства. Помимо «Стройгазмонтажа» подряды на стройке получили «Стройтрансгаз», «Стройгазконсалтинг» и «Нефтегазстрой». В инвестиционной программе «Газпрома» на 2017 г. заложено 158,8 млрд руб. на «Силу Сибири», из них 153,2 млрд руб. – на строительство линейной части.

С точки зрения законодательства, если в контрактах не появилось принципиально новых работ, ограничения на изменение цены нет, говорит руководитель Центра размещения госзаказа Александр Строганов. «Теоретически там могли быть рамочные цены, а по итогам обследования какие-то параметры работ были уточнены и установлена твердая цена», – говорит он. Закон не устанавливает никаких преград в этой части. Скорее всего, на сумму заказа повлияли и экономические причины: санкции и кризис привели к росту цен на оборудование и материалы. «Вкупе все это могло привести к довольно существенному росту в 25%», – говорит Строганов.

За прошлый год стоимость труб большого диаметра выросла в среднем на 17%, говорит источник в одной из трубных компаний. Большие контракты, как правило, дорожают по ходу реализации, рост на 20% – обычная практика, говорит аналитик «Сбербанк CIB» Валерий Нестеров. В России точность финансового проектирования ниже, чем за рубежом, объясняет он.

Представители ФАС и Минэнерго не ответили на вопросы, представитель Минэкономразвития переадресовал вопрос в «Газпром».

Алена Махнева

31.01.2017, № 4252 

Проверка - она всем проверка

Правительство наделило СП новой функцией по контролю за исполнением бюджетов государственных внебюджетных фондов РФ.

Госдума приняла в третьем окончательном чтении закон, направленный на усовершенствование деятельности Счетной палаты РФ. В функции СП теперь войдет контроль за ходом исполнения бюджетов государственных внебюджетных фондов (ФОМС, ФСС и других). Одновременно с оперативным докладом о ходе исполнения федерального бюджета теперь СП ежеквартально должна будет предоставлять в Госдуму и Совфед аналогичную информацию и о ходе исполнения бюджетов внебюджетных фондов страны. По мнению экспертов, с принятием данного законопроекта СП будет легче контролировать использование средств в регионах, а значит, деньги начнут расходовать по назначению.

Спикер Госдумы Вячеслав Володин подчеркнул особую важность законопроекта о расширении полномочий СП в части контроля за расходованием средств из внебюджетных фондов.

«Данные нормы в случае принятия позволят Счетной палате контролировать расходование средств на региональном уровне на вопросы здравоохранения, социальной помощи. Это очень важный закон, который ставит своей целью усилить контроль по расходованию бюджетных средств, которые поступают в регионы именно через внебюджетные фонды», — отмечал Володин. Спикер также подчеркивал, что до этого СП могла контролировать только бюджетные средства.

По мнению гендиректора центра размещения госзаказа Александра Строганова, мера является очень важной, ведь она должна помочь в осуществлении контроля за использованием денежных средств в регионах.

«Такая мера действительно важна, поскольку скандалы, связанные с тратами внебюджетных фондов, возникают с периодичностью раз в два-три месяца: покупки дорогущих машин, яхт, несусветные ремонты, большие премии. Поэтому я думаю, что контроль Счетной палаты поспособствует тому, что деньги начнут тратиться целевым способом или вообще для начала хотя бы станут доходить до регионов», — рассказал «Профилю» Строганов.

Эксперт подчеркнул, что усиление контроля СП за исполнением бюджетов государственных внебюджетных фондов в России поможет сгладить существенный разрыв между федеральным и региональным контролем.

«Хотя раньше внебюджетные фонды время от времени также контролировались, у них был более благоприятный режим контроля, нежели в органах исполнительной власти», — отметил он.

Гендиректор системы электронных торгов «ТЭК-Торг» Дмитрий Сытин также находит изменения в законодательстве позитивными.

«Внебюджетные фонды — это либо те, которые направлены на финансирование государственных программ, либо фонды поддержки чего-либо. В любом случае, это окологосударственные деньги и инструменты. Законопроект поможет улучшить контроль, что должно предотвратить нецелевое использование денежных средств и сделать всю эту систему более прозрачной. Думаю, что в будущем нововведения помогут предотвратить стандартные, часто вспыхивающие скандалы, возникшие из-за того, что сумма перечисленных из федерального центра денежных средств не доходит до региона. Ведь после разбирательств, как правило, выясняется, что деньги были потрачены нецелевым способом», — объяснил Сытин.

Мария Разумова

26.01.2017

Собянин хочет вывести московские госзакупки с единого федерального портала

Из-за технических сбоев ЕИС срываются значимые контракты, сказал мэр. По мнению экспертов, «размножение» системы закупок запутает поставщиков и усложнит проверку коррупционности заказов.Сергей Собянин предложил убрать информацию о московских госзакупках с единого федерального портала и перенести ее на отдельный московский сайт. С таким предложением столичный мэр обратился к премьер-министру Дмитрию Медведеву, сообщают «Ведомости» со ссылкой на копию письма. Сейчас информация о всех госзакупках публикуется на сайте единой информационной системы zakupki.gov.ru . Мэр Москвы напомнил, что в прошлом году у этой системы были регулярные технические сбои, из-за чего срывались социально значимые контракты. Поэтому Собянин предложил разрешить городам с госзакупками от 100 млрд рублей создавать собственные системы.

Руководитель Центра размещения государственного заказа Александр Строганов оценил инициативу:

«Действительно есть такая проблема с официальным сайтом единой информационной системы, но это не новость, потому что эта проблема присутствует все 10 лет существования этой единой системы. В 2016 году особенно много было сбоев, особенно под конец года, когда нагрузки на систему возросли, и безусловно, эти сбои оказывают негативное влияние на государственный заказ».

У Москвы уже есть собственная городская электронная система ЕАИСТ, чьи функции схожи с федеральной ЕИС. Может ли понизиться прозрачность госзакупок в случае, если правительство прислушается к Собянину, рассуждает гендиректор компании Cognitive Technologies Андрей Черногоров:

«ЕАИСТ города Москвы в настоящий момент содержит больше информации, чем ЕИС, в этом плане он более прозрачен. Я не могу сказать относительно всех систем госзаказа — под эту инициативу подпадут системы пяти субъектов. Именно про Москву могу сказать, что прозрачность скорее повысится. В других — ситуация разная».

Впрочем, есть и другая точка зрения. Директор Центра антикоррупционных исследований и инициатив Transparency International Антон Помино считает, что существование нескольких систем осложнит поиск информации о госзакупках и проверку их возможной коррупционности:

«Намного удобнее, когда есть одна площадка, где можно почерпнуть все сведения, чем бегать и разыскивать какие-то закупки по всем региональным площадкам. Дело в том, что если мы, например, расследуем какой-то кейс или ищем компанию, человека, то очень удобно, когда есть один портал закупок — ты заходишь и смотришь все госконтракты, которые та или иная компания получила. А если мы переходим к ситуации региональных порталов, то намного сложнее искать. С другой стороны, и поставщикам это тоже целая история, то есть довольно сложно будет искать какие-то выгодные контракты бизнесмену, который желает в чем-то поучаствовать, соответственно нужно будет заходить на несколько сайтов, мониторить, если мы вернемся к этой истории с региональными закупками. Я так понимаю, что аргументация у Собянина заключается в том, что zakupki.gov.ru с технической точки зрения система далеко не идеальная, но это слабый аргумент. Значит, нужно дорабатывать систему, а не уходить на другие площадки, которые будут плодиться, и найти что-либо будет намного сложнее».

Московские госзакупки регулярно становятся поводом для публикаций и расследований СМИ. Недавно портал «Медуза» , изучив контракт, выяснила, что стоимость новогодней иллюминации столицы могла быть сильно завышена.

Business FM

25.01.2017

Размер не имеет значения

Компания из пяти человек получила контракты с "Газпромом" на миллиарды рублей. Малое предприятие из Томска под названием "Томпромтранс" будет работать по проекту "Сила Сибири". Организация займется строительством вспомогательных объектов магистрального газопровода. Общая сумма заказа — 8 млрд руб. Как таким компаниям удается получить крупные контракты? И кто в итоге их исполняет? Разбирался Алексей Соколов.

"Томпромтранс" обеспечит газопроводу "Сила Сибири" инфраструктуру. Компания со столь немногочисленным штатом займется в городе Алдан строительством административных зданий, жилых и социальных объектов, объектов производственной и энергетической инфраструктуры. До директора фирмы Евгения Лаврененко смог дозвониться лишь "Интерфакс": глава компании сообщил, что крупный проект они получили, просто подав в "Газпром" документы. Лаврененко заявил, что "удовлетворил все их требования", и у компании есть необходимая техника. При этом он отметил, что "Томпромтранс" будет обязательно использовать субподрядные организации.Даже при столь крупном проекте численность компании не должна удивлять, сообщил "Коммерсантъ FM" директор Фонда энергетического развития Сергей Пикин. Эксперт напомнил, что существуют, к примеру, инженерные фирмы без единого строителя, успешно занимающиеся строительством. Кроме того, фактически в "Томпромтрансе" может работать гораздо больше сотрудников, чем заявлено, отметил Пикин: "Есть масса компаний, которые либо не знают рынок, либо не соответствуют каким-то определенным условиям, либо у них нет возможности получить банковские гарантии, либо они не могут ждать поэтапного финансирования. В таких случаях они готовы идти на все подряд, чтобы кто-то им эти условия предоставил. Есть компании, которые обладают некими ресурсами. В этом случае неважно, сколько там человек работают. По гражданско-правовым договорам в таких компаниях может быть гораздо больше сотрудников. Они, зная рынок, берут подобный конкурс, не требуя какой-то специальной классификации, и дальше получают вознаграждение как проектные управляющие".

В начале прошлого года правительство утвердило антикризисный план. Согласно ему, подряды на госконтрактах требовалось предоставлять не только крупным компаниям, но и субъектам среднего и малого предпринимательства. Сотрудничество "Газпрома" и "Томпромтранса" соответствует такой схеме, отметил директор Центра размещения государственного заказа Александр Строганов.

"Это выполнение поручений президента и правительства по поддержке малого и среднего предпринимательства. Подобная история идеально ложится в эту государственную программу. Не секрет, что крупные компании зачастую этим пользуются, создавая через десятые руки малые предприятия. Потому что столько субъектов малого предпринимательства в России, которые заняты в реальном бизнесе, сколько существует на бумаге, конечно, нет", — пояснил он.

Юридически доля субподряда в подобных контрактах не ограничена. Поэтому компания, которая выступает фактически посредником между крупной компанией и местными подрядчиками, может быть сколь угодно малочисленной. Спрос при этом с фирмы будет как с большой.

Коммерсантъ FM

24.01.2017

Большие деньги за маленький логотип

Алексей Навальный, наверное, второй кандидат в президенты после Дональда Трампа, который остро реагирует на замечания в социальных сетях.Оппозиционер избрал себе новую мишень — дизайнера Артемия Лебедева. Повод — госзаказ студии Лебедева от администрации города Сатка. Навальный просит антимонопольную службу разобраться, почему Лебедев получает, по его мнению, слишком много высокооплачиваемых госзаказов, о которых нет сведений в открытом доступе. В ответ дизайнер назвал Навального доносчиком.

О Сатке, поссорившей двух интеллектуалов, рассказывает Алексей Коростелев.

Сатка ― город в Челябинской области. Его логотип заинтересовал Алексея Навального и челябинскую прокуратуру, которая будет проверять этот, по мнению Навального, «странный госзаказ». К слову, жителям логотип тоже не очень понравился ― читатели группы «Типичная Сатка» во «Вконтакте»  (там состоит 8 тысяч участников, а это 20% от населения) проголосовали против логотипа от студии Артемия Лебедева. Но к их мнению не прислушались.

Стоимость такого логотипа неизвестна ― это коммерческая тайна, и именно это дало ФБК повод написать жалобу. Городской логотип якобы должен был делаться за госсчет, но на госзакупках такого лота нет, что, правда, по мнению руководителя центра размещения госзаказа, не дает Навальному права обвинять Лебедева и власти в заключении незаконных контрактов.

«Во-первых, закупки малого объема по 223-ему (федеральному закону ― прим. Дождя) не публикуются до пятисот тысяч. По желанию заказчика. Второе ― что не публикуется информация о конкурсах на большие суммы. Эта информация может запросто попадать в специальный перечень правительства, который не подлежит опубликованию», ― рассказал Александр Строганов, руководитель Центра размещения государственного заказа.

Tvrain

18.01.2017

Регулирование: Свобода госзакупки

Борьба ГУПов и МУПов за свободу закупок вышла на финишную прямую.

Напомню, что с 1 января 2017 г. государственные и муниципальные унитарные предприятия (ГУП, МУП) должны попасть под действие закона о контрактной системе № 44-ФЗ, регулирующего закупки товаров, работ, услуг для государственных и муниципальных нужд. Пока для унитарных предприятий в сфере закупок основным является закон № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц», который предоставляет гораздо большую свободу при выборе контрагента. Учитывая пожелания власти и общественности, было принято решение приравнять унитарные предприятия по закупочному статусу к другим государственным органам.

Но не все оказалось гладко.

По данным Минэкономразвития, в России зарегистрировано около 12 000 унитарных предприятий и далеко не все из них являют собой пережиток советского прошлого. Деятельность некоторых из них действительно весьма важна для страны, да и просто коммерчески успешных немало. По словам заместителя министра экономического развития Евгения Елина, только за последний год было создано порядка 800 новых госучреждений – ГУПов, МУПов и т. д.

Президент и правительство неоднократно ставили задачу сократить число унитарных предприятий. Это касается тех сфер, в которых присутствие государства не является жизненно необходимым. Скажем, муниципальные аптеки, явно лишние на развитом рынке крупных городов, но где-нибудь в удаленном сибирском районе дающие порой единственную возможность обеспечить население лекарствами. Или очевидно искусственные, не поддающиеся исчислению охранные организации в виде унитарных предприятий. А сельское хозяйство разве не обойдется без пары сотен унитарных предприятий? Проблема огромного количества «унитарок» очевидна, но она не должна решаться путем их массовой ликвидации или унификации.

Деятельность любого унитарного предприятия можно разделить на два направления: решение определенных государственных задач и материально-техническое обеспечение первого. Отдельным направлением еще можно выделить коммерческую деятельность, но не стоит забывать, что она, во-первых, осуществляется только в рамках целей, определенных уставом, а во-вторых, часть прибыли подлежит перечислению в бюджет и это уже само по себе наводит на мысль, что унитарное предприятие не коммерческая компания в чистом виде.

Но все же, пытаясь причесать под одну гребенку всех и вся, хоть косвенно имеющих отношение к государству, законодатель совершал большую ошибку. Первый вариант законопроекта предусматривал сохранение ныне действующего статуса для унитарных предприятий в сфере СМИ. Ко второму чтению документ существенно расширил круг адресатов. Теперь предлагают распространить поблажки в сфере закупок на унитарные предприятия, осуществляющие деятельность, «имеющую существенное значение для обеспечения прав и законных интересов граждан» и важную «для безопасности государства».

Действительно ли унитарное предприятие является такой уникальной организационно-правовой формой, которая не в состоянии вести такую же закупочную деятельность, как какое-нибудь министерство?

Давайте оттолкнемся от формулировок самого законопроекта, предоставляющего «избранным» послабления в части 44-ФЗ. Например, как влияет на обеспечение прав и законных интересов граждан оперативное освещение СМИ государственной политики и общественной жизни России, а также важнейших событий, происходящих за рубежом? Самым прямым образом. Создание срочного новостного сообщения требует оперативных мероприятий. Необходимо найти корреспондента (если он не штатный), закупить контент (фото, видео, аудио) и проч. И эта оперативность и гибкость жизненно необходимы для самой сути новостной журналистики – находить свежую информацию на темы, представляющие интерес для общества, и по возможности быстро, точно, взвешенно и правдиво передавать ее. И любой, кто скажет, что для такой деятельности контрактная система благо и большое подспорье, слукавит.

А вот для создания информационных баз, банков данных, фотобанков и других информационных ресурсов, сотрудничества с другими информационными агентствами и СМИ, развития материально-технической базы и проч. 44-ФЗ не станет такой уж большой помехой. Я уж не говорю об обычном хозяйственном обеспечении (ремонт, канцелярия, транспортное обслуживание и т. п.).

Возьмем такую обычную закупку, как поставка воды или канцелярских принадлежностей. Критично ли сокращение количества точилок для карандашей для реализации государственно-важных проектов? Сомневаюсь. Угрожает ли безопасности государства болтающийся плинтус на третьем этаже? Уверен, не настолько, чтобы снимать с боевого дежурства ракетные комплексы.

Поэтому в качестве золотой середины все-таки представляется разумным ограниченное распространение контрактной системы на унитарные предприятия, но не по принципу названия или отрасли, в которой они работают, а по направлениям деятельности внутри них самих. Закупки в целях обеспечения решения определенных государственных задач – по 223-ФЗ, а закупки для материально-технического обеспечение первого – по 44-ФЗ. Думается, такое решение устроит все заинтересованные стороны.

Александр Строганов

21.12.2016, № 4229

Лекарство от импорта

Чиновники рассчитывают на локализацию производств.

 

Несмотря на протесты врачей и сообществ пациентов, правительство расширило список импортных медицинских изделий, закупки которых государственными заказчиками будут ограничены. Постановление было подписано 30 ноября и опубликовано в среду.Ограничения распространяются на марлю, диагностические наборы, рентгеновские аппараты, дефибрилляторы, инкубаторы интенсивной терапии для новорожденных, хирургическое и стоматологическое оборудование, экзопротезы грудных желез на основе силиконового геля – всего 62 новые группы. Закупать их будет нельзя, если на конкурс поступили хотя бы две заявки с предложением приобрести российские аналоги (или стран Таможенного союза) – так называемое правило «третий лишний».

Впервые ограничения были введены в феврале 2015 г. – 46 групп изделий, включая медицинскую одежду, томографы, микрохирургические ножницы и гинекологические зеркала. Расширить перечень Минпромторг пытается с августа 2015 г. – в том варианте был 101 вид изделий. Это вызвало протесты: отечественные бинты крошатся и раны дольше заживают, говорили врачи, реабилитационная техника в московских больницах вся импортная, потому что она лучше. Ограничения могут поставить крест на развитии программы домашних ИВЛ, если в перечень попадут аппараты для искусственной вентиляции легких, предупреждала координатор ассоциации пациентов и родителей, воспитывающих детей со спинальной мышечной атрофией, «Семьи СМА» Ольга Германенко. Аппараты ИВЛ в список не попали, а также, например, презервативы и протезы клапанов сердца.

Минэкономразвития и ФАС тогда дали отрицательное заключение на проект постановления.

Механизм «третий лишний» – очень эффективный инструмент, он уже увеличил поставки российских медизделий, по отдельным позициям импорт полностью вытеснен, говорит директор департамента развития контрактной системы Минэкономразвития Максим Чемерисов. Но пользоваться им нужно аккуратно: речь может идти о здоровье и жизни людей, поэтому Минэкономразвития так долго согласовывало перечень, объясняет Чемерисов. ФАС не ответила на запрос «Ведомостей».

Вряд ли больницы могли воспользоваться затянувшейся дискуссией правительства и закупить впрок необходимые изделия, говорит гендиректор Центра размещения госзаказа Александр Строганов. А если купленный заранее товар испортится, то может грозить и уголовная ответственность, сказал он, никто не станет так рисковать.

Ограничения должны были стать стимулом для локализации производства медицинских товаров и эта цель достигнута – иностранные компании проявляют интерес, утверждает заместитель председателя комиссии РСПП по фармацевтической и медицинской промышленности Александр Смирнов. Иностранные производители уловили политический сигнал, есть компании, которые начинают выход на российский рынок с локализации, согласен гендиректор научно-технического центра «Медитэкс» Андрей Виленский. Рынок давно живет в условиях протекции российских производителей, за последние пару лет на 20% увеличилась закупка именно отечественного оборудования, многие отечественные изделия – это локализованные иностранные и они не уступают по качеству, успокаивает директор ГБУ НИИ организации здравоохранения Давид Мелик-Гусейнов. Введение первого ограничения в целом не изменило рынок медицинских изделий, существенного перераспределения не произошло, не согласен Виленский: российские производители, которые занимали хорошие позиции, улучшили их, а новых компаний с заметной долей на рынке не появилось.

В госзакупках цена снижается по отдельным позициям, но в целом не меняется, считает Виленский. Там, где ограничение используется, цена снижается на 30–50%, утверждает Смирнов.

Госзаказчики всегда могут указать такие необходимые параметры товара, под которые будет подходить только импортное изделие, говорит Строганов. Хотя применяются и грубые способы обхода закона – вплоть до того, что по бумагам закупается одно, а поставляется другое, рассказывает он.

Екатерина Мереминская

08.12.2016, № 4220

ФСБ займется госзаказом

Госзаказчикам придется проверять всех бенефициаров поставщиков.

Минэкономразвития, Генпрокуратура и ФСБ объединили усилия для борьбы с коррупцией в госзакупках – для этого они намерены активнее выявлять связи между поставщиками и заказчиками.

Подготовленный Минэкономразвития законопроект («Ведомости» ознакомились с ним) обязывает поставщиков раскрыть заказчикам своих истинных бенефициаров и считать им любого человека, который может контролировать действия компании. Сейчас закон о госзаказе считает выгодоприобретателями лишь тех, кто прямо или косвенно владеет более 10% голосующих акций или уставного капитала.

Ведомства хотят расширить и понятие конфликта интересов, наличие которого может привести к расторжению госконтракта. Сейчас он возникает, если заказчик и выгодоприобретатель поставщика близкие родственники или супруги. Они не должны быть и фиктивно расторгнувшими брак людьми или просто жить вместе, предлагает ФСБ в ответе на проект Минэкономразвития. Действующий закон запрещает заключить контракт, например, главе региона с компанией, принадлежащей его жене, и с такими женами стало принято разводиться, передал через пресс-службу директор департамента развития контрактной системы Минэкономразвития Максим Чемерисов. По его словам, Минэкономразвития поддерживает все предложения, направленные на усиление борьбы с закупками у аффилированных лиц. Получить комментарии представителя ФСБ не удалось.

Законопроект – часть национального плана борьбы с коррупцией и утвержденного в июле Генпрокуратурой отдельного плана для госзаказа. О его исполнении будет доложено президенту («Ведомости» ознакомились с проектом доклада).

Проверять отсутствие конфликта интересов будут, по проекту, сами заказчики. Для этого они смогут использовать систему госзакупок, в которую будут интегрированы данные Росфинмониторинга, ФНС, загсов и других ведомств. Основная задача – автоматизация выявления аффилированности в закупках, поясняет Чемерисов.

ФАС согласовала проект с замечаниями, рассказал замруководителя службы Рачик Петросян. Какими именно, он не уточняет. Снизить коррупцию в госзаказе помог бы перевод всех торгов в электронный вид, тогда участника торгов не могли бы отстранить, придравшись к неправильной нумерации страниц, говорит Петросян.

Не обязательно быть родственниками или бывшими супругами, чтобы извлекать выгоду из госзаказа, констатирует гендиректор Центра размещения госзаказов Александр Строганов, и наоборот, случается, что родственник или бывший супруг действительно способен выполнить заказ лучше всех. Такой формальный подход лишь усложнит схемы вывода активов, а надо отслеживать реальные нарушения – поблажки при приемке, предоставление преимуществ и проч., уверен Строганов. Реализовать предложения будет сложно, считает юрист Фонда борьбы с коррупцией Любовь Соболь: недобросовестные заказчики просто не станут проверять, настоящих ли бенефициаров указал поставщик. А добросовестным поставщикам и заказчикам очередное ужесточение добавит рутинной работы, но вряд ли поможет бороться с коррупцией, говорит Строганов. Разве что не особенно хитрые поставщики раскроют истинных бенефициаров, а общественные контролеры это найдут и напишут жалобу, замечает Соболь.

Изменения могут, наоборот, вывести из-под удара высокопоставленных руководителей заказчиков – они смогут сказать, что виноват сотрудник департамента закупок, не проверивший конфликт интересов, полагает Строганов.

Екатерина Мереминская

30.11.2016, № 4214

Казначеи на объекте 

Минфин отчитался перед президентом Владимиром Путиным о внедрении в 2016 г. нового механизма казначейского сопровождения средств федерального бюджета.По оценкам министерства, деньги стали расходоваться эффективнее, дебиторская задолженность перестала расти, доложил министр финансов Антон Силуанов Путину на его встрече с правительством, переход на казначейское сопровождение госконтрактов позволил аккумулировать бюджету 250 млрд руб. А эффективное управление бюджетными деньгами позволило государству заработать в 2016 г. около 80 млрд руб., радовался он.

Но казначейское сопровождение нуждается в доработке, сказала председатель Счетной палаты Татьяна Голикова, пока под него попало только 30% из тех бюджетных денег, которые в принципе могли бы распределяться таким образом. Кроме того, по словам Голиковой, бизнес научился обходить новый механизм Минфина.

Получатели субсидий начали менять их механизм – субсидия фактически стала компенсацией уже понесенных затрат, продолжала Голикова. Отчеты об использованных средствах зачастую не содержат информации, которая подтвердила бы, что расходы целесообразны, а иногда в них просто ошибки, подчеркнула Голикова. Если раньше свободные бюджетные средства лежали на счетах головной компании, указывает она, то после введения казначейского сопровождения деньги спустились на счета «дочек» или субподрядчиков, ушли от казначейского сопровождения.

А еще сократились авансы при госзакупках. Счетная палата проанализировала закупки медтехники и вертолетов, привела пример Голикова: где есть авансирование, там снижение начальной максимальной цены от 3 до 6%; где его нет – от 0,007 до 0,5%. По некоторым контрактам, где авансирование снимается, торги не дают экономии, сетует она: «Скорее всего это превратится в тенденцию».

Работа без аванса соответствует мировой практике – когда есть госконтракт, можно взять кредит и закупить все необходимое, говорит заместитель руководителя Федерального казначейства Станислав Прокофьев. Для государства это лучше, чем авансировать направо и налево, а потом эти деньги зависают или пропадают, считает он.

В 2017–2019 гг. Минфин обещает расширить казначейское сопровождение бюджетных субсидий и инвестиций, шире применять казначейские аккредитивы (пока работает только на гособоронзаказе).

В 2016 г. было так называемое простое казначейское сопровождение, а в 2017 г. будет тестироваться экспериментальное расширенное, рассказывает Прокофьев: это будет не только анализ документов об исполнении контракта, но и выезд ревизоров на объекты, контрольные осмотры, обмеры. В более далекой перспективе – создание в казначействе двух лабораторий, где будут исследовать составы материалов, растворов, асфальта и проч., объяснил Прокофьев. В 2017 г. выезжать будут выборочно, чтобы отработать процедуру, а дальше правительство установит критерии объектов, на которые выезжать обязательно, заключил он

Казначейское сопровождение для поставщиков создает проблемы: это зависимость от третьей стороны, когда за каждую неверную запятую поставщик рискует получить задержку оплаты, говорит гендиректор Центра размещения госзаказа Александр Строганов. От казначейского сопровождения могут уйти – раздробить лот на более мелкий, отказаться от аванса, разбив при этом выполнение контракта на этапы и выплатив завуалированный аванс вскоре после начала выполнения работ, рассуждает он.

Александра Прокопенко,

Екатерина Мереминская

24.11.2016, № 4210

Минфин движется к госзакупкам   

Так будет проще следить за экономией бюджета.

Надо сделать Минфин единственным министерством, отвечающим за регулирование закупок государства и госкомпаний, предлагает в письме первому зампреду правительства Игорю Шувалову министр открытого правительства Михаил Абызов («Ведомости» ознакомились с текстом, подлинность подтвердил автор). В госзакупках тратятся деньги бюджета, а значит, регулировать их надо Минфину и, следуя принципу одного окна, ему же отдать регулирование закупок госкомпаний, пишет Абызов: тогда и работа над каталогом закупаемых товаров завершится в кратчайшие сроки, эффективность контроля повысится, конкуренция на торгах вырастет, а цены, наоборот, снизятся. Кроме того, Минфин сможет принудительно отзывать бюджетные обязательства на сумму полученной при закупках экономии, сказано в письме.

Письмо получено и отправлено в министерства, комментирует представитель секретариата Шувалова. В Минфине заявили, что решать будет правительство. Пересадка чиновников, которой сопровождается передача полномочий, не будет эффективным способом улучшения контрактной системы, уверен Евгений Елин, замминистра экономического развития, курирующий систему закупок.

Госзакупки и закупки госкомпаний – почти 30 трлн руб. (см. график на стр. 05). Создать каталог закупок к 2017 г. должно Минэкономразвития, интересовался задачей «Ростех», предлагали услуги и электронные площадки госзакупок. За законы о закупках отвечает Минэкономразвития. Минфин разрабатывал правила нормирования (ограничение цены и качества закупок в зависимости от должности заказчика), реестр контрактов и реестр банковских гарантий. Минфину подчиняется казначейство, отвечающее за Единую информационную систему закупок, но функциональные требования выдает Минэкономразвития.

С 1 января 2017 г. эта система интегрируется с информационной системой управления общественными финансами «Электронный бюджет», операторы – Минфин и казначейство, напоминает Абызов.

Основная цель контрактной системы, как ее видит Минэкономразвития, – сделать госзакупки удобными для основных заказчиков: детских садов, школ, бюджетных учреждений, говорит Елин и предполагает, что передача регулирования в Минфин объясняется желанием сделать систему удобной для чиновников и увеличить экономию бюджетных средств.

Минфин действительно много делает для развития контрактной системы, его заслуга – нормирование, реестры контрактов и банковских гарантий, отметил федеральный чиновник.

Передача полномочий не приведет к заминкам в принятии масштабных изменений, которые разрабатываются Минэкономразвития, сказал Абызов «Ведомостям»: по поправкам у правительства позиция сформулирована и она единая для всех ведомств независимо от того, какое министерство их сопровождает. Но потом потребуется принятие подзаконных актов и консолидация функций администрирования в правительстве закупок государства и госкомпаний позволит сделать это быстрее, говорит он.

Отдать в Минфин можно только каталог или даже всю разработку Единой информационной системы, поскольку министерство глубоко погружено в тему создания этой системы, но общее регулирование контрактной системы лучше оставить за Минэкономразвития, считает бизнес-омбудсмен по закупкам Сергей Габестро. Сосредоточить все регулирование в одном министерстве – вряд ли хорошая идея, пока между ними есть диалог, есть возможность быть услышанными и у экспертов, и у участников рынка, объясняет Габестро, а если Минфин будет принимать решения один, то «мы просто будем просыпаться в другой реальности».

Главное – чтобы была компетенция, которая позволит регулировать закупки, говорит председатель совета директоров электронной площадки B2B-Center Александр Бойко, а если какие-то функции вместе с сотрудниками перейдут в Минфин, то какая разница, какое ведомство это регулирует, люди-то будут примерно одинаковые.

Минфин контролирует, на что тратить, а ему хотят еще и дать контролировать как, но в конечном счете министерство будет смотреть сколько, замечает гендиректор Центра размещения госзаказа Александр Строганов. И сейчас, когда все непотраченные деньги изымаются, у госзаказчика одна цель – потратить неважно на что, а если изымать будут и сэкономленные, то цель будет потратить еще больше, предупреждает он.

Екатерина Мереминская

03.11.2016, № 4196

Госконтракты зря заключают     

Расторгнутых госконтрактов стало больше на треть.

Размер госзаказа не растет, показал мониторинг Минэкономразвития: за три квартала заключено контрактов на 3,24 трлн руб. – примерно как и год назад (без учета гостайны). Но резко выросли количество и сумма расторгнутых контрактов – на 31 и 28% соответственно. Расторгнутые контракты – это около четверти госзаказа (762 млрд руб., см. график), больше половины приходится на регионы, следует из мониторинга, с которым ознакомились «Ведомости».

Доклад о результатах мониторинга представлен в правительство, подтвердил представитель Минэкономразвития.

Десятка самых крупных расторгнутых в 2016 г. госконтрактов – на строительство, в том числе дорог (см. таблицу). Часть таких контрактов была заключена еще по закону о госзакупках, действовавшему в 2005–2013 гг., уточняет представитель Минэкономразвития.

Почти всегда и государство, и поставщик согласны на расторжение контракта. Неэффективными Минэкономразвития считает около 6900 контрактов на 143 млрд руб.: они были расторгнуты заказчиками в одностороннем порядке или по решению суда. Это означает, что не удалось выбрать квалифицированных исполнителей, пишет Минэкономразвития. Половина расторгнутых контрактов была заключена на электронном аукционе, почти по четверти – закупка у единственного поставщика и на открытом конкурсе.

Кризис – называет представитель Минэкономразвития возможную причину увеличения числа расторгнутых контрактов: меняются цены, сокращается бюджетное финансирование. Второй год действуют антикризисные поправки, позволяющие менять цену контракта, но не всегда это помогает. Часто подрядчики не могут исполнить заказ по цене контракта, а на ее повышение нет денег в бюджете, говорит закупщик одного из госзаказчиков.

Очень много расторгнутых контрактов в этом году именно по стройке, признает федеральный чиновник в Санкт-Петербурге, среди них и на стадион «Зенита». В строительной отрасли сложная ситуация, многие подрядчики банкротятся, а контролирующие органы следят, чтобы контракты с ними оперативно расторгались, объясняет он. Государство теряет на таких контрактах – банкроты не спешат возвращать неотработанные авансы (до 30% контракта), а банки судятся, чтобы не платить по гарантиям, рассказывает федеральный чиновник. Нужен механизм безакцептного списания денег со счетов банков, говорит он.

Вряд ли появилась новая схема незаконного обогащения через расторжение контрактов – деньги, кроме аванса, выплачиваются после выполненных работ, замечает гендиректор Центра размещения госзаказа Александр Строганов. Поставщики при расторжении контракта только теряют, так как тратились на участие в торгах, обеспечение заявки и контракта, рассуждает он.

Екатерина Мереминская

17.10.2016, № 4183

Судебный контракт - вне конкурса     

Строительство зданий для Верховного суда в Петербурге обойдется федеральному бюджету в 4 млрд рублей. Управделами президента России пока не раскрывает имя единственного исполнителя контракта. Управление делами президента выбрало подрядчика для строительства комплекса зданий для Верховного суда в Санкт-Петербурге на пр-те Добролюбова, 14. Максимальная цена контракта – 41 млрд руб., процедура состоялась без конкурса, закупка осуществлена у единственного поставщика, сказано на сайте госзакупок. Представитель управления делами президента России отказалась сообщить, кому достался контракт. Нет об этом информации и в карточке закупки. Пресс-служба судебного департамента на запрос не ответила. 

В стоимость контракта включено строительство комплекса зданий в составе административных зданий Верховного суда и судебного департамента при Верховном суде, инженерно-технического блока, четырех жилых домов для судей и работников аппарата суда и Дворца танцев Бориса Эйфмана. 

Всего судебный квартал займет территорию около 10 га на набережной Малой Невы. Его проектировала московская фирма «Сатурн», а архитектурный облик комплекса выполнила петербургская архитектурная мастерская «Евгений Герасимов и партнеры». По проекту Герасимова общая площадь комплекса зданий – 225 000 кв. м. В частности, 94 000 кв. м будет отведено под семиэтажное здание Верховного суда с подземной парковкой на 500 мест, судебный департамент разместится на 20 000 кв. м. Жилой комплекс для сотрудников суда площадью 77 000 кв. м рассчитан на 600 квартир. Кроме зданий для судей и театра на набережной предусмотрен парк. 

Работы по контракту разбиты на три этапа, все они должны завершиться в декабре 2018 г. согласно документам, опубликованным на портале госзакупок. В 2016 г. из федерального бюджета на строительство выделят 13,7 млрд руб., в 2017 г. – 14,1 млрд, в 2018 г. – 13,3 млрд. Обеспечение для исполнения контракта не требуется, указано в карточке закупки. 

Сумма закупки очень велика, освоить ее в такой короткий срок крайне сложно – в среднем надо выполнять работы на 1,5 млрд руб. в месяц, удивляется вице-президент компании STEP Дмитрий Кунис. Если исходить из общей площади проекта в 225 000 кв. м, то стоимость работ за 1 кв. м крайне высока, подтверждает один из петербургских девелоперов. Если бы был открытый конкурс, он привлек бы много участников, добавляет собеседник «Ведомостей». Правда, государственные заказчики не всегда аккуратно расплачиваются по счетам, отмечает он. 

Гендиректор Центра размещения госзаказов Александр Строганов, напротив, считает, что цена контракта невысока, особенно если работы будут выполнены под ключ. К таким объектам особые требования, например, по связи, системам вентиляции и т. д., перечисляет Строганов. 

Перевести Высший арбитражный и Верховный суды из Москвы в Санкт-Петербург в 2012 г. предложил президент России Владимир Путин еще до принятия решения об их объединении. До этого «дочка» ВТБ – компания «Петербург сити» планировала реализовать в этом месте проект по строительству элитного жилья под названием «Набережная Европы» за 47 млрд руб. В итоге ВТБ пришлось уступить участок под проектом «Набережная Европы» судебным органам (см. врез). В 2014 г. Росимущество завершило процедуру передачи территории на пр-те Добролюбова управлению делами президента. 

Надежда Зайцева

02.10.2016, № 4173

Малость для Москвы    

Партнеры консалтинговой компании McKinsey создали собственный малый бизнес и побеждают на тендерах Москвы.

Государственные контракты на 288 млн руб. в 2015 г. и на 87 млн руб. в 2016 г. получило ООО «Центр современной практики управления», по данным «СПАРК-Интерфакса». Эта компания оказывает услуги, например, управлению делами мэра Москвы (исследование оценки эффективности системы внутренней управленческой отчетности, 11,8 млн руб.) или дирекции департамента здравоохранения (поддержка проектного офиса, 75 млн руб.). Фактически госзаказчики получают услуги от партнеров консалтинговой компании McKinsey – компания принадлежит пяти гражданам, имена и фамилии которых совпадают с именами и фамилиями партнеров McKinsey (по 19,4%, данные СПАРК) и самой McKinsey (3%). Эта компания есть и в новом реестре малого и среднего бизнеса. 

«Центр современной практики управления» – российское юридическое лицо, принадлежит российским гражданам, компания работает в партнерстве с McKinsey, подтвердил представитель McKinsey, вся IT-инфраструктура центра находится в России, гарантирует безопасность работы с клиентской информацией и позволяет хранить данные исключительно на территории страны. Создание компании не было продиктовано соображениями участия в торгах в качестве малого бизнеса, уверяет представитель McKinsey. 

Госзаказчики 15% закупок должны отдать малому бизнесу. В первом полугодии 2016 г., по данным Минэкономразвития, сообщено о таких закупках на 350 млрд руб. 

Широкого распространения практики специального создания малых предприятий для закупок не наблюдается, говорит представительница Минэкономразвития, но даже специально созданные малые предприятия платят налоги, создают рабочие места и повышают конкуренцию. Департамент конкурентной политики Москвы не ответил на запрос. Московское УФАС не смогло оперативно прокомментировать эти конкурсы. 

В госзаказе часто появляются поставщики, которые представляют малый бизнес, но сотрудничают с крупными субподрядчиками, и заказы фактически выполняют они, сетует руководитель рабочей группы АСИ по закупкам у малого бизнеса Сергей Фахретдинов. Среди поставщиков госкомпаний Минэкономразвития обнаружило, например, ООО «СГМ» (так сокращается «Стройгазмонтаж» Аркадия Ротенберга). Не вполне ясно, как эту практику прекратить, говорит Фахретдинов. 

Создание компании под участие в торгах и даже под конкретный контракт – распространенная практика, не всегда подразумевающая коррупцию, замечает гендиректор Центра размещения госзаказа Александр Строганов. Часто таким образом крупные компании с известным именем снимают риски попасть в список недобросовестных поставщиков – не известно, чего потребует и как себя поведет госзаказчик, объясняет Строганов. А госзаказчики так выполняют квоты на контракты с малым бизнесом, напоминает он. Реального малого бизнеса для таких квот недостаточно, заключает Строганов. 

Екатерина Мереминская

21.09.2016, № 4165

15% на патриотизм  

Госкомпании купят отечественное, и подороже.

Правительство обязало госкомпании и монополии отдавать в закупках приоритет российскому производителю товаров и услуг. Как следует из подписанного премьером постановления, заявки с отечественными предложениями автоматически будут участвовать в конкурсах с понижающим коэффициентом в 15% от выставленной цены (оплата будет проводиться по полной цене). Такая опция была изначально заложена в закон о закупках госкомпаний, но не использовалась, о чем премьеру недавно напомнил бизнесмен из Мурманска: мол, госкомпании и рады бы поддержать отечественного производителя, но суды и ФАС считают такое проявление патриотизма ограничением конкуренции. Больше не будут. 

Это первый случай предоставления универсального преимущества всем отечественным производителям при закупках госкомпаний. До сих пор правительство подступало к этому с разных сторон – обязывало согласовывать закупки для крупных инвестпроектов с комиссией по импортозамещению, рассылало директивы своим представителям в госкомпаниях, обязывающие добиваться закупок отечественного ПО, и т. д. 

В отношении госзаказа приоритетом пользуются поставщики товаров из ограниченного списка. В том или ином виде ограничения госзакупок установлены в отношении 420 видов иностранных товаров и услуг. Например, иностранное ПО можно закупать только в отсутствие российского аналога, а импортные лекарства – если нет как минимум двух заявок на аналогичные отечественные лекарства или производства стран – членов Евразийского экономического союза. Многие виды продуктов – мясо, молоко, соль, сахар и икру – для госнужд можно закупать только российского производства. 

Все эти ограничения, как декларируется на сайте правительства, должны «стимулировать развитие отечественной промышленности». Но стимулируется производство, т. е. собственно изготовление товара или предоставление услуги, но не их качество – в этом смысле режим приоритета губителен, как и другие стимулы импортозамещения. Тем самым государство формализует приоритет происхождения перед всеми остальными свойствами – т. е. готовность поступиться качеством и ценой. 

Цена же отечественных товаров и услуг из-за таких искусственно созданных преференций непременно вырастет и это означает рост расходов бюджета, уверен гендиректор Центра размещения госзаказа Александр Строганов. После введения ограничений на закупки импортных лекарств и медизделий отечественная продукция подорожала на 35%, а дешевая просто перестала производиться, напоминает он. Роста цен может и не случиться, в каких-то случаях может быть даже и снижение – но зависит лишь от давления государства в конкретной сфере, считает руководитель Ассоциации директоров по закупкам Андрей Черногоров. 

Мария Железнова

19.09.2016, № 4163

В госзаказе станет больше конфликтов       

Минэкономразвития предлагает проверять родственные связи бенефициаров поставщиков и заказчиков.
 
Понятие «конфликт интересов» при госзакупках может быть расширено. Заказчик не должен приходиться родственником не только владельцу поставщика, но и бенефициару компании, считают в Минэкономразвития. Проект поправок в закон о контрактной системе размещен на портале regulation.gov.ru.
 
И сейчас закон запрещает участвовать в госзакупках компаниям и людям, если у них конфликт интересов с заказчиком. Но пока под выгодоприобретателями поставщика понимаются лица, владеющие напрямую или косвенно более чем 10% его голосующих акций или долей. Поправки предлагают распространить запрет и на бенефициарных владельцев – тех, кто может прямо или косвенно контролировать действия компании. Также предложено проверять возможную аффилированность участника закупок с другими поставщиками с помощью информационных ресурсов ФНС и загсов. Это поможет бороться с возможными картельными сговорами между поставщиками, пояснил представитель Минэкономразвития.
 
Поправки должны помочь повысить прозрачность и устранить коррупцию при госзаказе, надеется директор департамента Минэкономразвития Максим Чемерисов: бороться с неконкурентными действиями как заказчиков, так и поставщиков.
 
В Федеральную антимонопольную службу проект пока не поступал, сообщил ее представитель, отказавшись от дальнейших комментариев.
 
Понятие «бенефициар» по-разному определено в Налоговом кодексе и в законе о противодействии легализации. На практике бенефициарным собственником считается тот, кто распоряжается доходом и принимает решения, говорит старший юрист Herbert Smith Freehills Сергей Еремин. Часто в судах им признается мажоритарный акционер, владеющий акциями напрямую или опосредованно, рассказывает юрист «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры» Сергей Калинин.
 
Идеологически проект правильный, но зачастую сложно выделить номинального и бенефициарного владельца, отмечает гендиректор некоммерческого партнерства «Объединение профессиональных специалистов в области государственных, муниципальных и корпоративных закупок» Георгий Сухадольский. В налоговых спорах тоже пока не сложилась устойчивая практика, поэтому опираться на нее вряд ли удастся, согласен Калинин.
 
Это наглядная иллюстрация борьбы с коррупцией ради самой борьбы, убежден гендиректор Центра размещения госзаказа Александр Строганов. Конфликт интересов необходимо строжайшим образом контролировать, рассуждает он: «Но если родственник действительно способен выполнить заказ лучше всех, что тут плохого?» Нужно отслеживать коррупционные проявления: предоставление преимуществ, поблажки при приемке и т. п., продолжает он, а формальный подход только усложнит схемы вывода активов на подставных лиц.
 
Конфликт интересов чаще всего возникает не с родственниками: люди могли вместе учиться, работать и у них сложились доверительные отношения, которые позволяют «договариваться», замечает гендиректор компании по оптимизации закупок PrECA Зелимхан Сулейманов.
 
Екатерина Мереминская,

Елизавета Базанова

16.09.2016, № 4162

Борьба с фармацевтической мафией грозит новым ростом цен

Антимонопольная служба дала старт новой закупочной кампании.

Глава Федеральной антимонопольной службы (ФАС) Игорь Артемьев считает, что в сфере поставок и продажи лекарственных препаратов в России действует организованная преступность, и надеется на помощь правоохранительных органов в этом вопросе. Правда, и у самих силовиков не все в порядке. При госзакупках для нужд МВД, ФСБ и таможни антимонопольная служба также раскрыла самый массовый картель в России.По словам Игоря Артемьева, следует возбудить более тысячи дел по аукционам, где существуют сговоры. «Мы говорим о существовании тысяч картелей в лекарствах, мы говорим о практически всех тендерах, проходящих с нарушениями, мы говорим об организованной преступности в этой сфере – мы, кстати, первые об этом говорим, и мы уверены в том, что цены у нас высокие на лекарства именно по этой причине – это сговор», – заявил Артемьев в интервью телеканалу «Россия 24».

Ранее в сообщении на сайте ФАС говорилось о том, что потенциальный картель действует практически на всей территории Российской Федерации. Речь идет об антиконкурентном соглашении, которое заключают между собой участники торгов, чтобы не допустить падения закупочной цены. В участии в картеле подозревают несколько ООО и АО. ФАС показалось подозрительным, что в торгах на поставку лекарств для поликлиник и больниц, где участвовали эти компании, или вообще не было снижения начальной цены, или оно было минимальным – от 0,5 до 2%. У ведомства Артемьева, похоже, претензии не только к коммерсантам. Там же на сайте говорится, что, «несмотря на наличие явных признаков сговора, заявлений о нарушении законодательства от медицинских учреждений по этим фактам не поступало». «Никакая другая отрасль сегодня не подвержена такому массовому влиянию антиконкурентной практики», – прокомментировал ход расследования начальник управления по борьбе с картелями ФАС Андрей Тенишев.

Несмотря на весь пафос заявления Артемьева, ведомство, по сути, признает, что сталкивается с проблемой далеко не в первый раз. Те же самые ООО участвовали в торгах в Карелии, где местное ФАС уже раскрывало сговор на торгах республиканского Минздравсоцразвития. Тогда их признали виновными в заключении антиконкурентных соглашений на 38 электронных аукционах, на которых общая сумма начальных контрактов составляла более 85 млн руб. Нарушители отделались штрафами от 4,4 до 12,9 млн руб. и, как ни в чем не бывало, опять участвовали в торгах. Правда, опять попались.

«Сумма штрафов в конечном счете ложится на потребителей, – уверяет гендиректор Центра размещения государственного заказа Александр Строганов. – Дела о картельных сговорах длятся очень долго, они труднодоказуемы, их перспектива вызывает скепсис у юристов. Обычно все ограничивается штрафами, до уголовных дел и дисквалификации пока не доходило. Г-н Артемьев не удивил специалистов: о том, что рынок лекарств поделен, давно всем известно, лет 5–10 как минимум, – добавляет Строганов. – Очередная волна внимания к проблеме может привести только к росту цен: кто-то затаится на время, кто-то уйдет, значит, на рынке останется меньше игроков. Естественно, цены повысятся, зато на торгах будет все «честно».

«Начинается закупочная кампания на 2017 год, и ФАС предупреждает о том, что отслеживает ситуацию, – объяснил «НГ» активность антимонопольного ведомства директор НИИ организации здравоохранения Давид Мелик-Гусейнов. – В сентябре, октябре проходят 80% закупок лекарств для госпиталей, поликлиник и других госнужд. К сожалению, заявления, даже такие жесткие, не помогут: цены не снизятся, нарушения все равно будут до тех пор, пока не будут сделаны изменения в системе ценообразования. А для этого надо работать над изменением правовых основ – нынешнее законодательство слишком противоречиво. В регионах сегодня действуют 30 различных вариантов закупок лекарств».

В интервью телеканалу «Россия 24» Игорь Артемьев выразил надежду, что полицейские структуры придут на помощь в расследованиях, поскольку речь идет о настоящей мафии. У ФАС нет сил и средств, чтобы ей противостоять, в том числе оружия, сказал глава службы.

Интересно, что 11 августа ФАС раскрыл самый массовый картель в России, который обогатился на поставках как раз силовикам. Виновными в участии в беспрецедентном по размаху картеле признаны 90 компаний, которые участвовали в торгах на поставку имущества для МВД, ФСБ и таможенной службы. Было выявлено 18 «договорных» электронных аукционов на общую сумму более 3,5 млрд руб. Участниками картеля была разработана система «квот», которые рассчитывались с учетом начальной цены контракта пропорционально количеству участников аукциона. «Квоты» можно было получить, обменять или накопить. После накопления определенного количества «квот» и достижения договоренности с остальными участниками картеля один из сговорившихся мог стать «контрактодержателем» по аукциону. «Картели в закупках для силовых структур не только подрывают основополагающие принципы конкуренции, но и могут стать угрозой национальной безопасности страны», – прокомментировал эту ситуацию заместитель руководителя ФАС Андрей Цариковский.

И в этом деле были замечены рецидивисты: в 2012 году антимонопольный орган выявил и доказал участие в картеле более 30 юридических лиц. Решение ФАС по ним было поддержано судами, участники картеля отделались крупными штрафами.

В прошлую среду ФАС сообщил также о картельном сговоре на торгах Минобороны в 2015 году. На торгах общей начальной стоимостью 18 млрд руб. побеждали одни и те же ооошки из короткого списка из 9 компаний. Во всех случаях процент снижения начальной максимальной цены контракта составлял не более 1,5%.  

Анатолий Комраков

29.08.2016

Малый бизнес подождет

Минэкономразвития готово поддержать идею.

 «Роснефть» просит правительство еще раз проанализировать, нужно ли повышать долю закупок у малого и среднего бизнеса на специальных торгах, говорится в письме компании (копия есть у «Ведомостей») премьер-министру Дмитрию Медведеву. Принять решение компания предлагает после подведения итогов закупок госкомпаний за весь 2016 год, следует из письма. Его подлинность подтвердили сотрудник другой госкомпании и представитель Минэкономразвития.С июля 2015 г. 10% своего заказа госкомпании обязаны отдавать малому и среднему бизнесу на специальных торгах (заказы до 200 млн руб.), а всего – 18%. В марте 2016 г. первый вице-премьер Игорь Шувалов распорядился повысить долю заказа до 15% с января 2017 г. Такие поправки подготовило Минэкономразвития. 

«Роснефть» считает, что увеличивать квоты преждевременно: они были введены только в июле и нужно, чтобы механизм проработал хотя бы год. Также компания сомневается, что в запущенном с августа реестре малого и среднего бизнеса будет достаточно данных для проверки компаний (см. врез). Кроме того, не все товары можно закупить у малого бизнеса и сама практика привлечения малого бизнеса к закупкам крупных компаний только формируется. Еще одно предложение компании – определять квоты на закупки у малого и среднего бизнеса, исходя из специфики заказчика, т. е. госкомпании, говорится в письме «Роснефти». Представитель компании не ответил на запрос «Ведомостей». 

С подобным предложением в Минэкономразвития и Корпорацию МСП обращались и «Россети», говорит директор по закупкам госкомпании Юрий Зафесов. Пока квоты успешно выполняют отдельные компании, у остальных возникали сложности, а полные цифры по всем госкомпаниям и естественным монополиям появятся только в начале 2017 г., рассуждает он. Это расширение квот по предложению Корпорации МСП было включено в антикризисный план, напоминает директор департамента Минэкономразвития Максим Чемерисов. Минэкономразвития уже поддержало предложение «Роснефти» отложить увеличение квоты до 1 января 2018 г., говорит замминистра экономического развития Евгений Елин. Надо дождаться итогов закупок при созданном реестре малого и среднего бизнеса и посмотреть, выполняется ли хотя бы квота в 10%, отмечает Елин. «Мы не сторонники нереалистичных норм, которые будут вынуждать заказчиков рисовать дутые результаты», – говорит он. Сейчас данные мониторинга закупок не позволяют однозначно сделать вывод, что заказчики могут выполнить квоту по прямым закупкам, увеличенную до 15%, заключает Елин. 

Поставить 15% как целевой ориентир можно было бы и в 2017 г., но без штрафов за невыполнение квоты, предлагает Зафесов. У самих «Россетей» по итогам 2015 г. доля закупок у малого и среднего бизнеса составила 40%, а по специальным торгам – 19%, рассказывает он. На 1 августа доля торгов, участниками которых может быть только малый и средний бизнес, составила 18,7%, продолжает он, при этом общий объем закупок среди малого и среднего бизнеса – 59,8%. «Дочки» компании также должны увеличить долю специальных торгов до 15%, говорит Зафесов. 

Но у многих компаний сложный бизнес и не всегда у малого и среднего бизнеса можно закупить такую продукцию, говорит закупщик одной из госкомпаний, на некоторые тендеры поставщики даже не приходят. Кроме того, 5% из 10% должны относиться к инновационной продукции, это слишком много, считает гендиректор Центра размещения госзаказа Александр Строганов. Сейчас компаниям тяжело выйти на 10%, согласен проректор Высшей школы экономики Александр Шамрин. Правильнее выделить высокотехнологичные компании и снизить для них долю закупок у малого и среднего бизнеса на специальных торгах, предлагает закупщик одной из госкомпаний. 

Проблема и в самих специальных торгах, отмечает сотрудник электронной площадки: они не устанавливают никаких требований, на обычных же торгах компания должна доказать, что выполнила хотя бы один контракт. 

Прежде чем принимать новые правила, необходимо внимательно проанализировать ситуацию на рынках – есть ли возможность для таких закупок у малого и среднего бизнеса, говорит Шамрин. Без анализа непонятен потенциал малого и среднего бизнеса, согласен Строганов. 

Пока поддержка малого и среднего бизнеса за счет закупок крупных компаний не доказала свою эффективность. По данным реестра договоров, это около 6,5% от стоимости всех контрактов. Средняя сумма договора с малым и средним бизнесом – 7 млн руб. Гораздо большие цифры у Корпорации МСП: средняя доля закупок у малого и среднего бизнеса – 26,6%, что более чем в 2,6 раза превышает квоту прямых закупок у него (10%). Представитель корпорации не ответил на запрос «Ведомостей». Но Минэкономразвития обнаружило и многомиллиардные договоры госкомпаний с малым бизнесом. Это, например, контракт «Газпрома» с ООО «СГМ» (ИНН в карточке контракта совпадает с ИНН «Стройгазмонтажа» Аркадия Ротенберга) на 6,2 млрд руб. на строительно-монтажные работы на газопроводе-отводе Оханск – Киров. Тот же «Газпром» заключил договор с единственным поставщиком – НИПИ НГ «Петон» более чем на 50,3 млрд руб. как с малым и средним предприятием, приводило пример Минэкономразвития. В 2014 и 2015 гг. выручка института составляла по 1,9 млрд руб., следует из данных СПАРК, контрактов в прошлом году было заключено на 29 млрд руб. 

Елизавета Базанова, 

Екатерина Мереминская, 

Галина Старинская

17.08.2016, № 4140

Бизнес попал в реестр

Госкомпаниям будет сложнее выдавать крупных поставщиков за малый бизнес.

В понедельник заработал единый реестр малого и среднего бизнеса, с помощью которого компании смогут проверить и доказать, что поставщик действительно относится к этой категории бизнеса. В нем будут сведения о количестве работников и доходах компании, произведенной продукции и заключенных за год контрактах. Реестр будет вести ФНС на основе налоговой отчетности, реестра юрлиц и индивидуальных предпринимателей. ФНС будет отбирать компании по критериям малого и среднего бизнеса (см. врез) и включать их в реестр, объясняет сотрудник налоговых органов, компании с налоговой задолженностью в него не попадут. Данные публикуются на сайте ФНС, а с сентября 2016 г. они будут ежемесячно обновляться. 

В 2016 г. госкомпании обязаны отдавать 18% контрактов малому и среднему бизнесу, но пока этот способ поддержки экономики не доказал свою эффективность. По данным реестра договоров, это около 6,5% от стоимости всех контрактов. Средняя сумма договора с малым и средним бизнесом – 7 млн руб. Минэкономразвития обнаружило и многомиллиардные договоры госкомпаний с предприятиями, называющими себя малым и средним бизнесом. Это, например, контракт «Газпрома» с ООО «СГМ» (ИНН в карточке контракта совпадает с ИНН «Стройгазмонтажа» Аркадия Ротенберга) на 6,2 млрд руб. на строительно-монтажные работы на газопроводе-отводе Оханск – Киров. Тот же «Газпром» заключил договор с единственным поставщиком – НИПИ НГ «Петон» более чем на 50,3 млрд руб. как с малым и средним предприятием, приводило пример Минэкономразвития. В 2014 г. и в 2015 г. выручка института составляла по 1,9 млрд руб., следует из данных СПАРК, контрактов в прошлом году было заключено на 29 млрд руб. 

По закону к малому бизнесу с 1 августа относятся компании с доходом до 800 млн руб., а к среднему – до 2 млрд руб. (раньше критерием была выручка), количество сотрудников малых предприятий не должно превышать 100 человек, а средних – 250. 

Пока не было реестра, назвать себя малым бизнесом мог кто угодно, говорит гендиректор Центра размещения госзаказа Александр Строганов. Для участия в торгах малый и средний бизнес должен представить специальную декларацию, рассказывает закупщик одной из госкомпаний, иначе компания отстраняется от торгов. Но часто предприятия указывают неверные сведения, говорит сотрудник электронной площадки, а по закону заказчик даже не мог проверить данные. Малым бизнесом назывались и «дочки» крупнейших компаний, вспоминает он. Иногда компании специально не представляют декларации, рассказывает закупщик: например, из-за изменений условий конкурса, цены или выхода из торгов других участников. Теперь декларации ждать не нужно и достаточно проверить сведения в реестре, говорит он. Это упростит работу и самим малым предприятиям, надеется федеральный чиновник: не надо собирать бумаги, чтобы получить господдержку, например субсидии и льготы. Работа реестра будет постоянно отслеживаться, обещает сотрудник Минэкономразвития. 

Для бизнеса реестр будет удобным инструментом, считает первый проректор Высшей школы экономики Александр Шамрин. А само правительство сможет следить за структурой и динамикой малого и среднего бизнеса, продолжает он, при правильном анализе данных можно скорректировать госполитику по его поддержке.

Елизавета Базанова

02.08.2016, № 4129

Укрупнение малого бизнеса

Новые правила касаются и банков.

1 августа госкомпании должны будут проводить специальные торги для малого и среднего бизнеса при закупках до 200 млн руб., говорится в постановлении правительства, опубликованном в четверг. Список таких заказов составляют сами госкомпании. До сих пор был порог – 50 млн руб. В единой информационной системе размещено 1588 таких списков, говорится в мониторинге Минэкономразвития по итогам первого полугодия 2016 г. Цена заказов, которые можно предлагать как малому бизнесу, так и остальным поставщикам, выросла вдвое, до 400 млн руб. Увеличилась выручка, при которой бизнес считается малым или средним, объяснил представитель Минэкономразвития (в 2015 г. выручка повышена с 400 млн до 800 млн руб. и с 1 млрд до 2 млрд соответственно). Пока средняя сумма контракта с малым и средним бизнесом – 7 млн руб., по данным мониторинга Минэкономразвития (см. график). 

Изменения поддерживали крупнейшие заказчики, в частности РЖД, «Газпром», «Автодор», сообщил представитель министерства. «Автодор» согласился с предложениями, подтверждает представитель госкомпании. РЖД изучит документ, комментирует ее представитель. «Газпром» не ответил на запрос «Ведомостей». «Россети» поддерживают изменения, расширение происходит по спискам, которые утвердили сами компании, а значит, они потенциально готовы к таким закупкам, сказал директор по закупкам «Россетей» Юрий Зафесов. 

С 2016 г. компании с госучастием и естественные монополии с выручкой более 2 млрд руб. должны отдавать малому и среднему бизнесу 18% заказов за год. Но формально требование не распространялось на госбанки – в составе доходов банков нет такого показателя, как выручка от продажи, говорилось в пояснительной записке к постановлению правительства. 

С 2017 г. выполнять новые требования должны и банки, в которых доля государства превышает 50%, а активы – 2 млрд руб., говорится в постановлении правительства. Изменения в основном коснутся региональных банков, у которых были сложности с определением выручки, комментирует представитель Минэкономразвития.

Доказать, что предприятие относится к малому и среднему бизнесу, можно будет, сославшись на новый реестр, который заработает с 1 августа, установило правительство. Пока с этим путаница: Минэкономразвития обнаружило многомиллиардные договоры госкомпаний с предприятиями, называющими себя малым и средним бизнесом. Это, например, контракт «Газпрома» с ООО «СГМ» (ИНН в карточке контракта совпадает с ИНН «Стройгазмонтажа» Аркадия Ротенберга) на 6,2 млрд руб. на строительно-монтажные работы на газопроводе-отводе Оханск – Киров. Реестр будет вести ФНС, используя данные отчетности, реестра юрлиц и индивидуальных предпринимателей. Все готово и будет запущено в срок, сообщил представитель ФНС. 

Задача правильная, но инструменты выбраны не лучшие, считает руководитель Tendery.ru Кирилл Кузнецов: расширение квот и увеличение суммы контрактов – временная мера, а не системное решение. Поддержка малого бизнеса должна быть адресной, а кампания по расширению закупок для реального сектора – слабая поддержка: менее 16% малого и среднего бизнеса что-то производят, остальные перепродают или совершают операции с недвижимостью, говорит гендиректор Центра размещения государственного заказа Александр Строганов.

Екатерина Мереминская

29.07.2016, № 4127

Не так закупает

ФАС требует от «Газпрома» изменить правила закупки труб на 12 млрд рублей. Службе не понравились слишком размытые требования к участникам, зато участников они устраивают.Федеральная антимонопольная служба (ФАС) нашла нарушения в закупке труб большого диаметра (ТБД) «Газпромом» почти на 12 млрд руб. по жалобе активиста ОНФ. Компания предъявила к участникам закупки «целый ряд избыточных требований, которые могут приводить к ограничению конкуренции», говорится в сообщении службы. ФАС предписала «Газпрому» изменить закупочную документацию и продлить срок подачи заявок. 

По мнению ФАС, заказчик создал условия для сговора и ограничения конкуренции. Претенденты должны были представить подтверждение дилерских отношений с производителями и сведения о субпоставщиках еще на стадии подачи заявок на участие в аукционе, приводит пример ФАС. Документация содержала размытые требования, которые тоже ведут к снижению конкуренции на аукционе и завышению закупочных цен. Например, не ясно, как именно участник закупки должен был подтвердить свое соответствие таким требованиям, как «удовлетворительное финансовое положение». 

Закупки «Газпрома» не первый раз вызывают недовольство ФАС. Ранее служба обвиняла «Газпром» в том, что монополия закупала ТБД на тендерах слишком большими лотами. «Газпром» стал разбивать лоты на более мелкие и приобретать трубы напрямую у производителей. Осенью прошлого года ФАС предложила концерну проводить аукционы по закупкам ТБД вместо тендеров. Регулятору не нравилось, что большую часть тендеров выигрывал трейдер «Трубные инновационные технологии» Ивана Шабалова. 

Сейчас ФАС пытается показать свою полезность и подменяет понятия, считает гендиректор Центра размещения государственного заказа Александр Строганов. «Конечно, «Газпром» изучал предложения, которые есть на рынке, прежде чем составить аукционную документацию», – говорит он, но это не значит, что условия закупки создают преференции для кого-то из поставщиков. 

«Газпром» разместил извещение об аукционе на поставку 106 608 т труб диаметром 1420 мм в конце июня, итоги планирует подвести не позднее 5 августа. Грузополучатель – «Газпром трансгаз Томск», срок поставки – IV квартал 2016 г. В документации не уточняется, для какого проекта планируется использовать ТБД. Скорее всего речь идет о закупке труб для газопровода «Сила Сибири», говорит источник «Ведомостей» в одной из компаний – подрядчиков «Газпрома». Трубы для «Силы Сибири», знает представитель Челябинского трубопрокатного завода (ЧТПЗ), который намерен участвовать в аукционе. «И наши интересы требования «Газпрома» к документации никак не ущемляют», – добавил представитель ЧТПЗ. Считает выполнимыми требования концерна и ТМК. «Компания принимала, принимает и будет принимать участие в тендерах «Газпрома», – сообщил ее представитель. 

Строительство «Силы Сибири» началось в 2015 г. Газопровод нужен для поставки в Китай 38 млрд куб. м газа ежегодно в течение 30 лет. Протяженность «Силы Сибири» составит около 3000 км. «Газпром» должен начать поставки газа не позже 2021 г. 

Размер закупки соответствует примерно 130 км магистрали, рассчитал директор East European Gas Analysis Михаил Корчемкин. «Ничего страшного в продлении аукциона нет, проект и так движется с задержками», – спокоен партнер консалтинговой компании RusEnergy Михаил Крутихин. «Газпром» сократил ранее заявленный план строительства газопровода на 2016 г. вдвое: вместо 800 км компания намерена проложить 400 км. Сейчас к месту временного хранения доставлено 759 000 т (из запланированных 2,011 млн т) ТБД – эквивалент 1029 км магистрали, по данным Morgan Stanley. 

«Газпром» предписание ФАС не комментирует. Пресс-служба ФАС не ответила на вопросы «Ведомостей», но сообщила, что срок исполнения предписания по общим правилам – две недели.

Алена Махнева

15.07.2016, № 4117

Жизнь на аукционе. Как система госконтрактов привела к трагедии «Сямозера»

Трагедия в Карелии, унесшая жизни детей, как всегда это бывает, выявила целый пласт проблем, снижающих эффективность нашего государства.    

Это и формальность проверок, которые, при всей своей бесчисленности, в сущности, не могут уберечь граждан от недобросовестных поставщиков услуг. Это и общее равнодушие чиновников, которые обязаны организовывать социальные услуги для беднейших слоев населения, но не могут содержательно оценивать качество этих услуг. Это и нестыковки в работе ведомств. Это и некоторые «системные» недостатки электронных аукционов, особенно ярко проявляющиеся именно там, где дело касается детей. Вопросов пока больше, чем ответов, но мы можем убедиться, что проблемы нашей бюрократии и государственного хозяйства отнюдь не шуточные и могут стоит десятков человеческих жизней.

На хорошем счету?

До трагедии казалось, что детский лагерь «Сямозеро» на хорошем счету, во всяком случае, чиновники в Карелии говорили об этом открыто. Хотя в отзывах дети и их родители рассказывают о нехватке мест в жилых корпусах, недостаточном питании, плохом медицинском обслуживании, а также крайне низком уровне организации туристических программ, в частности, походов и сплавов. Некоторые из претензий подтверждались в ходе проверок. В результате последних учреждение чуть было не лишилось в прошлом году права на работу: по итогам внеплановых проверок Роспотребнадзора было возбуждено 12 административных дел, в том числе совместно с прокуратурой, однако предложение приостановить деятельность лагеря суд тогда не поддержал, и администрация лишь заплатила штрафы, один из них – в размере 50 000 руб. 

Кроме того, лагерь проверяли Минприроды, Роструд, МЧС и т.д. – с 2013 г. он прошел через 19 проверок. За последние три года к ООО «Парк-отель «Сямозеро» был предъявлен 21 иск на общую сумму 6,5 млн руб. 

Однако ни проверки, ни судебные иски не поставили тогда под окончательное сомнение работу лагеря.

«Фактически нет ни одной стороны работы лагеря, которую не регламентировали бы несколько документов. Однако, к сожалению, на практике строгость законов, регулирующих работу детских лагерей отдыха, зачастую смягчается необязательностью их исполнения: достаточно вспомнить громкие случаи массового отравления детей в таких лагерях, как «Солнышко» (Саратов), «Гудок» и «Огонек» (Пермский край), «Таватуй» (Свердловская область) и «Орленок» (Тува)», – рассказывает адвокат Олег Сухов.

Теперь обстоятельства проведения проверок как минимум со стороны Роспотребнадзора также предстоит выяснять следствию – глава карельского управления федерального ведомства Анатолий Коваленко задержан. 

За счет бюджета 

Многочисленные ведомственные проверки и даже судебные разбирательства не помешали директору «Сямозера» Елене Решетовой год за годом получать государственные заказы на организацию детского отдыха, ведь детский отдых в парк-отеле оплачивался за счет бюджета, а путевки получали ребята из малообеспеченных и нуждающихся семей, а также детдомовцы. Не случись эта трагедия, компания бы и дальше продолжила работать в рамках государственных контрактов.

«Сямозеро» получило около 146 млн руб. госсредств в 2011–2016 гг. Для сравнения: весь рынок закупок на оказание услуг по детскому отдыху составляет 12,7 млрд руб., уточняет исполнительный директор FindTenders.ru  Владимир Ивлиев. 

Решетова также работала в коммерческом секторе, продавая путевки в лагерь за деньги, однако ведущие игроки индустрии о ее компаниях ничего не слышали.

Самые крупные контракты у «Сямозера» были с Департаментом труда и социальной защиты населения города Москвы. В 2016 г. компания выиграла аукцион на 46 млн руб., в 2015-м – три аукциона на общую сумму 43 млн руб. Также у компании были заказы от властей Карелии и Мурманска. Например, в 2016 г. она получила заказ на отдых детей-сирот на 2,7 млн руб., похожий контракт был у нее в 2014 г. на 8 млн руб. 

Интересно, знали ли чиновники столичной мэрии о многочисленных претензиях к «Сямозеру»?

Система аукционов 

Карельская трагедия поставила еще один важный вопрос, относящийся к распределению бюджетных ресурсов: в какой степени к такой тонкой вещи, как организация детского отдыха, применима форма поиска подрядчиков в форме электронного аукциона?

Начиная с 2013 г. и до последнего времени именно на аукционах определяли компании, которые будут заниматься отдыхом детей. Ключевым принципом выбора победителя при такой системе является цена. Систему аукционов разработали для противодействия коррупции: до завершения торгов их участники должны оставаться неизвестными организаторам торгов, обмен информацией между заказчиком и потенциальными подрядчиками ведется анонимно. «В большинстве случаев побеждает тот, кто предложил наиболее бюджетный вариант. За счет этого достигается экономия расходов из казны, но, вместе с тем, подобная политика открывает окно возможностей для недобросовестных подрядчиков и откровенных мошенников», – считает Олег Сухов.

Если убрать из списка критериев минимальную цену, элементарные вещи будут закупаться за бешеные деньги, и наоборот», – объяснял уже после карельской трагедии пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков. Однако на практике победители аукционов вынуждены зачастую экономить на всем, чтобы уложиться в рамки контракта.

«Детским лагерем может быть лишь то учреждение, которое обеспечивает высокий уровень образовательных программ, безопасности, квалификации персонала и качества предоставляемых услуг. Существующая система электронных аукционов не позволяет оценивать в подаваемых конкурсных заявках ни один из этих качественных параметров», – соглашается директор ФГБОУ «МДЦ «Артек» Алексей Каспржак.

Как работает система аукционов, на личном опыте узнал директор клуба «Приключение» Дмитрий Шпаро, который в 2013 г. участвовал в одном аукционе с «Сямозером». 

Тогда разыгрывался контракт правительства Республики Карелия на 691 200 руб. на организацию девятидневного отдыха для 64 детей.

Как вспоминает Дмитрий Шпаро, уже стартовая цена контракта в пересчете на одного ребенка была очень небольшой – 1200 руб., что почти вдвое ниже стоимости путевки в клуб «Приключение». Его компания, впрочем, была готова взять на себя дополнительные расходы, однако победу одержал другой участник, снизивший цифру предложения до 720 руб.  

«На 720 руб. даже не накормишь ребенка, а ведь нужно еще оказывать услуги! Это все было, конечно же, безобразно», – вспоминает Дмитрий Шпаро.

Шпаро также рассказывает, что еще до трагедии на его компанию выходило правительство Карелии с предложением участвовать в аукционе на организацию детского отдыха на 90 детей.

«Мы им ответили, что участвовать нам в электронном аукционе бессмысленно. Мы и рады бы принять участие, но какой смысл, если ты твердо знаешь, что не выиграешь этот лот. Нам не под силу тягаться с карельскими компаниями», – вспоминает Дмитрий Шпаро. 

По мнению Дмитрия Шпаро, детский отдых не может быть дешевым: чтобы он был безопасным, нужны соответствующее снаряжение, средства связи, а главное, опытные и квалифицированные инструкторы, на обучение которых требуются средства.

«При выполнении госзаказа все забыли самую важную задачу – эффективное удовлетворение потребностей государства, то есть населения как налогоплательщика, – констатирует генеральный директор Центра размещения государственного заказа Александр Строганов. – Речь идет не только о туристических путевках, но и об обеспечении лекарствами в поликлиниках, о местах в детских садах и т.д. Уже более 10 лет об этом в правительстве не вспоминают. На первое место выходят статистические показатели, в результате чего каждая овощная палатка или любой лоточник с рынка имеет право участвовать в государственных аукционах. В погоне за статистическими данными рынок госзаказа превратили в базар, где главным критерием выбора является минимальная цена, а другие критерии запрещает использовать закон. На репутацию исполнителя никто не смотрит».

Однако, казалось бы, очевидную несостоятельность системы при выборе организаторов именно детского отдыха чиновники были вынуждены признать уже после трагедии. Скоро тендеры по путевкам для детей будут выведены из системы электронных аукционов, заявила вице-премьер Ольга Голодец. Другой вопрос, стоило ли дожидаться такого повода. 

«Заявление Голодец дает надежду, что будет найден выход из «институциональной ловушки» электронных торгов, заложниками которой являются и заказчики, и добросовестные поставщики товаров и услуг, – считает старший научный сотрудник Института социологии РАН Анна Мытиль. – В ходе наших исследований подтвердилось, что во время электронных торгов зачастую выигрывают те компании, которые занимаются демпингом, то есть назначают цену ниже себестоимости работ. Все – и заказчики, и другие конкурсанты – понимают, что за заявленные деньги нереально выполнить работу качественно. Но никто повлиять на ситуацию не может, потому что таковы правила игры, таков принцип электронных торгов. Таким образом, поощряются именно недобросовестные поставщики, которые готовы пренебречь вопросами безопасности, качества, профессиональных норм. Поэтому в детские учреждения поставляются второсортные продукты, нарушаются СНиПы, не проводятся исследования и т.д. Этот принцип низких цен должен был когда-нибудь выстрелить. Страшно, что это произошло таким образом, что должны были погибнуть дети, чтобы власти задумались, что ценовой принцип не должен быть единственным там, где речь идет о здоровье, безопасности и благополучии людей».

Нарушения на тендере 

Проблема в аукционе с участием «Сямозера», как оказалось, заключается даже не только в ценовом демпинге, тем более, что в последнем аукционе с московским Департаментом труда и социальной защиты компания снизила ценовое предложение лишь на 1%.

Именно к Департаменту труда и социальной защиты сегодня возникает немало вопросов о том, кого он нашел для организации детского отдыха. Чиновники оправдываются, что ничего не знали, что им было достаточно получить от карельского Роспотребнадзора документ о возможности работы лагеря. «У нас не было таких жалоб», – заявил глава департамента Владимир Петросян.

Между тем, как утверждают теперь в Роспотребнадзоре, у лагеря не было права на турпоходы. Однако при этом компания участвовала и победила в аукционе департамента, конкурсная документация по которому прямо обязывала участника заниматься с детьми туризмом – речь шла, например, об экстремальном плавании, навыках управления рафтом и даже марш-бросках с грузом по пересеченной местности. 

Как утверждают эксперты Центра антикоррупционной политики (ЦАП) партии «Яблоко», с нарушениями проходила сама тендерная процедура. К примеру, вместо пяти членов аукционной комиссии было только трое. Но главное, что в тендерах одновременно с итоговым победителем участвовали компании, связанные с Еленой Решетовой, например, компания «Карелия-опен», принадлежащая Галине Лисиной, матери Решетовой. По мнению председателя Национального антикоррупционного комитета Кирилла Кабанова, подобный сценарий, как показывает практика проведения аукционов, невозможен без участия заказчика. Тут надо еще указать, что Елена Решетова, так же, как и ее покойный муж – сооснователь лагеря «Сямозеро» и лидер скаутского движения Юрий Решетов, – выпускница Высшей комсомольской школы, и ее однокурсниками, по данным «Газету.ру», были многие видные бизнесмены и силовики. 

По мнению Кирилла Кабанова, о возможной коррупции говорит и тот факт, что компания Решетовой оказалась победителем аукциона в 2016 г., несмотря на многочисленные претензии, которые к ней предъявляли надзорные и проверяющие органы Карелии годом ранее. Контракты заключались с компанией и раньше, а значит, чиновники должны были лично проверять условия детского отдыха, но этого сделано не было.

«Во всех случаях на торги выходили две фирмы: ООО «Карелия-опен» и ООО «Парк-отель «Сямозеро». Обе контролирует одно лицо – Елена Решетова. Все эти факты неслучайны и прямо говорят о коррупции», – считает юрист ЦАПа Алексей Карнаухов. Техническое задание закупки во многом повторяет описание программ компании «Карелия-опен».

В результате ответственность за трагедию в Карелии, считают в ЦАПе, лежит в том числе и на столичном Департаменте труда и соцзащиты, который проводил аукционы. Глава ЦАПа Сергей Митрохин уже направил в СКР обращение с требованием возбудить уголовное дело в отношении руководства столичного департамента.

Коммерция и госконтракт 

Все описанные выше проблемы актуальны не только для сегмента детского отдыха. Довольно часто они возникают в связи с услугами, предоставляемыми, к примеру, санаторно-курортными учреждениями инвалидам в рамках контрактов с Фондом социального страхования. Система выбора компаний, которые по итогам аукционов обеспечивают инвалидов путевками, регулярно вызывает множество нареканий. Дома отдыха и санатории зачастую оказываются не подготовленными к приему инвалидов – там не бывает самого элементарного, вплоть до подходящих для инвалидных колясок проемов дверей. Однако это не мешает им участвовать в государственных аукционах и выходить победителями, получая в распоряжение средства госбюджета.

Можно ли говорить, что отдых за счет средств госбюджета изначально проигрывает по качеству отдыху на коммерческой основе?

«Организации, которые работают на государственные деньги, знают, сколько денег им придет, они договариваются не с родителями о том, что проведут качественный детский отдых, а с той организацией, которая им эти деньги дает, – говорит директор детского клуба путешествий «Робинзонада» Ирина Пересецкая. – И наверное, те люди не всегда то же самое, что родители, которые отправляют своих детей на отдых, – возможно, у них расходятся интересы».

Чиновники не имеют ни инструментов, ни желания, ни мотивации, чтобы действительно  обеспечить детям качественный отдых, – многочисленные проверки, по сути, не решают проблему. Предприниматели, которые ориентируются лишь на выполнение госконтрактов, тем более думают не о качестве, а о том, чтобы предоставить в государственные органы нужные бумаги. Когда детский лагерь работает на государство, клиент не является заказчиком: услуги лагеря получают дети и их родители, а в роли покупателя услуг выступают бюрократические органы. Если же между заказчиком-чиновником и подрядчиком-бизнесменом имеется еще и коррупционная связь, то все недостатки системы усиливаются – и однажды это приводит к трагедии. 

Андрей Красавин,

Константин Фрумкин,

Ольга Блинова

27.06.2016

 

Ужасная цена госзаказа: как трагедия в Карелии обнажила недостатки российского законодательства

Как в цивилизованном мире выбирают контрагента? Уж точно не только по наименьшему ценовому предложению. В первую очередь – по завоеванной на рынке репутации. Как говорится, «Быстро, дешево, качественно! Но можете выбрать только два варианта».Так почему же в такой архиважной сфере, как государственные закупки, все перевернуто с ног на голову? Почему для реализации социально значимых проектов государство выбирает поставщиков только по одному критерию – наименьшей цене? Почему уже больше десяти лет придерживается твердой хвалебной линии – как прекрасно, что благодаря аукционам сэкономлена куча денег и какое еще большее «счастье» нас ждет впереди?

Ужасная трагедия, случившаяся на Сямозере в Карелии, где погибли попавшие в шторм дети, в очередной раз привлекла внимание к несовершенству российского закупочного законодательства, а именно – к закону о контрактной системе № 44-ФЗ.

Погибшие дети приехали в Карелию по линии органов соцзащиты Москвы. Организатором поездки была фирма «Парк-отель Сямозеро», выигравшая электронный аукцион. Но лишь после трагедии выяснилось, что выигравшая компания числится ответчиком по десяткам судебных дел и много раз привлекалась к административной ответственности. Если бы при проведении закупок в первую очередь оценивалась деловая репутация, ситуация, когда такой участник получает контракты на десятки миллионов рублей, была бы невозможна.

Эксперты в один голос называют одной из основных проблем закона повальную аукционизацию, полностью уничтожившую такие общепринятые в мировой практике, да и в обычной жизни критерии отбора контрагента, как репутация и квалификация последнего. 

Дошло до того, что действующий закон напрямую запрещает предъявлять какие-либо требования к участникам закупок, кроме прямо оговоренных в законе. Но эти требования настолько общие, что им соответствует любая «фирма-однодневка», коих в России предостаточно.

Конкуренция, конкуренция и еще раз конкуренция! 

Такая безоглядная гонка привела к серьезному увеличению количества недобросовестных поставщиков, притом что российское закупочное законодательство декларирует в качестве одной из основных целей развитие добросовестной конкуренции. Более того, фактическое уничтожение права на установление квалификационных требований привело к тому, что был создан режим наибольшего благоприятствования для недобросовестных поставщиков. 

А такие «поставщики» - это нехватка (непоставка) лекарственных средств в больницах и поликлиниках, срывы дорожного строительства, брошенные подрядчиками детские сады и прочее, и прочее...

Кто бы мог представить, что госзаказ станет площадкой для выстраивания фактически «госзакупочных пирамид». Что «поставщики», получающие контракты на десятки и сотни миллионов рублей, на самом деле постоянные должники своих субподрядчиков и привлекают госсредства для погашения задолженностей. При этом набирая новые долги.

Фактически это фирмы-пустышки, за которыми нет ни производственных мощностей, ни финансов, ни репутации, безболезненно «роняющие» цены на торгах. И появляются эти бравые отчеты о небывалой экономии – 30%, 50%, 90%. Однажды снижение начальной цены при закупке услуг по организации ярмарки выходного дня для префектуры Северо-Восточного административного округа Москвы достигло аж 100,5%! Даешь конкуренцию! Но эта «конкуренция» идет сугубо по цене - без реального учета качества продукции. В результате экономия, полученная в ходе торгов, полностью нивелируется потерями от крайне некачественного исполнения контракта.

Ведь в настоящий момент ситуация доведена до такого абсурда, что участникам закупок достаточно просто выразить свое согласие на выполнение работ или оказание услуг, без малейшего описания своего предложения.

Итог печален, а цена, которую приходится платить, ужасна – жизнь детей.

А ведь неоднократно специалисты указывали на возможность решения данной проблемы путем создания хотя бы в знаковых областях «белого реестра» поставщиков, которые будут допущены до госзаказа только после тщательной проверки, а до крупных заказов — после длительного «завоевания» репутации на более низком (стоимостном) уровне.

Александр Строганов

22.06.2016

Госкомпании купят на пять

Реформа закупок госкомпаний пока коснется только заказов до 5 млн рублей. Это поддержит малый бизнес и оставит свободу маневра компаниям, считает Минэкономразвития.Закупки госкомпаний будут изменены не так серьезно, как предполагалось, следует из выступления замминистра экономического развития Евгения Елина на Петербургском международном экономическом форуме. Ограничения по выбору способа закупки, перевод на пять электронных торговых площадок, невозможность отказаться от заключения контракта с победителем торгов – все это предлагается вводить только для закупок до 5 млн руб. Такие поправки ко второму чтению законопроекта, по словам Елина, согласованы правительством и рассматриваются Государственно-правовым управлением президента. 

Реформа задумывалась более масштабной. Она должна была привести закупки госкомпаний к единому стандарту, избавив поставщиков от необходимости разбираться в разнообразии способов закупок, который могут определять сами госкомпании. Таких способов Минэкономразвития насчитало более 2700: «по результатам переговоров», «прямой поиск», «нерегламентированная закупка», «отбор», «закупки на основе устойчивых хозяйственных связей», «мелкая закупка». Это «иные» способы, которые чаще всего маскируют закупку у единственного поставщика, объясняло оно (см. график). Сначала речь шла об ограничении для закупок до 200 млн руб. Принятые Госдумой в первом чтении поправки оставляли несколько конкурентных процедур (конкурс, аукцион, запрос котировок и предложений) либо закупку у единственного поставщика. Но в сентябре было решено распространить требование на все закупки госкомпаний, которые раскритиковали их. Постараемся принять правительственные поправки до конца сессии, если их успеют внести, говорит председатель комитета Госдумы по экономполитике Анатолий Аксаков. 

Пришлось согласиться с аргументами компаний, объяснил смену концепции Елин, они участники конкурентных рынков и должны иметь определенную свободу в принятии решении. Но доступ для закупок малого бизнеса будет упрощен, рассказал Елин «Ведомостям». Закупки госкомпаний, по его словам, будут ограничены как в способе закупки, так и в выборе электронной торговой площадки – останется пять, как в госзаказе. С победителем торгов госкомпания будет обязана заключать договор, а изменить его будет невозможно. 

То, что на пять площадок будут переведены только мелкие закупки, неожиданное и разумное решение, говорит гендиректор Центра размещения государственного заказа Александр Строганов: рынок должен быть открыт, должны быть разнообразные способы выбора поставщика. Поэтапное введение ограничений позволит оценить модель, потом они могут коснуться и более крупных закупок, говорит председатель комитета ТПП по закупкам Антон Емельянов. 

Было предложение еще больше упростить мелкие закупки, рассказывает директор по закупкам «Россетей» Юрий Зафесов: например, создать электронный магазин, в котором были бы представлены товары малых предприятий, а заказчику оставалось бы только выбрать.

Екатерина Мереминская

17.06.2016 , № 4097

Движение - все, цель - ничто: почему не работает система госзакупок

Вместо того чтобы поддерживать и развивать реальное производство, государство, «причесывая всех под одну гребенку» административными методами, стимулирует производство «воздуха». 

Все более очевидным становится то, что и Федеральный закон № 44-ФЗ о контрактной системе не в состоянии решить главную проблему закупок, существующую в России, – эффективное удовлетворение потребностей государства. Лучшим подтверждением несостоятельности закона служит количество поправок, внесенных в него. Еще до вступления в силу, он уже «превзошел» своего предшественника, Федеральный закон № 94-ФЗ, получив два пакета поправок. 94-ФЗ обошелся одним. Всего же за три года, прошедших со дня принятия, закон о контрактной системе подвергся изменениям уже шестнадцать раз и, по всей видимости, легко побьет «рекорд» 94-го, который подвергался изменениям «всего» сорок. 

Как недавно сообщило Минэкономразвития РФ, в разработке находятся 15 законопроектов о совершенствовании системы госзакупок. Еще несколько уже находятся на разных стадиях рассмотрения и согласования. А кроме того, по ведомствам «гуляет» несметное количество «согласовательных» писем с очередными новациями.

Особое внимание приковывают к себе традиционные инициативы, направленные на поддержку субъектов малого и среднего предпринимательства (СМП).

В первую очередь, разумеется, речь идет о повышении обязательных квот по закупкам государства у СМП с 15% до 25%. Подобные предложения выдвигаются без малейшего сколько-нибудь внятного анализа существующей системы. Можно бесконечно повышать формальные квоты, но без анализа самих закупок и диалога между заказчиками и поставщиками, реальный эффект равен практически нулю, и многолетняя борьба за принудительное счастье малого бизнеса являет собой движение без цели.

И дело даже не в «принуждении к счастью», а в том, что до сих пор никому не приходило в голову изменить изначально недалекие критерии отнесения к малому бизнесу. Никто даже не пытался вычленить из него производственный, а не просто «посреднический». 

В сборнике Федеральной службы государственной статистики (Росстат) «Малое и среднее предпринимательство в России по итогам 2014 г.» приводятся следующие цифры по общему числу малых и средних предприятий в России и по занятости их по видам экономической деятельности в процентах на конец 2014 года: 

  • Сельское хозяйство, охота и лесное хозяйство; рыболовство, рыбоводство - 3,0%;
  • Добыча полезных ископаемых; производство и распределение электроэнергии, газа и воды - 1,0%;
  • Обрабатывающие производства - 9,6%;
  • Строительство - 11,9%;
  • Оптовая и розничная торговля; ремонт автотранспортных средств, мотоциклов, бытовых изделий и предметов личного пользования - 38,7%;
  • Транспорт и связь - 6,8%;
  • Операции с недвижимым имуществом, аренда и предоставление услуг - 20,3%
  • Другие виды деятельности - 8,7% 

Всего в этот период в России зарегистрировано чуть более 2 млн малых и средних предприятий. Вроде, цифра солидная, пока не разберешься в ней внимательно.

Оказывается, всего 15,9% малых и средних предприятий заняты хоть в какой-нибудь производственной области. Абсолютное же большинство связано с торговлей и мелким ремонтом — 38,7%, а также в сфере, связанной с недвижимостью (операции с недвижимым имуществом, аренда и предоставление услуг), – 20,3%.

То есть, по самым оптимистичным подсчетам, минимум 75% малых и средних предприятий не производят продукции ни на рубль, занимаясь исключительно посреднической деятельностью.

Как итог с учетом озвученного Минэкономразвития объема рынка государственного заказа, достигшего в 2015 году 30 трлн рублей (25% ВВП), более 5,5 трлн будет направлено не на производство, а на «перекупку-перепродажу»?

Такая политика в отношении малого и среднего предпринимательства кажется, мягко говоря, странной.

Вместо того, чтобы пусть и адресно, но поддерживать и развивать реальное производство, государство, «причесывая всех под одну гребенку» административными методами, стимулирует производство «воздуха».

Есть и положительные примеры. По заявлению одного из руководителей крупной алмазодобывающей компании (вице-президента "Алросы" Александра Паршкова), каждый второй заказ в 2014 году достался малому и среднему бизнесу, у которого закупается техоборудование, автотранспорт, запчасти, услуги по строительству и монтажу оборудования.

Я сомневаюсь, что устойчивая, крупная компания, готова терпеть убытки, переплачивая «прослойкам», только для того, чтобы для статистики отчитаться о существенном превышении ими обязательных квот закупок у малого бизнеса.

Таким образом, пока даже сама тема «обеспечения счастья» малого бизнеса исключительно административными мерами не вызывает ничего, кроме раздражения. И ладно бы стимулирующего производство (да хотя бы частных химлабораторий в фармотрасли) … но увы, пока лозунг в этой области «движение – все, цель - ничто»!

Александр Строганов

23.05.2016

Чиновники предложили обсуждать госзакупки от 500 млн. руб.

Минэкономразвития предлагает снизить планку по стоимости контрактов, которые должны проходить процедуру общественного обсуждения, с 1 млрд руб. до 500 млн руб.

Минэкономразвития предлагает увеличить число контрактов при госзакупках, которые должны в обязательном порядке проходить процедуру общественного обсуждения. Сейчас на общественное обсуждение выносятся контракты дороже 1 млрд руб., министерство предлагает с 1 января 2017 года снизить эту планку вдвое. Соответствующие предложения Минэкономразвития направило в ФАС и Минфин России (копия документа есть у РБК).

Представитель Минэкономразвития сообщил РБК, что установление такого порогового значения цены контракта позволит увеличить эффективность осуществления закупок. ФАС согласовала предложение без замечаний, говорит представитель ведомства. В Минфин документ поступил, над ним ведется работа, сообщил РБК представитель министерства.

Общественное обсуждение госзакупок ценой свыше 1 млрд руб. было предусмотрено законом о федеральной контрактной системе (ФЗ-44), который вступил в силу в 2014 году. По нему регионы получили право снижать стоимость контрактов для общественных обсуждений по своему усмотрению. С 1 июля 2014 года на сайте госзакупок действует система, которая исключает возможность проведения закупки, если заказчик нарушил установленный порядок обязательного общественного обсуждения, говорится в сообщении на сайте Минэкономразвития. Закупки обсуждались в интернете — на сайте госзакупок — и на очных публичных слушаниях.

Теперь Минэкономразвития предлагает проводить общественные обсуждения закупок полумиллиардных контрактов, в том числе с единственным поставщиком. По-прежнему можно будет не обсуждать контракты, которые заключаются на закрытых аукционах и конкурсах — ими в основном пользуются силовые ведомства, и закупки, для которых единственный поставщик определен специальным указом президента или правительства. Теперь предлагается не обсуждать крупные закупки у естественных монополий (их продукция на внутреннем рынке и так регулируется тарифами).

Борьба с занижением цены 

Снижение порога начальной максимальной цены контракта для общественных обсуждений связано с тем, что заказчики начали преднамеренно занижать стоимость контрактов, чтобы избежать этой процедуры, говорит РБК чиновник Минэкономразвития. «Мы начали фиксировать случаи, когда устанавливалась цена чуть ниже пороговой, к примеру 999 млн руб.», — говорит РБК чиновник Минэкономразвития. Случаев преднамеренного незначительного снижения цены было более 90 за 2015 год, уточняет чиновник. Для того чтобы обойти процедуру слушаний, заказчики готовы снижать цену до 5%, говорится в документе Минэкономразвития.

В основном под процедуру общественного обсуждения подпадают контракты в сфере строительства. За первый квартал 2016 года под общественное обсуждение подпали 126 закупок с суммарной начальной ценой контрактов более 445 млрд руб., говорится в мониторинге Минэкономразвития. В 2015 году на общественные обсуждения выносились 337 крупных закупок на общую сумму более 1,05 трлн руб., это 16,2% от общего объема опубликованных извещений о закупках. В основном это также были работы по капитальному строительству. Из них отменить в ходе слушаний удалось только 12 закупок на сумму около 28 млрд руб. Основные причины отмены: решение самого заказчика, решение вышестоящих органов власти, а также внесение изменений в извещения о закупках. В 22 случаях заказчики внесли изменения в планы-графики закупок по результатам обязательного общественного обсуждения. В 2014 году обсуждалось 409 контрактов общей стоимостью более 3,2 трлн руб., по итогам обсуждений отменили 21 закупку на сумму свыше 55,7 млрд руб.

Формализм останется

Если планка по цене закупки будет снижена, число общественных слушаний увеличится примерно в три раза, рассчитывает Минэкономразвития. В 2015 году было проведено 323 закупки с начальной ценой от 1 млрд руб. и 1223 закупки с ценой от 500 млн руб., говорит собеседник РБК в министерстве. Таким образом, число закупок, которые будут проходить через общественные слушания, может увеличиться примерно на 900 в год.

Но вопросы к эффективности такого обсуждения останутся, считают опрошенные РБК эксперты. Профессиональная дискуссия в таких обсуждениях случается довольно редко, говорит гендиректор Национального института госзакупок Сергей Габестро. «Обычно это формально организованная процедура с участием потенциальных поставщиков», — соглашается глава Центра размещения госзаказа Александр Строганов.

Строганов считает, что «привязывать» процедуры общественного обсуждения к цене неверно. «Нужны другие подходы, — рассуждает он. — Возможно, на общественное обсуждение следовало бы выносить только те закупки, которые относятся к социально значимым проектам». «Профессиональное обсуждение требует заинтересованности, а настоящие эксперты редко работают на общественных началах», — говорит Габестро. По его словам, возможным решением проблемы было бы создание экспертных групп при советах директоров госкомпаний или же при советах потребителей у государственных заказчиков.

Яна Милюкова

25.04.2016

Объем закрытых госзакупок увеличился на треть

Объем закрытых закупочных процедур, характерных для силовых ведомств, в первом квартале 2016 года вырос на 36%, следует из данных Минэкономразвития.Госзакупки по закрытым процедурам (к ним прибегают в основном силовые ведомства) в первом квартале 2016 года увеличились на 36%, следует из данных Минэкономразвития. В первом квартале были опубликованы извещения по 63 закрытым конкурсам и аукционам на 3,13 млрд руб., тогда как за аналогичный период 2015 года — по 22 закупкам примерно на 2,3 млрд руб., следует из данных мониторинга применения 44-ФЗ за первый квартал 2016 года, которые Минэкономразвития отправило в правительство (есть у РБК). Такой доклад направляется в правительство ежеквартально, сказал РБК представитель Минэкономразвития.

Согласно федеральному закону №44 о контрактной системе, закрытый конкурс подразумевает, что заказчик направляет информацию о закупке ограниченному кругу лиц. А закрытый аукцион означает, что после публикации извещения желающие поучаствовать в тендере подают заказчику письменный запрос с приложением документов, в том числе о наличии доступа к гостайне. Документация об аукционе не может быть опубликована в единой информационной системе закупок и в СМИ. Она предоставляется заказчиком в письменной форме (в некоторых случаях спецсвязью с соблюдением требований режима секретности). Извещение о закрытом аукционе или конкурсе и вовсе не требуется, если речь идет о закупке для федеральных нужд, составляющих гостайну, а также в случаях проведения закрытых аукционов на оказание услуг по страхованию, транспортировке и охране ценностей Госфонда драгоценных металлов и драгоценных камней РФ, музейных предметов и музейных коллекций, редких и ценных изданий и т.д.

Чиновник Министерства экономического развития указывает, что в первом квартале 2016 года «закрытые» закупки проводили территориальные управления ФСБ и Росрезерва, несколько войсковых частей. Кроме того, таким образом осуществляли закупки московские департаменты информационных технологий, капитального ремонта, финансов, управделами мэра и правительства Москвы и ряд других подразделений столичного правительства, а также четыре префектуры. Речь шла в основном о контрактах по техобслуживанию систем безопасности, капитальном ремонте, закупках продуктов питания и обновлению систем защиты гостайны (последнее стало основным объектом закупок столичного правительства и префектур). Три крупнейших лота в первом квартале пришлись на департамент капитального ремонта Москвы — более чем на 2,8 млрд руб. Они связаны с работами по комплексному благоустройству улиц и «городских общественных пространств» Кремлевской набережной — от Большого Каменного моста до Васильевского спуска, Боровицкой площади, улиц Манежная, Моховая, Охотный Ряд, Театральный проезд, Новая площадь, Старая площадь, участка от Ильинки до Варварки и на Славянской площади.

Всего в первом квартале 2016 года было опубликовано 59 извещений о проведении закрытых аукционов на 190 млн руб. (больше половины из них пришлось на подразделения ФСБ) и 25 извещений о проведении закрытых конкурсов на 2,94 млрд руб. Извещений о проведении закрытых конкурсов с ограниченным участием не проводилось. В первом квартале 2015 года показатели были иными: 17 закрытых аукционов с размещением в открытом доступе извещений на сумму более 482,6 млн руб., четыре закрытых конкурса на сумму примерно 1,2 млн руб. и один закрытый конкурс с ограниченным участием на сумму около 1,8 млрд руб. В 2014 году речь шла о 16 «закрытых» закупочных мероприятиях на общую сумму 3,78 млрд руб. — таким образом, значения первого квартала 2016 года приблизились к значениям первого квартала 2014-го.

«Закупки осуществлялись ведомствами для реализации своих функций», — прокомментировал рост числа и общего объема закупок «закрытыми способами» в первом квартале 2016 года представитель Минэкономразвития.

Рост объема закупок по «закрытым» статьям в денежном выражении объясняется тем, что поставщики подняли цены, говорит глава Центра размещения госзаказа Александр Строганов. «Цены повышаются из-за инфляции. Не стоит забывать, что при ряде работ, по модернизации систем защиты к примеру, применяются импортные комплектующие, то есть сказывается эффект девальвации рубля», — говорит он. Кроме того, Строганов указывает, что традиционно силовые ведомства «активно» используют режим гостайны при проведении обычных работ, в частности капитального ремонта. Этим может объясняться рост числа извещений.

Представитель пресс-службы Росрезерва сообщил РБК, что ведомство не увеличило количество закрытых процедур в первом квартале 2016 года по сравнению с первым кварталом прошлого года. «Росрезерв применяет закрытые способы определения поставщиков, когда сведения о федеральных нуждах, для обеспечения которых проводятся закупки, составляют государственную тайну», — уточняется в письменном ответе Росрезерва. В ФСБ и департаменте Москвы по конкурентной политике (отвечает в целом за закупки московского правительства) на момент подготовки материала не ответили на запрос РБК. 


Яна Милюкова 

18.04.2016

Закупки стали прозрачнее на бумаге

Без учета госконтракта на Керченский мост год назад доля закупок у единственного поставщика в 2016 году выросла.

Закупок у единственного поставщика стало меньше, а участников конкурсов больше, свидетельствует мониторинг Минэкономразвития за I квартал 2016 г. (копия есть у «Ведомостей»). Доклад внесен в правительство, подтвердил представитель Минэкономразвития.

Но улучшение статистическое и связано с эффектом базы. В феврале 2015 г. был заключен крупный контракт с единственным поставщиком на строительство Керченского моста, объясняет представитель Минэкономразвития. Он достался «дочке» «Стройгазмонтажа» Аркадия Ротенберга – ООО «СГМ-мост». Если исключить эту суперзакупку, то окажется, что еще большая часть госзаказа стала уходить в одни руки: доля закупок у единственного поставщика выросла с 21,5 до 26,15%, а их сумма – на 15%, или на 37,4 млрд руб. (см. график).

Примерно на 20% (на 19,7 млрд руб.) выросли закупки у единственного поставщика коммунальных услуг. Это связано с ростом цен, поясняет представитель Минэкономразвития. Однако услуги ЖКХ в I квартале подорожали лишь на 9,6% по сравнению с тем же периодом 2015 г.

Улучшения есть, настаивает представитель Минэкономразвития. Выросла доля закупок на электронных аукционах – с 46,3 до 52,4%. Увеличилась и конкуренция на торгах, замечает он: контрактов с единственным поставщиком из-за несостоявшихся процедур было на 7,39 млрд руб. меньше. В среднем на конкурентных процедурах борются не 3, а 3,2 участника, говорится в обзоре.

В кризис поставщики стараются получить госконтракт, комментирует председатель экспертного совета НП «Объединение профессиональных специалистов в области государственных, муниципальных и корпоративных закупок» Георгий Сухадольский. Из-за резкого сокращения спроса в частном секторе все поставщики ринулись в сектор госзакупок, соглашается гендиректор компании PrECA (занимается организацией торгов) Зелимхан Сулейманов.

В марте был расширен перечень закупок, которые нужно проводить на электронном аукционе, называет одну из возможных причин увеличения таких закупок гендиректор Центра размещения государственного заказа Александр Строганов. Если улучшение и есть, то статистическое, на практике не чувствуется, что ситуация с госзаказом изменилась, признает он. Закупки у единственного поставщика продолжают расти, пока цель законодательства – максимально жесткое регулирование процедуры, а не повышение удобства и эффективности закупок для государства, считает Строганов.

 
Екатерина Мереминская

18.04.2016 , № 4057

Юристы раскритиковали повышение квот на закупки госкомпаний у малого бизнеса

Правительство собирается увеличить долю госзаказов для малого и среднего бизнеса с 10 до 15%. Об этом на совещании в Корпорации развития малого и среднего предпринимательства (МСП) заявил первый вице-премьер Игорь Шувалов. Минэкономразвития уже готовит необходимые поправки в законодательство. Однако юристы скептически относятся к инициативе кабмина – по их мнению, такая поддержка малого бизнеса угрожает эффективности самих закупок. Для госкомпаний по-прежнему будет велик соблазн создавать небольшие предприятия из своих же структур и искусственно завышать цены.
 
"Помойки" для отмывания денег
 

Согласно действующим правилам, введенным с 1 июля 2015 года, госкомпании должны отдавать 10 % заказов малому и среднему бизнесу на спецторгах (закупки до 200 млн рублей) и 18 % – от общего объема заказов, пишут "Ведомости". Поскольку для компаний с оборотом свыше 10 млрд рублей правило действует с 1 июля минувшего года, а с оборотом свыше 2 млрд – с этого года, по итогам второй половины 2015 года размер квоты составил 5 и 9 % соответственно. Согласно отчетности самих госкомпаний, в 2015 году закупки у МСП составили 1,6 трлн рублей, однако, как отмечает Минэкономразвития, эта информация может быть неточной.

При этом данные корпорации МСП свидетельствуют о том, что у 35 крупнейших госзаказчиков доля закупок у малого и среднего бизнеса на порядок больше – 36,2%, но потрачено на них всего 196 млрд рублей, в частности, на спецторгах – 62,7 млрд (11,8% заказов). В этом году у госкомпаний запланированы закупки у малого и среднего бизнеса на 170 млрд руб., отмечают в корпорации МСП.

Однако о существенном завышении данных о закупках у малого и среднего бизнеса на встрече с премьер-министром Дмитрием Медведевым в начале марта заявлял глава ФАС Игорь Артемьев. По его словам, зачастую субподрядчики только формально относятся к МСБ, поскольку представляют собой фирмы, связанные с крупным бизнесом – "помойки" для отмывания денег и "однодневки". У аффилированных структур цены бывают в несколько раз выше рыночных, что позволяет выполнить план по закупкам у малого бизнеса, подчеркивал глава антимонопольного ведомства в беседе с премьером.

Преждевременная инициатива

Сами представители госкомпаний убеждены, что увеличивать квоты, введенные лишь в июле, преждевременно. Об этом заявляют в РЖД и "Россетях", подчеркивая, что механизму нужно дать проработать хотя бы год. В том, что нельзя поддерживать малый бизнес исключительно административными мерами, убежден и вице-президент "Алросы" Александр Паршков. Так, каждый второй заказ компании в минувшем году достался малому и среднему бизнесу, у которого закупается техоборудование, автотранспорт, запчасти, услуги по строительству и монтажу оборудования. Однако в ряде случаев крупные производители могут предложить более низкие цены на оборудование, кроме того, среди малых предприятий много посредников, подчеркивает Паршков.

Новые правила еще не просуществовали достаточно долго, чтобы бизнес к ним адаптировался и были проанализированы их результаты, солидарен с крупными госзаказчиками юрист компании "Деловой фарватер" Павел Ивченков. Поэтому изменения могут оказаться неэффективными и просто не учитывать реалии и недостатки. Возможно, сейчас нет необходимости повышать квоту именно на 5%, побуждая тем самым увеличивать объемы фиктивных закупок, отмечает эксперт. По его мнению, нужно лучше исследовать ситуацию в сфере закупок, чтобы внести более целесообразные изменения. Например, ограничить количество договоров по госзакупкам, которые могут заключаться с дочерними и аффилированными малыми компаниями. Это, убежден Ивченков, расширит доступ МСБ к госзаказам и без повышения квот.

"Косметическое" изменение

Скорее, "косметическим", а не структурным изменением считает введение кабмином квот на закупки госкомпаний у малого бизнеса председатель московской коллегии адвокатов "Горелик и партнеры" Владимир Горелик. Такие нововведения, по его мнению, не смогут понудить госкомпании кардинально пересмотреть существующую высоко коррумпированную систему проведения закупок, которая на практике зачастую реализуется посредством привлечения заранее известного госкомпании-заказчику "дружественного" участника закупки. Последний по итогам "согласованных" закупочных процедур заранее "обречен" стать победителем и щедро "отблагодарить" за это благодетелей.
Гораздо эффективнее, считает адвокат, было бы внесение структурных изменений в систему проведения госзакупок, минимизирующих коррупционные проявления, а также кардинальное изменение практики рассмотрения дел в ФАС и судах, которое демонстрировало бы всем участникам процесса закупок неотвратимость наказания для нарушителей закона вне зависимости от каких-либо факторов и персоналий. Другая сложность, добавляет Горелик, – условия, которые госзаказчики устанавливают для претендентов на "бюджет", зачастую не выдерживают никакой критики. Нужен и опыт работы компании по аналогичным контрактам, и наличие штата сотрудников, или банковского обеспечения, или оборудования в собственности. Малый и средний бизнес зачастую не способен соответствовать этим формальным критериям.

Поддержка МСП бьет по эффективности закупок

Можно повышать формальные квоты, но без анализа закупок и диалога между заказчиками и поставщиками реальные закупки у малых предприятий расти не будут, считает глава комитета Торгово-промышленной палаты по закупкам Антон Емельянов. Компании продолжат создавать малые предприятия из собственных структур и завышать цены, добавляет гендиректор Центра размещения госзаказа Александр Строганов. По его мнению, дополнительная цель – поддержка малого бизнеса – может помешать основной – повышению эффективности закупок. В том, что увеличение квот не повлияет на рост закупок у реальных МСП, убежден и юрист коллегии адвокатов "Делькредере" Сергей Голофтеев. При отсутствии обязательных конкурентных процедур у заказчика нет препятствий производить закупки у формальных МСП, в том числе по завышенной цене.

Повышение квоты на проведение госзакупок у предприятий малого и среднего бизнеса само по себе не решит проблему помощи предпринимателям, считает также председатель коллегии адвокатов "Старинский, Корчаго и партнеры" Евгений Корчаго. В большинстве случаев такие закупки осуществляются у дружественных структур путем создания видимости и привлечения для участия в конкурсе аффилированных организаций. Помимо этого не стоит забывать, что крупные поставщики в состоянии дать более лучшие условия по цене, в то время как компании малого и среднего бизнеса зачастую выступают посредниками, что влечет допрасходы, подчеркивает Корчаго. Таким образом, по его мнению, решение проблемы кроется не в формальном увеличении квот, а в детальном анализе состояния госзакупок и проведении реальной борьбы с коррупционными схемами, позволяющими их выигрывать.

Малому бизнесу сулят правовую поддержку

Вице-премьер Шувалов отметил большое число споров среди экспертов о том, нужно ли вообще поддерживать малое и среднее предпринимательство, являются ли они драйвером развития. "От одного из членов правительства я слышал, что надо делать упор на большие предприятия. Моя личная позиция – здоровая экономика без серьезного малого предпринимательства невозможна, – цитируют Шувалова "Известия". – Говоря о малом предпринимательстве, я не имею в виду палатки. Палатка – не малый бизнес, не знаю, почему так думают. Малый бизнес – это какой-нибудь комбинат".

Глава АО "Корпорация "МСП" Александр Браверман представил на совещании свои предложения по развитию рынка малого и среднего предпринимательства, которые поделены на пять "блоков доступа": к закупкам (квотирование рынка закупок), финансированию (кредиты и особые условия), информационной и маркетинговой, имущественной и правовой поддержке.

Так, по словам Бравермана, блок правовой поддержки должен позволить со скоростью, принятой в прогрессивных странах, в том числе входящих в БРИКС, зарегистрировать предприятие. Кроме того, нужно минимизировать число проверок, а надзорно-проверяющая часть в целом должна быть приведена в соответствие и "поставлена с головы на ноги". К блоку правовой поддержки малого бизнеса в корпорации МСП отнесли также поддержку со стороны силовых структур.

Предложенные меры могут оказаться эффективными, считает Павел Ивченков. Они снимут ряд серьезных административных барьеров перед МСБ и помогут в сокращении их расходов. При этом ведение бизнеса станет проще, а часть сделок будет проводиться быстрее, прогнозирует юрист. С ним солидарен и Сергей Голофтеев, который считает, что правовой блок поддержки МСП направлен на улучшение условий предпринимательства в целом.
 

Елена Китова

10.03.2016

 

Малый бизнес повысят

Эффективность закупок это не увеличит.Доля заказа, который госкомпании должны отдавать малому и среднему бизнесу, будет увеличиваться, заявил первый вице-премьер Игорь Шувалов на совещании в Корпорации развития малого и среднего предпринимательства (МСП). Планируется повысить ее с 10 до 15%, пояснил представитель его секретариата. Поправки в постановление правительства готовятся, подтверждает представитель Минэкономразвития.

10% своего заказа госкомпании обязаны сейчас отдавать малому и среднему бизнесу на специальных торгах (заказы до 200 млн руб.), а всего – 18%. Правило действует с 1 июля 2015 г. (для компаний с оборотом выше 10 млрд руб., с 2016 г. – 2 млрд), поэтому во втором полугодии была квота 5 и 9% соответственно. Эти закупки составили 1,6 трлн руб., если верить ежемесячной отчетности самих компаний, но эта информация может быть неточной, признает Минэкономразвития в мониторинге по итогам 2015 г. На значительную часть крупных закупок квоты не распространяются – например, на услуги естественных монополий, нефть, трубы. Гораздо меньшие цифры у Корпорации МСП: у 35 крупнейших заказчиков доля закупок у малого и среднего бизнеса составила даже 36,2%, но потратили они на них всего 196 млрд руб., а по прямым торгам – 11,8% и 62,7 млрд соответственно. В 2016 г. 35 госкомпаний планируют закупить у малого и среднего бизнеса на 170 млрд руб., говорится в сообщении Корпорации МСП.
 
Данные о закупках у малого и среднего бизнеса «существенно завышены», говорил руководитель ФАС Игорь Артемьев на встрече с премьером Дмитрием Медведевым в начале марта. Часто субподрядчики только формально относятся к малому бизнесу, а на самом деле это фирмы, аффилированные с крупным бизнесом, «помойки» для отмывания денег, «однодневки», доказывал он. Многие госкомпании окружили себя родственным малым и средним бизнесом и нет никакой возможности потеснить их, сказал Шувалов: «Мы это знаем и с корпорациями такими работаем». У аффилированных структур цены бывают в несколько раз выше рыночных, что позволяет выполнить план по закупкам у малого бизнеса, говорит гендиректор Центра размещения государственного заказа Александр Строганов. Менее 5% закупок госкомпаний совершаются на конкурсе: 40% в 2015 г. достались единственному поставщику, еще более 55% совершались иными способами (см. график). А это маскировка неконкурентных способов, говорил осенью Артемьев.
 
Госкомпании, опрошенные «Ведомостями», считают, что увеличивать квоты преждевременно. Квоты были введены только в июле, отмечает представитель РЖД. Нужно дать механизму проработать хотя бы год, рекомендует директор департамента закупок «Россетей» Юрий Зафесов. Сами «Россети» могут выполнить и новые квоты, говорит он. В 2015 г. квота по группе была соблюдена, а вот у отдельных «дочек» возникли сложности, рассказывает Зафесов: распределительным комплексам легче найти поставщиков среди малых и средних предпринимателей, стройки у них небольшие, а магистральным комплексам с их масштабными стройками и крупными закупками сложно. Поддерживать малый бизнес нужно, но нельзя делать это только административными мерами, отмечает вице-президент «Алросы» Александр Паршков. Каждый второй заказ «Алросы» в 2015 г. достался малому и среднему бизнесу, у которого закупается технологическое оборудование, автотранспорт, запчасти к технике, химическая продукция, услуги по строительству и монтажу оборудования. Но в некоторых случаях крупные производители способны предложить более низкие цены на оборудование, кроме того, среди малых предприятий много посредников, замечает Паршков. Представитель «Газпрома» отказался от комментариев, представитель «Роснефти» не ответил на запрос «Ведомостей».
 
Можно повышать формальные квоты, но без анализа закупок и диалога между заказчиками и поставщиками реальные закупки у малых предприятий расти не будут, считает председатель комитета ТПП по закупкам Антон Емельянов. Компании продолжат создавать малые предприятия из собственных структур и завышать цены, говорит Строганов. Дополнительная цель – поддержка малого бизнеса – может помешать основной – повышению эффективности закупок, резюмирует Строганов. 
 

Екатерина Мереминская

09.03.2016, № 4029

 

 

Регионы оденут в российское

Под импортозамещение попали регионы и муниципалитеты.
 
Очередные ограничения на госзакупки импорта были введены постановлением правительства на прошлой неделе. Цель – поддержать в кризис российских производителей, передает пресс-служба Минпромторга слова замминистра Виктора Евтухова.
 
Покупать импортную одежду и ткани федеральным заказчикам (кроме оборонзаказа) запрещено еще с сентября 2014 г. – при условии, что в России и Евразийском экономическом союзе (ЕАЭС) производится подходящий товар. Теперь ограничения распространены на региональных и муниципальных заказчиков, но списки разные (см. врез). Кроме того, всем им запрещено брать в аренду такие иностранные товары. Доля российской продукции легкой промышленности в общих продажах на внутреннем рынке составила в 2014 г. 24,3%, в 2015 г. практически не изменилась (24,6%). Текстильное и швейное производство в 2015 г. сокращалось второй год подряд, и спад ускорился – на 11,7% после 2,5% в 2014 г. (данные Росстата). Оно оказалось среди аутсайдеров по итогам опроса о предпринимательской уверенности в январе 2016 г., говорится в обзоре Центра конъюнктурных исследований Института статистических исследований и экономики знаний ВШЭ.
 
Импортозамещение повышает цену на госзаказ, поскольку уменьшает конкуренцию, заявлял ранее замминистра экономического развития Евгений Елин, это приведет к ухудшению качества закупаемых товаров. Со времени введения ограничений средние цены госконтрактов снизились только на верхнюю одежду (кроме спецодежды) – на 30%, по данным Минэкономразвития. Средняя цена на выделанную кожу выросла на 37%, на канаты, веревки, шпагаты и сети – на 55%.
 
Статистики, сколько продаж приходится на госзаказ, нет, но такие ограничения – поддержка отрасли и ее надо расширять, доволен президент Российского союза предпринимателей текстильной и легкой промышленности Андрей Разбродин. Доля регионов и муниципалитетов в госзакупках изделий, попавших под ограничение, невелика – максимум 5–10%, оценивает директор Балтийского тендерного центра Виктор Дон.
 

Постановление хорошо выглядит на заседаниях в правительстве, но не решит проблем отрасли, зато заказчикам теперь придется требовать от поставщиков бумаг, подтверждающих страну происхождения товара, декларацию о том, что сырье и полуфабрикаты тоже были произведены на территории ЕАЭС, говорит Дон.

Российских производителей лишают стимулов для развития, это приводит к снижению качества, считает гендиректор Центра размещения госзаказа Александр Строганов. Торговые ограничения могут принести только краткосрочный положительный эффект для промышленности, но в долгосрочной перспективе приводят к диктату продавца, говорит руководитель Центра развития ВШЭ Наталья Акиндинова. Товары подорожают и станут хуже – вот с чем столкнутся коммунальные службы, больницы и школы, заключает она.

Екатерина Мереминская

24.02.2016, № 4021

Диверсия против госзакупок

Иностранцы могут повредить информационную систему госзакупок, опасается Минэкономразвития.

Сейчас она основана на зарубежном софте.Единая информационная система госзакупок (ЕИС) во многом основана на иностранном оборудовании и программах, говорится в письме Минэкономразвития Федеральному казначейству (копия есть у «Ведомостей»). Это риск, сетует Минэкономразвития: иностранные компании могут повлиять на работоспособность ЕИС, например, из-за введения международных санкций, поэтому программы нужно заменить на российские. 

Представитель Минэкономразвития подтвердил, что такое письмо было отправлено, ответ казначейства еще не поступал. Казначейство поддерживает импортозамещение и будет искать российское оборудование, но система масштабная и российский софт не должен уступать иностранному по производительности, говорит заместитель руководителя казначейства Сергей Гуральников. Пока вариантов не видно, их надо искать, тестировать, убедиться, что не пострадает то, что уже работает, объясняет он. Возможно, в 2016 г. удастся только принять решение, на какое ПО переводить, добавляет Гуральников. 
Система была запущена в январе 2016 г. Заказчики обязаны размещать в ней планы закупок, объявления о закупке, в ней ведутся реестры договоров и жалоб. Разрабатывал систему «Ланит». Контракт в начале 2015 г. был заключен на 150 млн руб. В октябре был проведен еще один конкурс, а в ноябре заключен контракт с «Ланитом» за 142 млн руб. на доработку системы (см. врез).   

Идея делать на российском обеспечении была изначально, но нужного тогда просто не нашли, рассказывает бывший чиновник казначейства. Систему совершенно точно можно перевести на отечественный софт, если потребуется, говорит президент «Ланита» Георгий Генс, но придется существенно менять архитектуру и специально разрабатывать довольно много решений, которые сейчас есть в стандартных продуктах IBM и Oracle. Систему придется перестраивать почти с нуля, предупреждает президент IT-интегратора IBS Сергей Мацоцкий. Сделать можно все, вопрос – во сколько это обойдется, замечает председатель правления ГК «АйТи» Тагир Яппаров: придется переходить на новые базы данных, это может привести к сбоям в работе. 

Цену должно рассчитать казначейство, отмечает представитель Минэкономразвития. Российское ПО должно быть дешевле иностранного, иначе нет смысла заменять, считает Гуральников. Госзакупки – это сложная и высоконагруженная система, которая должна работать непрерывно, поэтому переход будет существенно дороже поддержки иностранных решений, считает Генс. Оценка гендиректора Cognitive Technologies Андрея Черногорова – около 300 млн руб., но в дальнейшем можно будет сэкономить на обслуживании. 

Производители ПО готовы принять участие в конкурсе. Об этом говорят, например, Генс, Мацоцкий, Черногоров, руководитель направления инфраструктурных решений компании «Крок» Иван Шумовский. Но принять решение можно только после анализа конкурсных требований, отмечают Шумовский и Мацоцкий. У «Ланита» есть конкурентное преимущество, признает Мацоцкий: компания работала над системой госзакупок и знает, как она устроена. С этим согласен человек, имеющий отношение к госполитике импортозамещения софта. 

Угрозы со стороны иностранных компаний или новых санкций нет, считает Яппаров, но есть тренд на импортозамещение. Странная идея переходить на российский софт, если есть хорошо работающий иностранный, а полного российского аналога нет, удивляется гендиректор Центра размещения госзаказа Александр Строганов. Заменять то, что и долго готовилось, и стоило немалых денег, все равно что выбросить бюджетные деньги, заключает он. 

Екатерина Мереминская, 

Павел Кантышев

15.02.2016, № 4015

 

Бюджет взаперти

Система эффективна, но могут пострадать мелкие банки, предупреждают эксперты.

С этого года правительство запускает новый механизм выделения денег из бюджета и контроля за ними. Часть мер заложена в законе о бюджете, и по ним готовятся подзаконные акты, некоторые из них уже утверждены. Деньги будут выделяться, только если потребность в них обоснована или же для компенсации уже понесенных расходов, непотраченное может быть возвращено в бюджет. В конце января эти предложения Минфина были одобрены на совещании у первого вице-премьера Игоря Шувалова (копия протокола есть у «Ведомостей»). 

Закон о бюджете обязывает вернуть к 1 апреля все государственные субсидии, которые не были потрачены. «Это касается всего», – говорила на коллегии Минфина первый замминистра финансов Татьяна Нестеренко: субсидий юрлицам, регионам, инвестиций, расчетов по госконтрактам. До 1 июля Минфин совместно с министерствами и ведомствами определит судьбу этих остатков. Мера поможет наполнить единый казначейский счет ликвидностью, даст бюджету дополнительные средства, может сократить и удешевить займы, говорит чиновник Федерального казначейства. Сумму остатков он затруднился назвать. 

Еще одна мера экономии – ужесточить контроль за бюджетными инвестициями. Министерства, ведомства, власти регионов, госкорпорации должны успеть до 31 марта утвердить проектную документацию для объектов капитального строительства по федеральным адресным инвестпрограммам. Иначе финансирование будет сокращено. Если кассовое исполнение расходов не начато до октября, то выделенные средства будут отозваны. До 25% средств некоторые распорядители бюджетных средств растаскивают «на важные, может быть, но не совсем теперь эффективные расходы», оценивала Нестеренко. 

Собирается Минфин ужесточить контроль и за субсидиями госкомпаниям. Деньги не тратятся, а оседают на счетах госкомпаний, критиковала Счетная палата. Теперь госкомпании вообще не получат субсидии, если деньги будут размещены на депозитах, вложены в финансовые инструменты или в капитал других компаний. Перечислять эти деньги запрещено, говорится в письме Минфина. 

Еще одна антикризисная новация в бюджете – реформа авансов. Каждый рубль из федерального бюджета должен «направляться только при подтверждении потребности», говорила Нестеренко. От авансирования госзакупок готовой продукции массового потребления Минфин вообще предлагает отказаться, следует из проекта постановления правительства. Запрет вряд ли ударит по рынку госконтрактов – у многих госзаказчиков уже есть внутренние правила, запрещающие авансирование, говорит гендиректор Центра размещения госзаказа Александр Строганов

Вводится казначейское сопровождение всех госконтрактов, авансирование по которым превышает 100 млн руб., за исключением гособоронзаказа. Приказы Минфина и казначейства обязывают всех исполнителей госконтрактов открывать счета в Федеральном казначействе, получить деньги они смогут только после проверки запроса. В зависимости от вида субсидий деньги могут быть перечислены авансом или после исполнения контракта. Контракты свыше 100 млн руб. – это крупный заказ для муниципалитета и обычный для региональных или федеральных заказчиков, говорит Строганов. Раньше промышленные предприятия получали эти субсидии с казначейских счетов и тратили, как считали нужным, напоминает федеральный чиновник. Теперь же бюджетные деньги будут находиться на казначейском счете и выходить из системы только по конкретным «платежкам», продолжает он. 

Такой же механизм вводится и для авансируемых субсидий, говорит чиновник казначейства: например, раньше субсидии фермерам заранее перечислялись регионам, смешивались с их доходами, а затем регионы тратили эти деньги как бесплатный кредит, вместо того чтобы раздать фермерам. Теперь система меняется, описывает он: для получения денег фермер должен представить в региональный минсельхоз документы, необходимые для получения денег, они будут переданы в федеральный Минсельхоз, после чего деньги поступят на счет фермера в казначействе. 

Система не создаст проблем добросовестным участникам госзаказа, а вот посредники, использующие серые схемы, могут отказаться от участия в госзаказе, считает Строганов. Но из-за изъятия из финансовой системы части средств могут возникнуть проблемы у банков, полагает сотрудник казначейства. Минфин уже договорился с ЦБ, что в случае проблем Банк России оценит выпадающие суммы, «соотнесет их со своими денежно-кредитными целями, после чего решение о возврате могут пересмотреть», минимизировав ущерб для банков, говорит он. В Минфине не ответили на запрос «Ведомостей». Запрос ЦБ в воскресенье также остался без ответа. 

Денег в банковской системе станет меньше, ждет председатель правления СДМ-банка Максим Солнцев. Бюджетная ликвидность, которая уйдет в казначейство, будет восполнена Банком России, считает главный экономист Альфа-банка Наталия Орлова. Угрозы для банковской системы не будет, отмечает она, но могут возникнуть проблемы у отдельных банков с ограниченным доступом к системе рефинансирования. При этом ужесточение порядка бюджетных расходов – более эффективная мера, чем их сокращение, считает Орлова. Когда бюджет старается экономить, самое разумное – следить за расходами, заключает она. 

Александра Прокопенко, 

Екатерина Мереминская

08.02.2016, № 4010 

 

Чрезвычайные закупки

Например, из-за обвалившейся штукатурки заказывают капремонт у единственного поставщика.

Люди, застрявшие в сломанном лифте, осыпавшаяся на фасаде штукатурка становятся поводом обойти закон о госзакупках, рассказал директор департамента Минэкономразвития Максим Чемерисов на конференции Счетной палаты. Заказчики объявляют чрезвычайную ситуацию (ЧС) и заключают контракты с единственным поставщиком без конкурса на обслуживание лифтов или капремонт, привел он примеры. 

Закон о контрактной системе позволяет проводить закупку у единственного поставщика в случае ЧС. Впервые такой прием стал массово использоваться в Дальневосточном федеральном округе, где после наводнений региональные и муниципальные заказчики заключали «совершенно необоснованные контракты с единственным поставщиком», сказал Чемерисов. В этом году произошел всплеск таких нарушений – проверяется более 100 контрактов, отметил он, Минэкономразвития собирается передать материалы в правоохранительные органы, так как выявлены не только нарушения закона о госзакупках, но и злоупотребления правом. 

Иногда единственная причина объявления режима ЧС – желание отдать заказ единственному поставщику, говорит Чемерисов. Иногда, по его словам, такая закупка проводится и после снятия режима ЧС – это грубое нарушение. 

В 2013 г., когда на Челябинск упал метеорит, проводились закупки во время режима ЧС, рассказывает начальник отдела регулирования контрактной системы управления муниципального заказа Челябинска Марина Кашкарева. Пришлось закупать для одной больницы сразу 300 окон, ремонтировать здания, у которых разрушило крыши, вспоминает она. Сейчас, если контролеры работают жестко, злоупотреблений быть не должно, считает Кашкарева: о закупке в связи с ЧС уведомляются контрольные органы. 

Но эффективность от таких уведомлений нулевая, сказал Чемерисов. Минэкономразвития предлагает сделать уведомления публичными, тогда за ними будет общественный контроль. 

Проблема действительно есть, соглашается заместитель гендиректора Национальной ассоциации институтов закупок Мария Семенова. Но все случаи, когда можно объявить ЧС, перечислены в законе «О защите населения и территорий от ЧС природного и техногенного характера». Чтобы сократить количество нарушений, необходимо, например, ввести специальную административную ответственность для недобросовестных заказчиков, предлагает Семенова. 

Госзаказчики используют разные способы обойти закон – например, могут назвать принтеры «технологическими точками для создания твердых копий документов», библиотечные работы – «реставрацией нефинансовых активов и материальных ценностей», рассказывает гендиректор Центра размещения госзаказа Александр Строганов. Можно бесконечно ужесточать закон, но в этой гонке все забыли, что госзакупки – это инструмент обеспечения потребностей государства, их механизм должен быть удобным и функциональным, считает Строганов.  

Екатерина Мереминская

23.12.2015, № 3987

Плохое лекарство: как правительство ограничивает конкуренцию

Ограничение закупок импортных препаратов приведет лишь к снижению предложения на рынке и росту цен.Российское правительство выпустило постановление об ограничениях и условиях допуска иностранных лекарств, включенных в перечень жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов (ЖНВЛП), закупаемых за счет государства. Предполагается, что в случае подачи хотя бы двух предложений о поставке продукции из стран Евразийского экономического союза (Россия, Белоруссия, Армения, Казахстан и Киргизия) импортные препараты к закупкам не допускаются.

Не буду сейчас касаться острейшего вопроса, «насколько отечественные лекарства аналогичны импортным», но давайте посмотрим, какие же последствия будет иметь данное постановление для фармацевтического рынка России?

Госзакупки вообще, а особенно лекарств, — сфера, которая касается практически каждого и регулируется на федеральном уровне. В законе о контрактной системе (44-ФЗ) предусмотрена возможность ограничения допуска импортной продукции на рынок госзаказа. Среди целей таких ограничений заявлены защита конституционного строя, обеспечение обороны страны, а также поддержка российских товаропроизводителей. Именно эту задачу должны выполнить вводимые ограничения.

По оценкам Минпромторга России, объем государственных и муниципальных закупок лекарств, относящихся к ЖНВЛП, в 2014 году составил 194 млрд рублей. А доля лекарств отечественного производства в этих закупках составила 24,5% (37,8 млрд рублей).

То есть, даже если предположить, что российские производители представляют собой предприятия «полного цикла», они в состоянии обеспечить менее четверти от общей потребности. На самом деле доля меньше, на это косвенно указывает само постановление, где предприятия по упаковке лекарств приравниваются к непосредственным производителям. Фармацевтический рынок России находится в «зародышевом» состоянии.

Чиновники говорят, что ограничения повысят конкурентоспособность российских препаратов и приведут к снижению цен.

Извините, но никогда еще в истории решение властей не смогло «отменить» законы рынка. Искусственное сокращение предложения не может привести к росту конкуренции, потому что только соревнование с лучшими стимулирует к развитию. Данное же постановление позволяет «равняться» на середнячка, а о лидерах «позаботится» государство, закрыв для них многомиллиардный рынок.

Какая выгода условному производителю N напрягаться, предлагать что-нибудь «инновационное», когда госзаказ ему просто «сваливается», по крайней мере, государство изо всех сил создает максимально комфортные условия участия в нем. Зачем повышать качество — существующее и так окажется «лучшим». Видимо, неслучайно российские предприятия не торопятся переходить на международный стандарт GMP (Good Manufacturing Practice).

Некоторые возразят — государство же контролирует производство. Категорически не соглашусь. Более того, с полной ответственностью могу заявить, что надлежащей системы контроля в России не существует ни в одной сфере (кроме, может быть, засекреченных). В фармацевтической же области разовые выборочные проверки Росздравнадзора, во-первых, являют собой «последующий контроль», а во-вторых, не в состоянии охватить весь рынок. Неоднократно законодателям указывали на необходимость создания хотя бы в знаковых областях «белого реестра» поставщиков, которые будут допущены до госзаказа только после тщательной проверки, а до крупных заказов — после длительного «завоевания» репутации на более низком (стоимостном) уровне.

Почему же именно госзакупки стали «испытательным полигоном» по поддержке производителей лекарств? Ведь основная масса препаратов закупается для больниц, поликлиник, роддомов. На аптечном рынке я хотя бы имею возможность выбирать лекарство, исходя из своих знаний и толщины кошелька. Но такой возможности не имеет новорожденный младенец.

Вспомните государственные программы по «одариванию» ветеранов ВОВ автомобилями. Хорошее, благородное дело. Заодно и обеспечивающее определенную загрузку отечественных автопроизводителей. Но есть один нюанс — большинство стариков в любом случае не могли купить себе машину, поэтому данное действие властей никак не могло снизить качество их жизни. Ветеран мог ездить на этой машине, а мог не ездить. А вот не принимать лекарства болеющий человек не может. Поэтому такие действия, как ограничения импортных лекарств, допустимы только при наличии собственного развитого, современного рынка.

Из сказанного следует и несбыточность прогнозов о снижении цен. Не могут цены снизиться, поскольку тем иностранным предприятиям, которые решатся локализовать производство в России, потребуются огромные средства. И такие же — не меньшие — средства необходимы российским производителям, чтобы нарастить производство, закрывающее более 24,5% потребности. А о государственных масштабных инвестициях в отрасль в условиях кризиса говорить не приходится.

Конечно, поддержка отечественных производителей в нынешней ситуации необходима, но не методами устранения конкурентов, а наоборот — путем повышения конкуренции, за счет создания стимулов «равняться на правый фланг».

Но самое главное даже не уровень конкуренции и не динамика цен, а то, что это случится не завтра и не послезавтра. Исследования, разработки, клинические испытания, апробация — это все требует огромных временных затрат, о которых даже упоминать недопустимо в привязке к здоровью людей. Время — вот главная проблема этого «антиконкурентного» постановления.

Александр Строганов

11.12.2015

 

Госкомпаниям не позволят лишнего

Предложенные меры могут не сработать, опасаются эксперты.

Закупки роскоши государственными компаниями и естественными монополиями нужно ограничивать, но не так, как будет работать нормирование госзакупок, заявил вчера премьер Дмитрий Медведев: правительство даст поручения своим представителям в советах директоров вынести эти вопросы на рассмотрение, чтобы каждая компания приняла такие внутренние документы. Руководитель проекта Общероссийского народного фронта (ОНФ) «За честные закупки» Антон Гетта предложил распространить на госкомпании систему нормирования. 

Нормирование госзакупок заработает с 2016 г. Для министров и их заместителей нельзя будет покупать автомобили дороже 2,5 млн руб. и мощнее 200 л. с., для руководителей служб и агентств и их замов – 2 млн, для начальников подразделений министерств и ведомств – 1,5 млн. Смартфоны министров и их замов должны будут стоить максимум 15 000 руб., помощников – 10 000 руб., специалистов – 5000 руб. Впрочем, многие госслужащие отмечают, что сами покупают автомобили и телефоны. 

Есть ограничения и на мебель: министры, их заместители и руководители территориальных органов смогут позволить себе кресла и диваны из натуральной кожи, а помощники и специалисты – только из искусственной. Мебель из ценных пород дерева будет положена только руководителям ведомств и их заместителям. 

Чтобы система заработала, министерства и ведомства должны были подготовить собственные системы нормирования. Необходимая работа сейчас завершается, комментирует представитель Минэкономразвития. Федеральная антимонопольная служба (ФАС) считает, что аналогичный вариант возможно применить и к госкомпаниям, сообщил ее представитель. 

Вопрос нормирования для госкомпаний уже прорабатывается, заметил представитель Минэкономразвития. Предметом нормирования могут быть закупки для собственного потребления госкорпораций. Механизмы нормирования могут быть различными, но важное условие – публичность установленных нормативов закупок, продолжает представитель Минэкономразвития. 

Большинство опрошенных «Ведомостями» госкомпаний не видят проблем в возможных ограничениях. Во Внешэкономбанке есть нормы расходования средств, заявил представитель банка, но не раскрыл их. ГК «Автодор» никогда не закупала роскошь, даже автомобили компания не закупает, а арендует Toyota Camry и Nissan Almera, говорит директор департамента конкурентной политики «Автодора» Александр Соколов. В «Россетях» есть приказ согласовывать все закупки товаров, не относящихся к обеспечению производства, с центральной закупочной комиссией, сказал директор департамента по закупкам «Россетей» Юрий Зафесов. 

В РЖД есть нормы обеспечения сотрудников мебелью, форменной одеждой и другими предметами в зависимости от должности, они рассчитаны по законам, отметил представитель РЖД. Есть порядок использования и приобретения автомобилей, при этом, например, запрещается замена служебных легковых автомобилей до истечения срока полезного использования и нормативного срока службы, продолжает он, также не раскрывая подробностей. 

В Объединенной авиастроительной корпорации (ОАК) считают, что у госкомпаний не должно быть проблем, говорит представитель ОАК. «Газпром», «Роснефть» и «Башнефть» отказались от комментариев. 

Роскошь, конечно, раздражает и ее нужно ограничивать, но не силовыми методами и не ручным управлением, сказал гендиректор Центра размещения госзаказа Александр Строганов. Законодательное нормирование не отвечает законам свободного рынка, это коммерческие организации, регулировать их деятельность государство может через советы директоров, отмечает Строганов. 

Идея хорошая, но она может не заработать, опасается директор Института конкурсных технологий Сергей Дашков: первые лица компаний не привыкли экономить, запреты могут остаться на бумаге, а на практике никто не захочет запрещать им покупать очередную дверную ручку из золота. Если нормирование будет реально внедряться, оно может привить топ-менеджменту самоограничения, считает он. 

Борьба с коррупцией на уровне государства – это симметричный ответ на расследования Фонда борьбы с коррупцией Алексея Навального о госзакупках, правительство показывает, что ОНФ призван заниматься тем же и правительство его слышит, говорит политолог Алексей Макаркин. 

Екатерина Мереминская 

09.12.2015, № 3977

Правительство ограничило госзакупки иностранных лекарств

Власти уверяют, что цены на лекарства от этой меры могут только снизиться. Меры не коснутся стран Евразийского экономического союза.Премьер-министр Дмитрий Медведев в среду подписал постановление об ограничении госзакупок иностранных лекарств, включенных в перечень жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов (ЖНВЛП). Соответствующий документ опубликован на сайте правительства. Теперь импортный препарат не сможет участвовать в госзакупке, если есть предложение хотя бы от двух отечественных поставщиков. Рынок государственных закупок ЖНВЛП оценивается почти в 200 млрд руб.
Согласно постановлению, государственный заказчик должен отклонять все предложения о поставке лекарств из-за рубежа, если на тендер подано не менее двух заявок на поставки лекарственных препаратов, происходящих из стран Евразийского экономического союза (Россия, Белоруссия, Армения, Казахстан и Киргизия). При этом «отечественные» заявки должны быть от компаний, не входящих в одну группу лиц, чтобы считаться раздельными.
Из постановления следует, что ограничения на доступ к госзакупкам не будут применяться до 31 декабря 2016 года к тем иностранным препаратам, которые хоть и производятся за рубежом, но упаковываются на территории ЕАЭС. Этот льготный период продлили на год по сравнению с февральским проектом постановления Минпромторга, в котором предполагалось, что уже с начала 2016 года всю технологическую цепочку или производство необходимо осуществлять в ЕАЭС. «Очевидно, что эта отсрочка дается для того, чтобы ряд иностранных компаний, которые пока производят в России только упаковку, завершили процесс локализации и перешли от производства упаковки к производству полного цикла, — объясняет директор по развитию аналитической компании RNC Pharma Николай Беспалов. — Тогда они получают статус локального производителя и смогут участвовать в тендерах».
Также запрет для иностранных поставщиков не коснется закупок на территории иностранных государств, осуществляемых дипломатическими и торговыми представительствами России, представителями России при международных организациях.

Рынок и цены

Рынок лекарств, относящихся к ЖНВЛП, в 2014 году оценивался в 434 млрд руб. (в оптовых ценах), следует из доклада о целях и задачах Минпромторга на 2015 год. Из них 194 млрд руб. пришлось на госзакупки. А доля лекарств отечественного производства в этих закупках составила 24,5% (37,8 млрд руб.).
Как отметил министр промышленности Денис Мантуров, постановление об ограничении госзакупок распространяется на 608 препаратов, передает ТАСС. Из этих лекарств у 282 есть два и более российских производителей. Министр подчеркнул, что ограничение закупок иностранных лекарств повлияет на цены препаратов «только в сторону снижения».
Постановление вступает в силу спустя неделю после подписания.
«Цены не могут снизиться, потому что законы рынка и экономики за многие тысячелетия никто отменить пока не смог, — не соглашается с министром гендиректор компании «Центр размещения госзаказа» Александр Строганов. — Если сокращается предложение, а спрос остается на прежнем уровне, то цены растут, это неизбежно». Кроме повышения цен, постановление приведет к «латентной» коррупции — «сговорам как поставщиков с поставщиками, так и с заказчиками», считает Строганов. Он полагает, что подобные меры в какой-то степени оправданны, только когда речь идет о мощной и развитой отрасли. «А когда отрасль в зародышевом состоянии — учитывая скандалы с постоянными срывами планового лекарственного обеспечения в регионах, — то такие постановления, конечно, носят спорный характер. Отрасль будет развиваться, только если одновременно туда будут поступать инвестиции», — резюмирует эксперт.

Фармкомпании довольны

Работающие в России фармпроизводители оценивают решение правительства позитивно. В краткосрочной перспективе это постановление не повлияет на рынок, уверен заместитель генерального директора Stada CIS Иван Глушков. «Препараты, которые производятся в России, и так дешевле, чем лекарства, произведенные за рубежом», — утверждает он. В долгосрочной перспективе, по его словам, это постановление создает сильный экономический стимул для компаний организовывать производство внутри России.
Директор по развитию «Биокад» Дмитрий Мордвинцев отмечает, что российские производители уже и так имеют преференции при участии в торгах: если победителем аукциона становится локальный производитель, он заключает контракт по цене, установленной в ходе торгов, а иностранный должен дать скидку в 15%, напоминает он. «Но все равно нынешнее постановление — это тот инструмент поддержки, которого мы все ждали», — говорит Мордвинцев. Многие российские препараты по качеству не уступают иностранным, поэтому пациенты особой разницы не почувствуют, считает он.
Важно, что правительство продлило на год неограниченный доступ к госзакупкам для иностранных производителей, осуществляющих на территории ЕАЭС только первичную и вторичную упаковку, подчеркивает исполнительный директор Ассоциации международных фармпроизводителей (AIPM) Владимир Шипков. По его мнению, это хороший сигнал для индустрии, для потенциальных инвесторов, которые начинают процессы локализации с упаковки товара. По его словам, за последние пять-шесть лет только члены AIPM инвестировали в процессы локализации не менее $2 млрд.

Кто бенефициары

Оценить последствия постановления для отдельных компаний пока сложно, говорит Николай Беспалов из RNC Pharma. «Борьба будет разворачиваться в рамках конкретных препаратов, то есть даже одна компания может пострадать в одном, но не пострадать в другом [товарной категории]», — отмечает он. Также, по его словам, важно, успеют ли те, кто начал процесс локализации (который тоже касается отдельных препаратов), его завершить.
По данным RNC Pharma, сейчас в сегменте госзакупок лекарств лидирует французская Sanofi — с долей 6,6% в общем объеме закупок за девять месяцев 2015 года. Следом идут швейцарская Novartis (включая производителя дженериков Sandoz) и немецкая Bayer – 5,8 и 4,9%, соответственно. При этом у Sanofi и Novartis, как и у большинства иностранных фармкомпаний, входящих в десятку лидеров по госзакупкам, есть собственные производственные мощности в России. Отечественные производители, по данным за девять месяцев 2015-го, не входят в топ-10 участников госзакупок. Лидеры — «Отисифарм» (2,7%) и «Фармстандарт» (2,1%).
С предложением ограничить доступ иностранных производителей к госзаказу, в случае когда на него претендуют как минимум два поставщика отечественной продукции, выступило в августе прошлого года Министерство экономического развития. Это ограничение было разработано в соответствии с поручением президента, озвученным на Петербургском экономическом форуме 2014 года. Проект постановления об ограничениях доступа импортных лекарств к госзакупкам Минпромторг внес в правительство в феврале 2015 года, согласовав его с Минздравом, Минэкономразвития, Минфином и ФАС.
Ранее правительство уже ограничило похожим образом госзакупки иностранного медицинского оборудования. В феврале этого года правительство приняло постановление, устанавливающее аналогичные ограничения на закупки иностранных медицинских изделий: томографов, рентгенодиагностических комплексов и другого оборудования, реагентов для исследований, некоторых разновидностей медицинской одежды, глюкометров, некоторых хирургических инструментов и спиртовых салфеток. Эти товары зарубежного производства также было решено не допускать к госзакупкам при наличии как минимум двух заявок на поставку аналогичной продукции из стран ЕАЭС.

Георгий Перемитин, Ольга Волкова, Анна Дерябина

02.12.2015

Компания Тимченко начала поставлять воду на рейсы "Аэрофлота"

С сентября в бизнес-классе «Аэрофлота» предлагают воду Aquanika, ее выпускает Volga Group Геннадия Тимченко. Этот трехлетний контракт и другие госзаказы помогают оказавшейся под санкциями компании справиться с убытками.

Дистрибьютор выиграл

О том, что бутилированную воду «Акваника» теперь предлагают в бизнес-классе на рейсах государственной авиакомпании «Аэрофлот», рассказал РБК генеральный директор «Акваники» Владимир Иванов. «По безалкогольным напиткам «Аэрофлот» имеет только двух партнеров — нас и Coca-Cola», — подчеркнул он. По его словам, поставки начались с 1 сентября этого года, а тендер, рассчитанный на три года, компания выиграла в июле.
В пресс-службе «Аэрофлота» на запрос РБК в течение понедельника не ответили.
На сайте госзакупок есть информация о тендере на поставку бутилированной воды для рейсов «Аэрофлота», который действительно завершился летом: результаты подводились 31 июля. Сумма контракта не указана. В рамках тендера разыгрывались два лота: первый касался поставок бутилированной воды для обслуживания пассажиров бизнес-класса, второй — экономкласса. В первом случае заявки подавали «Акваника», «Гелиос», «Кока-Кола ЭйчБиСи Евразия» и еще четыре компании.
Из документации следует, что право на поставку для бизнес-класса выиграл «Гелиос», а не «Акваника». Иванов пояснил РБК, что «Гелиос» — это дистрибьюторская компания, которая сотрудничает с «Акваникой», и речь идет об эксклюзивном сотрудничестве по этому контракту.
За поставки воды пассажирам экономкласса боролись пять компаний, включая три вышеперечисленные, но победителем по этому лоту стала компания «Кока-Кола» (выпускает воду под брендами Coca-Cola, Fanta, Sprite, Schweppes, Powerade, Bon Aqua, Nestea и Valser). «Бренд Valser был представлен в рамках тендера», — подтвердила менеджер по коммуникациям Coca-Cola HBC Eurasia Евгения Могилева, от​казавшись комментировать его результаты.​
«Мы и не хотели сами выигрывать, — утверждает Иванов. — Нам неудобно самим заниматься логистикой: завод далеко, проще через московского дистрибьютора». Интересно, что цена поставок, предлагаемая «Гелиосом», была на 10 копеек ниже, чем у «Акваники». Так, например, бутилированная вода объемом 0,25 л предлагалась «Гелиосом» по цене в 5,8 руб., а «Акваника» заявила цену в 5,9 руб.; вода объемом 0,6 л предлагалась за 13,25 руб. и 13,35 руб. соответственно, объемом в 1,35 л — 26 руб. и 26,1 руб.
Указанный в базе СПАРК телефон «Гелиоса» оказался неработающим, как и сайт компании. Согласно выписке из ЕГРЮЛ, ООО «Гелиос» на 51% принадлежит «Алтек Консалтинг Инк.», на 49% — «Нионал Портфолио Лтд.». Обе компании зарегистрированы на Британских Виргинских островах, их бенефициары неизвестны. Из протокола госзакупок следует, что на конец июля 2015 года «Гелиос» работает на рынке 1,8 года. Согласно информации в СПАРК, компания была зарегистрирована 18 ноября 2013 года.

Вода для госкомпаний

«Акваника» была основана в 2007 году, производит питьевую воду под брендом Aquanika, соки Mugo и безалкогольные напитки «Министерство газировки». В 2011 году компания запустила собственное производство в Нижегородской области (до​​​ 500 млн л в год), инвестиции составили около 4 млрд руб. По словам Иванова, за 2013 год завод произвел около 91 млн л воды.
По данным СПАРК, выручка «Акваники» за 2014 год составила 774,9 млн руб., чистый убыток — 1,7 млрд руб., нераспределенный убыток вырос до 5,6 млрд руб.: Иванов говорил, что столь серьезный убыток вызван тем, что это «накопительный итог, суммирующий инвестиции за последние годы с накопленными процентами».
Сам Тимченко в интервью ТАСС рассказывал, что раньше «Акваника» принадлежала его товарищу. Источник РБК сообщал, что предыдущим владельцем «Акваники» был экс-глава «ЛУКОЙЛ Трейдинга» и «Транснефтепродукта» Сергей Маслов. До февраля 2012-го владельцем ООО «Акваника» была люксембургская компания SVM Holding, затем им стала кипрская Aquanika Holding Ltd. В конце июня 2015-го стало известно, что Геннадий Тимченко решил перевести компанию с кипрского офшора Aquanika Holding Ltd. на российское юрлицо. В сообщении Федеральной антимонопольной службы от 29 июня 2015 года говорилось, что 100% ООО «Акваника» покупает ООО «Волга Групп» — по состоянию на 1 сентября 2015-го сделка была завершена.
«Акваника» вместе с другими активами Геннадия Тимченко попала под действие международных санкций. Сам предприниматель был внесен в черный список США 20 марта 2014-го, а уже 28 апреля того же года Минфин США внес в него и структуры, входящие в бизнес-империю Тимченко. Помимо «Акваники» под санкциями оказались «Авиа Групп», «Авиа Групп Норд», «Сахатранс», пять компаний группы «Стройтрансгаз», железнодорожный оператор «Трансойл» и холдинг Volga Group. Иванов в беседе с РБК тогда назвал это «странным и даже абсурдным».
С мая 2012 года «​Акваника» выпускает воду под брендом «Муромский источник». Владимир Иванов рассказывал РБК, что сам товарный знак принадлежит финансово-хозяйственному управлению РПЦ. При этом пользование товарным знаком, по словам Иванова, предполагает оплату, но размер платежей он не назвал, сославшись на коммерческую тайну. «Муромский источник» — продукт массового ценового сегмента, одним из конкурентов которого можно считать «Святой источник», отмечал Иванов.
В прошлом году, согласно базе СПАРК, компания заключила один контракт с ООО «Напитки ТрансСервис» (по данным ЕГРЮЛ, на 51% принадлежит Федеральной пассажирской компании (ФПК), которая на 82,94% подконтрольна РЖД) на 89,6 млн руб. и два контракта с ФГБУ «Комбинат питания «Кремлевский» (организует закупки и питание для сотрудников администрации и Управделами президента) на 264 тыс. руб. В базе СПАРК также содержится информация, что «Акваника» в 2015-м подала заявку на участие в тендере ГУП «Московский метрополитен» на поставку 300 тыс. бутылок воды с начальной суммой контракта в 3,6 млн руб. В пресс-службе ГУП «Московский метрополитен» и АО «ФПК» в понедельник вечером не смогли оперативно ответить на вопросы РБК.
Участие в корпоративных закупках, регулируемых ФЗ-223, позволяет не учитывать финансовое состояние участника торгов, обращает внимание генеральный директор центра эффективных закупок «Тендеры.ру» Кирилл Кузнецов. «В последнее время компании, попавшие под западные санкции, стали активнее участвовать в тендерах, организуемых госструктурами и госкомпаниями, — делится наблюдениями эксперт. — Однако сложно сказать, стало ли это происходить по той причине, что эти компании попали под санкции или из-за того, что вся экономика в кризисе, а государственные и корпоративные закупки продолжают формировать спрос».
Госзаказ во всех странах остается очень «аппетитным куском» рынка, добавляет генеральный директор Центра размещения госзаказа Александр Строганов: в первую очередь он дает гарантированную загрузку.

Алексей Пастушин

23.11.2015

 

Контракт на жизнь

Механизм непрозрачен и может повысить цены, полагает ФАС.Расширить применение контрактов жизненного цикла (см. врез), которые включают не только покупку товара или услуги, но и обслуживание в течение всего срока эксплуатации, правительство просят уже больше года (копии писем есть у «Ведомостей»): губернатор Нижегородской области Валерий Шанцев – для госзакупок в медицине, образовании и спорте, вице-губернатор Санкт-Петербурга Ольга Казанская – для высокотехнологической медицинской техники, губернатор Московской области Андрей Воробьев – для обслуживания дорог. У госзаказчиков контракты жизненного цикла не пользуются популярностью, показал опрос Высшей школы экономики: самым непонятным нововведением их назвали 25,9%, и большинство сказало, что не применяет его. Москва по госзаказу не заключила ни одного контракта жизненного цикла, говорит руководитель городской контрактной службы Василий Жуков.

Минэкономразвития предлагает проект постановления правительства, распространяющий контракты жизненного цикла на проектирование, строительство и поставку оборудования в здравоохранении, спорте, культуре, при благоустройстве автодорог и для военнослужащих (копия письма есть у «Ведомостей»). Заключать их будут, как правило, на 10 лет и более, знает представитель министерства.

Против – Федеральная антимонопольная служба (ФАС): к примеру, если закупать так элементы обустройства дорог (светофоры, дорожные знаки, парковки, тротуары), то их можно будет объединять в один лот, что снизит конкуренцию на торгах. Для объектов здравоохранения нет определения в законах, по контракту жизненного цикла можно будет строить любые объекты, беспокоится ФАС.

Счетная палата указала, что в законе о госзакупках нет понятия «контракт жизненного цикла», говорит представитель палаты. Минфин предсказывал, что цена таких контрактов может быть завышена.

Концессии могут вполне заменить эти контракты, говорит гендиректор Центра размещения госзаказа Александр Строганов: долгосрочные контракты теряют популярность, можно вспомнить несостоявшийся конкурс на участок трассы Москва – Санкт-Петербург. Мало кто захочет фиксировать цену на долгий срок, кроме того, сложно получить долгосрочные банковские гарантии, рассуждает Строганов. У госзаказа много ограничений, и самая подходящая схема для социальной инфраструктуры – государственно-частное партнерство, считает проектный менеджер Газпромбанка Иван Потехин, в том числе концессии.

Концессия подразумевают окупаемость, а по контрактам жизненного цикла полностью платит государство, объясняет директор департамента Минэкономразвития Максим Чемерисов. В зарубежной практике именно такие контракты используют для низкорентабельных проектов, говорится в пояснительной записке.

Госзаказ предполагает банковское финансирование, когда все риски берет на себя генеральный подрядчик, что в текущей экономической ситуации сильно сужает круг инвесторов, замечает Потехин. Чемерисов отвечает, что поэтому Минэкономразвития и предложило иные требования к банковской гарантии по долгосрочным контрактам: не на весь срок, а по аналогии с трехлетним бюджетом – с подтверждением каждый год на текущий и следующие два.

Контракты жизненного цикла нужны, говорит Жуков: томографы или лифты можно было бы закупать с обслуживанием, как это делается во всем мире.

Екатерина Мереминская

09.11.2015, № 3956

Минсельхоз решил перевести 32 млн. потребителей на отечественные продукты

Минсельхоз хочет запретить госструктурам покупать ряд импортных продуктов, например мясо, молочные продукты и сахар, если есть альтернатива — продукты из России и других стран Евразийского экономического союза.

«Третий лишний»

В распоряжении РБК оказался разработанный Минсельхозом проект постановления правительства, который ограничивает для государственных и муниципальных заказчиков закупки импортного продовольствия. Подлинность документа подтвердили в Минсельхозе. Путем ограничения таких закупок можно увеличить рынок сбыта отечественной продукции, передал министр Александр Ткачев через пресс-службу.Ограничивать госзакупки предлагают по правилу «третьего лишнего»: если на тендер подано еще как минимум две заявки, где страна происхождения продуктов — Россия и другие страны Евразийского экономического союза (в ЕАЭС кроме России входят Армения, Белоруссия, Казахстан, Киргизия), то заявка с импортными продуктами отклоняется.

Страна происхождения продуктов, согласно проекту, будет подтверждаться документами, которые выдаются в соответствии с техрегламентом Таможенного союза «О безопасности пищевой продукции» или другим документом, который в соответствии с Таможенным кодексом ЕАЭС подтверждает страну происхождения товара. При исполнении контракта страна происхождения может быть изменена только на страну-участницу ЕАЭС (для случаев, когда исполнитель по какой-то причине не может поставить изначально заявленные продукты).
В перечень продовольствия, на который предлагается наложить ограничение, входит 23 наименования, в том числе мясная продукция (говядина, телятина, свинина, мясо птицы, субпродукты), молочная (сухие и сгущенные молоко и сливки, масло сливочное, творог, сыры), рыбная (переработанная и консервированная рыба, продукция из рыбы), рис, соль, сахар.
В проекте прописаны и исключения. Ограничение, например, не касается закупок дипломатических представительств, работающих на территории иностранных государств. Участие в закупке поставщиков импортных продуктов не может быть отклонено, если «альтернативные» поставщики продуктов из стран ЕАЭС предлагают поставить один и тот же вид продукта, то есть реального выбора нет.
В ответе РБК Ткачев уточнил, что проект постановления пока не внесен в правительство, а дорабатывается с Минэкономразвития и Федеральной антимонопольной службой (ФАС). В пресс-службе Минэкономразвития отметили, что ведомство в целом поддерживает предложения Минсельхоза, но, в частности, «корректировки требуют положения, касающиеся подтверждения страны происхождения»
Так, Минэк считает, что подтверждением страны происхождения должна быть только декларация участника закупки (то есть документация о соответствии участника требованиям этой закупки в соответствии с 44-ФЗ о госзакупках). Это следует из письма замминистра экономического развития Евгения Елина, направленного в Минсельхоз 23 октября (РБК удалось ознакомиться с копией письма). Кроме того, Минсельхозу предлагается в самом перечне пищевых продуктов уточнить наименования и коды отдельных позиций в соответствии с Общероссийским классификатором продукции по видам экономической деятельности.
В пресс-службе ФАС опасаются, что ограничение может привести к срыву поставок, и «школы, больницы могут остаться без продуктов питания». Представитель ФАС отметил, что служба предоставила в Минсельхоз свои замечания, в частности, они касались продуктов, которые проходят переработку: «Например, рыбные консервы: банка или упаковка может быть отечественного производства или стран-участниц ЕАЭС, но не совсем понятно, какая рыба внутри».
Пресс-секретарь профильного вице-премьера Аркадия Дворковича не стала комментировать перспективы предложений Минсельхоза, поскольку документ еще не внесен в правительство.

Бюджетный заказ

Александр Ткачев упоминал о работе над ограничениями для импорта на заседании президиума Госсовета по вопросам развития рыбохозяйственного комплекса 19 октября. «У нас 32 млн потребителей — начиная от детских садов, школ, больниц, вузов, заканчивая вооруженными силами и МЧС, — сказал тогда министр. — Если мы сможем обеспечить госзаказ на закупку отечественной рыбы и в целом продовольствия: мяса, молока, овощей [в итоговый список овощи не попали] — это будет серьезный сдвиг для нашего рынка и сигнал, что государство действительно заинтересовано в производстве и поставках», — заявил он. По словам помощницы Ткачева Яны Перепечаевой, при формировании перечня продуктов специалисты ведомства исходили из того, какими товарами «мы можем себя обеспечить сами», чтобы это не отразилось отрицательно на муниципальных учреждениях.
На заседании Госсовета Ткачев говорил, что доля отечественных продуктов питания в государственных муниципальных учреждениях сейчас составляет «около 60%, а фруктов — и вовсе 20%». В Минсельхозе, ФАС и Минэкономразвития не смогли дать оценку рынка госзакупок продовольствия. Генеральный директор Центра размещения госзаказа Александр Строганов оценил объем госзакупок продуктов питания в несколько десятков миллиардов рублей в год.
Руководитель центра эффективных закупок «Тендеры.ру» Кирилл Кузнецов затруднился оценить, во сколько государству обходятся госзакупки продуктов из-за невозможности корректного подсчета. Принятие этого постановления приведет к удорожанию продуктов из перечня в рамках госзакупок, уверен Строганов. «Это постановление сильно напоминает проект Минпромторга по лекарственным средствам, ограничивающий допуск к государственным и муниципальным закупкам иностранных препаратов. У документа сложная судьба — его принятие постоянно переносится уже около года», — отмечает он.
Российские производители довольны инициативой Минсельхоза. Это поддержит отрасль, считает руководитель исполнительного комитета Национальной мясной ассоциации Сергей Юшин. Однако, по его мнению, в случае установления ограничений к участию в госзакупках иностранных поставщиков могут возникнуть проблемы с говядиной: «Здесь влияет сезонный фактор, и не всегда есть достаточное предложение». С другой стороны, если двух альтернативных поставщиков российского продукта не будет, то в тендерах продолжат участвовать заявители с иностранной продукцией. Однако цена на закупки говядины в таком случае может вырасти, предполагает Юшин.
По словам председателя правления Национального союза производителей молока Андрея Даниленко, принятие этого постановления не приведет к серьезным изменениям для молочной отрасли: «У нас закрыт импорт всех крупнейших поставщиков [из-за продуктового эмбарго], поэтому и сейчас через госзакупки реализуется в основном продукция российских производителей».
Бывший гендиректор ФГБУ «Комбинат питания «Кремлевский» управделами президента РФ (организует закупки и питание для сотрудников администрации и управделами президента), президент Ассоциации кулинаров России Виктор Беляев считает, что принятие такого постановления может привести к росту цены и ухудшению качества закупаемых продуктов. «К решению этого вопроса [закупок] нужно подходить исходя из критериев качества и цены, — уверен эксперт. — Нелогично отказываться от экспортера продуктов в пользу российского, который может уступать в качестве: отечественные компании также могут производить некачественную продукцию с использованием разного рода добавок, например».

Марина Кругликова

01.11.2015

 

Избыточная роскошь: Народный фронт взывает к совести госкорпораций

Кому нужны машины за 8 миллионов? Общероссийский народный фронт хочет умерить аппетиты госкомпаний, которые покупают запредельно дорогие автомобили. Вслед за ограничениями в адрес чиновников, выставляющих тендеры на приобретение супердорогих иномарок, активисты ОНФ требуют взять под контроль компании с государственным участием. Анализ закупок выявил удивительные примеры расточительности. Зачем элитные машины понадобились геологам, строителям и портовым служащим, разбирался корреспондент "Вестей ФМ" Николай Осипов.

"Элементы избыточной роскоши" - так, старясь сохранять приличия, называют в ОНФ стремления руководства госкомпаний приобрести дорогие машины. 6 - 7 миллионов, иногда ценники за штуку приближаются к 9 миллионам рублей. Обывателю трудно понять, что такого должно быть в автомобиле, чтобы он стоил таких денег, а самое главное - почему такой автомобиль столь необходим покупателям, рассуждает руководитель проекта "За честные закупки" Общероссийского народного фронта Антон Гетта:

"Ну, к нам в список расточительных компаний попала "Росгеология". Это государственная компания, отвечающая за, понятно, геологоразведку. Приобретают для чего-то "Мерседес" почти за 9 миллионов рублей. Мы, наверное, правы, когда говорим, что на таком автомобиле уж точно не по полям ездить и геологоразведку проводить, а для того, чтобы шикарно перемещаться, видимо, либо руководителю, либо кому-то из заместителей".

Впрочем, юридически такие компании вправе покупать себе всё что им хочется, если акционеры не против, поясняет генеральный директор Центра размещения государственного заказа Александр Строганов. Машины действительно роскошные, но в своих желаниях топ-менеджеры корпораций гораздо более свободны, чем чиновники:

"Во-первых, это действительно хороший автомобиль, а хорошие вещи всегда дорого стоят. Автомобили представительского класса с массажными креслами, с барами - очень приятно в таких ездить, никто не спорит. А что касается расточительности при закупке таких автомобилей, всё-таки госкомпании - это коммерческие компании с государственным участием. У них цель стоит зарабатывать деньги. Если они считают возможным тратить свои деньги на закупку дорогих автомобилей, то, в общем-то, честно говоря, это их право выбирать, что покупать".

Кризис нисколько не помешал многим компаниям, судя по тем закупкам, которые они планируют. Хотя они же довольно регулярно просят о поддержке за счёт федерального бюджета. К примеру, прошлым летом "Росгеология" просила правительство о докапитализации на 5 миллиардов рублей. А в этом году ведомство собиралось купить представительский седан за 8 миллионов 850 тысяч. Правда, руководство "Росгеологии" уже пояснило, что закупку отменили, история с элитной машиной была полгода назад, сейчас деньги экономят. Предприятие "Уралэлемент" в свое время жаловалось на падение прибыли, на долги, которые надо реструктурировать. То ли дела пошли в гору, то ли еще что, но компания расположилась на седьмой строчке антирейтинга с покупкой внедорожника почти за 7 миллионов рублей.

Стремление крупных и не очень руководителей к роскоши труднообъяснимо. Те же марки автомобилей, которые они покупают за сумасшедшие деньги, можно приобрести гораздо дешевле. Достойный седан или внедорожник стоимостью до 3 миллионов рублей вполне можно найти на рынке. Но представители компаний почему-то ищут топовые комплектации, иногда эксклюзивные по индивидуальному заказу, продолжает оценивать аппетиты менеджеров Антон Гетта:

"Проверив общую экономику, нужно компании принять решение: допустим, есть машина за 8 или за 9 миллионов, если мы говорим про "Росгеологию" опять же, но для перемещения вполне достаточно машины за 2 миллиона. И на питерском форуме наш сопредседатель Бречалов министру финансов Силуанову даже сказал: "У нас есть для вас предложение, где сэкономить, где скрытые резервы бюджетных денег. Вот "Росгеологии" точно не нужны лишние 7 миллионов, потому что за 2 купят, а лишние 7 у них можно просто срезать и вернуть в федеральный бюджет".

В ОНФ требуют, что все купленное было продано, не время шиковать. Примеры, когда компании заставляли расставаться с дорогим имуществом, есть. Правда, расстаются нехотя и часто после вмешательства прокуратуры:

"Есть один из примеров - "Ставрополькрайводоканал". Дом для своего, видимо, руководства за 17 миллионов рублей они купили где-то месяца три назад. Сегодня этот дом продаётся, деньги возвращаются в бюджет. Плюс ещё там прокуратура уголовное дело возбудила. Но здесь они нашли возможность, по-моему, практически все деньги вернуть в бюджет. То есть теперь, коль купить не смогли нормально, праведно, пусть продадут эффективно", - комментирует Гетта.

Схема таких обратных продаж не всегда прозрачна, справедливо опасаются активисты. Во-первых, были случаи, когда, отменив закупку, получившую всенародное осуждение, предприятие спустя некоторое время снова размещало заказ, во-вторых, когда машина или другое имущество уже куплено, не исключено, что его продадут по дешевке своим же. Такие случаи были. Хотя сейчас за такими сделками следит прокуратура, замечает Александр Строганов:

"Во-первых, да, раньше по крайней мере такое существовало и в госорганах: автомобили продаётся не то что своим, существует тоже система аукционов, продажа госимущества, но, конечно, совершенно непрозрачная. А продать прямо сейчас своим по остаточной стоимости - ну, вы знаете, в этом случае, если следовать советам ОНФ, если новые машины тут же продать по дешевке, то следующими должны будут прийти прокуратура и Следственный комитет".

С недавних пор федеральные чиновники уже получили ограничение по предельной стоимости своих служебных авто - не более 2,5 миллионов рублей. Представители госкомпаний под эти правила пока не попали. Общественники лишь апеллируют к их совести, призывая остановиться и подумать о расходах. Впрочем, в теории многие считают, что у юристов есть перспективы привлечь менеджеров за нецелевые расходы, если будет доказано, что при закупке они действительно хватили лишнего. Особенно в тех случаях, когда госкомпания испытывает явные финансовые проблемы.

Вести ФМ

15.10.2015

 

"Силовые машины" поставят нужные Крыму турбины в Краснодарский край

«Технопромэкспорт», ответственный за строительство электростанций в Крыму, выбрал поставщика турбин. Оборудование будет поставлено в Тамань (Краснодарский край). Пункт назначения выбран для обхода санкций, писали ранее СМИ.Компания «Силов​ые машины» 25 сентября победила в конкурсе «дочки» «Ростеха», «Технопромэкспорта», на поставку турбин и генераторов в Тамань (Краснодарский край) стоимостью почти 4 млрд руб., следует из данных портала госзакупок (протокол тендера подписан 28 сентября). Согласно тендерной документации (есть в распоряжении РБК), «Силовые машины» поставят четыре турбины, генераторы и вспомогательное оборудование для четырех блоков ПГУ мощностью 235 МВт каждый. Максимальная цена контракта составляла 4,2 млрд руб., в заявке «Силовых машин» указана стоимость 3,92 млрд руб.
Представитель «Технопромэкспорта» подтвердил РБК, что именно эта компания выбрана победителем в тендере, но отметил, что цена договора окончательно не определена. Заказчик проведет дополнительные переговоры, чтобы улучшить стоимость, сообщил он. Представитель «Силовых машин» отказался от комментариев, но источник, близкий к компании, подтвердил, что конкурс состоялся.Помимо «Силовых машин» свои заявки подавали еще две компании — Siemens и Уральский турбинный завод. Siemens не прошел первичный отбор по техническим параметрам предложения, сообщил представитель «Технопромэкспорта». Уральский турбинный завод предлагал поставить турбины и генераторы за 3,75 млрд руб., то есть на 172 млн руб. меньше, чем победитель, но занял второе место.
Направили организатору конкурса запрос на разъяснение результатов, сообщил РБК п​редседатель совета директоров Уральского турбинного завода Михаил Лифшиц. По его словам, компания планирует обжаловать решение тендерной комиссии в ФАС. «Мы предложили современную одноцилиндровую турбину с лучшими характеристиками, а двухцилиндровая, предложенная нашими конкурентами, дороже и потребует значительно больших капитальных затрат», — говорит Лифшиц.
Представитель «Технопромэкспорта» ограничился комментарием, что компания «Силовые машины» набрала больший балл по сравнению с конкурентом (0,94 балла против 0,74).
В закупках компаний с государственным участием (по 223-ФЗ) многое зависит от пожелания заказчика, объясняет генеральный директор Центра размещения госзаказа Александр Строганов. «В запросе предложений может быть несколько критериев — от сроков поставки до технических параметров, цена зачастую не играет никакой роли», — добавил он.

Крымский вопрос

Летом 2014 года «Технопромэкспорт» был выбран для строительства электростанций в Симферополе и Севастополе. Там собираются построить четыре ПГУ мощностью 235 МВт. В конце июля 2015 года министр энергетики Крыма Сергей Егоров сообщил, что началось строительство двух электростанций мощностью 940 МВт. По оценке министра энергетики Александра Новака, их строительство может обойтись в 72 млрд руб.
В июне «Ведомости» со ссылкой на источники писали, что турбины для нужд крымской генерации «Технопромэкспорту» поставит завод «Сименс технологии газовых турбин», который на 65% принадлежит немецкой Siemens, а на 35% — «Силовым машинам». Газета также сообщала, что вместо Крыма турбины уедут в Тамань. Место отправки — формальность, чтобы обойти санкции, утверждал один из собеседников издания. Представители «Технопроэкспорта», «Ростеха», Siemens и «Силовых машин» эту информацию не комментировали.
В начале июля о том, что СП Siemens и «Силовых машин» может стать поставщиком оборудования для строительства новых электростанций в Крыму, со ссылкой на свои источники сообщило агентство Reuters. Один из его собеседников также уточнял, что формально местом отгрузки может стать Таманский полуостров, после чего оборудование будет переправлено в Крым. Представители «Технопроэкспорта» и Siemens тогда распространили заявления, что соглашения о поставках оборудования между компаниями касаются строительства генерации на территории Краснодарского края.
Тендер на поставку турбин, генераторов и вспомогательного оборудования для четырех ПГУ (парогазовых установок) по 235 МВт «Технопромэкспорт» в итоге объявил в августе 2015 года. В качестве места поставки в документах был указан не Крым, а Тамань. В Тамани также планировалось строить новые энергетические мощности, но лишь на 600 МВт, а конкурса на строительство до сих пор не провели.
По данным Минэнерго, Крыму требуется дополнительно около 880 МВт мощности. Чтобы покрыть дефицит, уже начато строительства энергомоста на полуостров. До конца 2015 года планируется ввести в эксплуатацию его первую очередь, которая обеспечит мощность до 400 МВт. Вторая очередь обеспечит переток мощности с материковой части России на полуостров до 800–840 МВт. Ввести ее планируют летом 2016 года. Всего на развитие энергосистемы полуострова в ФЦП Крыма заложено 47 млрд руб. до 2020 года.
«Силовые машины» — крупнейшая российская энергомашиностроительная компания. В 2014 году, по данным СПАРК, ее выручка составила почти 46 млрд руб., чистая прибыль — 6,1 млрд руб. Совместное предприятие «Силовых машин» и Siemens — «Сименс технологии газовых турбин» — летом 2015 года запустило в Ленинградской области комплекс по производству и сервису газовых турбин мощностью 172 и 307 МВт. Уральский турбинный завод входит в группу компаний «Ренова» Виктора Вексельберга. Завод производит около 50% всех действующих в России и СНГ теплофикационных турбин. В 2014 году, по данным СПАРК, его выручка составила почти 6,1 млрд руб., чистая прибыль — 662 млн руб. 

Александра Галактионова, Анатолий Темкин

29.09.2015

 

"Транснефть" решила засекретить четверть своих тендеров

​Проект распоряжения правительства, который позволит «Транснефти» не публиковать часть тендеров, подготовило Минэнерго. Он опубликован на портале для обсуждения готовящихся государственных документов.

«Силовые машины» поставят нужные Крыму турбины в Краснодарский край

Ведомство предлагает ограничить доступ к тем закупкам «Транснефти», раскрытие сведений о которых в интернете может угрожать безопасности трубопроводов. Публикация точных характеристик нефтепроводов и нефтепродуктопроводов «может служить причиной возникновения криминальных врезок, террористической угрозы, утечек и разливов нефти и нефтепродуктов, что в целом может привести к угрозе экономической и экологической безопасности», считают в ведомстве.

Эти сведения не являются государственной тайной, но по мнению чиновников не должны публиковаться в интернете. Предполагается, что перечень таких данных подготовит правительство.

Из пояснительной записки Минэнерго к распоряжению (есть у РБК) следует, что под действие распоряжения попадает до 25% закупок компании. Документ может вступить в силу уже в октябре 2015 года.

Представитель «Транснефти» объяснил «Интерфаксу», что непубличными могут стать закупки на работы в районе ремонта или строительства трубопроводов, на создание систем защиты информации, а также услуг по разработке ряда информационных технологий для сетей и систем компании.

Он посетовал, что скрывать тендеры компания вынуждена, потому что после публикации данных с указанием прохождения трассы трубы, сроков проведения работ, узкие полоски земли над трубой выкупаются, а покупатели ждут компенсаций от компании. Эту информацию могут также использовать злоумышленники при подготовке к незаконным врезкам в трубу, добавил представитель «Транснефти».

Конкурсные процедуры будут проходить внутри «Транснефти», так как это предусмотрено нормативными документами, просто они не будут публичными, сказал он. «Основные тендеры, например, на поставку труб, останутся публичными», — подчеркнул представитель компании.

В пояснительной записке Минэнерго также говорится, что конкуренция на этих тендерах не снизится, несмотря на то, что информация не будет публичной.

Истоки проблемы в правилах, закрепленных в ФЗ-223 [регламентирует закупки акционерных обществ с госучастием], считает эксперт «Деловой россии» Георгий Сухадольский. В этом законе изначально не предусмотрели ничего, что связано с коммерческой тайной, добавляет он.

«Есть объекты, по которым в техзадании [публикуется с конкурсной документацией] полностью рассказывается, где именно должны стоять все антивандальные и прочие защитные элементы, то есть по сути раскрывается система безопасности», — говорит Сухадольский.

Теоретически правильно было бы публиковать извещение о намерении провести закупку, после чего компания с привлечением Минэнерго и спецслужб проводила бы предквалификацию и составила закрытый перечень, предлагает эксперт. Полностью получали бы информацию только компании, которые проверены, добавляет он.

С ним не согласен генеральный директор Центра размещения госзаказа Александр Строганов. Поскольку «Транснефть» — государственная компания, люди вправе знать нюансы ее работы, говорит эксперт, добавляя, что пропускная способность трубопровода — это не тайна. «Что касается криминальных врезок, утечек и разливов, то это вопрос к самой “Транснефти” в части охраны, — говорит Строганов. — Это все равно, скрывать закупки автомобилей госкомпаниями, потому что их могут угнать».

Александра Галактионова

30.07.2015

Мособлбанк был выбран для строительства Керченского моста с нарушением

Выбор Мособлбанка сопровождающим строительство Керченского моста противоречил общим правилам отбора банков для дорогостоящих гособъектов, выяснил РБК. Чиновники говорят об особых условиях, сделанных для этого банка.

Как обойти постановление

Согласно постановлению правительства «Об осуществлении банковского сопровождения контрактов» государственные деньги (речь идет о госконтрактах свыше 10 млрд руб.) могут проходить только через банки из перечня кредитных организаций, «отвечающих требованиям законодательства для принятия банковских гарантий в целях налогообложения». Контракт на строительство Керченского моста был заключен 17 февраля. Как выяснил РБК, в тот момент в перечне таких кредитных организаций, опубликованных Минфином, Мособлбанк отсутствовал. Сейчас его там тоже нет.
То, что Мособлбанк не вызвал доверия у Минфина, неудивительно. Чтобы попасть в этот перечень, банк должен иметь лицензию, капитал не менее 1 млрд руб., должен соблюдать обязательные нормативы ЦБ и не быть в состоянии банкротства или санации. При этом в мае 2014 года, менее чем за год до конкурса, Банк России объявил о санации Мособлбанка «в связи с наличием угрозы интересам кредиторов банков и вкладчиков». Во время дистанционного надзора и проверок регулятор нашел нарушения законодательства и выяснил, что банк ведет высокорискованную кредитную политику. Его финансовым оздоровлением занялся СМП Банк (49,23% у Аркадия Ротенберга и 38,05% у Бориса Ротенберга), который попал под санкции в апреле 2014 года.
Согласно госконтракту, на первом этапе, до получения положительного заключения Главгосэкспертизы на проект, выбирается банк для сопровождения проекта (мониторинга расчетов). Генеральный подрядчик — компания «Стройгазмонтаж» (СГМ) Аркадия Ротенберга — выбрал Мособлбанк для банковского сопровождения контракта, Росавтодор решение подрядчика согласовал.
Но 30 июня 2014 года стороны заключили дополнительное соглашение к контракту, в котором прописали дополнения в раздел о банковском сопровождении. В первой поправке говорится, что банк выбирается в соответствии с постановлением «Об осуществлении банковского сопровождения контрактов», но «с учетом особенностей», определенных в контракте. Второй поправкой в документ вносится условие, что «банк для ​сопровождения и требования к нему» определяет подрядчик.

Было ли нарушение

Представитель Мособлбанка отказался от комментариев, заявив, что все вопросы — к подрядчику. Представитель «СГМ-Моста» (дочка «Стройгазмонтажа», которая отвечает за проект) заявил РБК, что Мособлбанк был выбран как оптимальный. Правомерность выбора он комментировать не стал.​
Заместитель руководителя Росавтодора Дмитрий Прончатов заявил РБК, что банк подходил по всем критериям. Представитель Росавтодора пояснил, что в распоряжении правительства, которым СГМ назначается генподрядчиком, содержатся «существенные условия» контракта, в том числе, по мнению ведомства, определяющие особый порядок выбора банка. В распоряжении написано, что выбор банка осуществляется подрядчиком по согласованию с заказчиком. По мнению Росавтодора, это означает, что общие правила на этот госконтракт не распространяются, добавляет сотрудник пресс-службы Росавтодора.
Юристы и специалисты по госзакупкам считают, что это не так. С 1 января 2015 года Мособлбанк отсутствует в перечне банков, соответствующих требованиям ЦБ, следовательно, привлекать его к сопровождению контракта, заключенного 17 февраля, неправомерно, настаивает директор Института государственных и регламентированных закупок конкурентной политики и антикоррупционных технологий Андрей Храмкин. Он добавляет, что исключения из правил банковского сопровождения действительно могут устанавливаться определенными правительством существенными условиями контрактов. Но фраза о том, что «выбор банка осуществляется подрядчиком по согласованию с заказчиком», не является основанием для изъятия. По его словам, дополнительное соглашение к госконтракту также не меняет ситуацию: «Требования нормативного правового акта нельзя обойти соглашением сторон».
Генеральный директор Центра размещения госзаказа Александр Строганов также считает, что особых условий не было. Более того, по его словам, нарушения при выборе банка-сопроводителя являются основанием для того, чтобы суд признал контракт недействительным. Заинтересованные лица в данном случае — контролирующие органы, прокуратура и ФАС, отмечает он. Однако, по мнению Строганова, судебная перспектива у такого дела минимальна, поскольку неправильный отбор банка не влияет на законность и добросовестное исполнение контракта.

Первый платеж

Первые деньги через Мособлбанк уже прошли. 2 июля 2015 года на расчетный счет «Стройгазмонтажа» в банке из бюджета поступило 37 млрд руб. с указанием «Строительно-монтажные работы» и 3 млрд руб. с пометкой «Инженерные изыскания и проектные работы», следует из платежных поручений, ​ опубликованных на портале госзакупок.
Представитель Росавтодора пояснил, что 40 млрд руб. — это размер аванса, предоставленного подрядчику. Он подчеркнул, что Мособлбанк будет сопровождать контракт до получения положительного заключения по проекту от Главгосэкспертизы (передан на рассмотрение 30 июня).
Аналитик «Эксперт РА» Марина Мусиец говорила РБК в апреле, что оценить выгоду банка от сопровождения контракта сложно, но средства по госконтракту существенно улучшат нормативы ликвидности Мособлбанка. В октябре 2014 года председатель правления СМП Банка Дмитрий Калантырский говорил РБК, что, по предварительным данным, дыра в балансе банка составляет порядка 105 млрд руб. ​ В июне и октябре 2014 года АСВ предоставило СМП Банку два займа на санацию на общую сумму почти 117 млрд руб. сроком на десять лет. В апреле 2015 года АСВ предоставило еще 12,2 млрд руб. на 12 лет.
Мособлбанк и СМП Банк нельзя рассматривать в разрыве друг от друга, считает глава аналитического управления Национального рейтингового агентства Карина Артемьева. «Все, что делается в Мособлбанке, делается в соответствии со стратегией санирующего его СМП Банка. Мы понимаем, что строительство Керченского моста, как предположительно и другие инфраструктурные проекты, имеющие отношение к интересам бенефициаров — Аркадия и Бориса Ротенбергов, будет проходить через эти банки», — говорит Артемьева.

Александра Галактионова, Сирануш Шароян, Анатолий Темкин

15.07.2015

 

Цены в евро и долларах всё чаще встречаются на портале госзакупок 

Госкомпании, желая повысить привлекательность заказов, начали указывать цену договора в иностранной валюте. На текущий момент портал госзакупок содержит 131 лот, выставленный заказчиками федерального уровня, где сумма контракта варьируется от $2 тыс. до $11 млн. долларов. 
Госзаказчики стремятся обезопасить себя от невыполнения поставщиками контрактов, указывая цену в иностранной валюте, долларах или евро, сообщает газета «Известия». Таким образом, по мнению издания, участники госзакупок отреагировали на ажиотаж на валютном рынке.

С августа 2014 года, когда рубль начал слабеть, и до настоящего времени на официальном портале госзакупок были опубликованы 862 лота в долларах, из них 131 лот был размещён заказчиками федерального уровня — министерствами, крупными госкомпаниями и исследовательскими центрами. Самым большим в период с 1 августа, по данным «Известий», стал заказ Министерства обороны на оказание услуг по экспедированию перевозок в КНР, Таджикистан и Белоруссию: его цена составила $11 млн. долларов.

В евро, согласно информации с портала госзакупок, предпочитают размещать заказы компании, занятые в авиации. Крупными заказчиками в этой отрасли стали ЗАО «Гражданские самолёты Сухого», покупающее программное обеспечение за €8,3 млн, и производственный комплекс «Роствертол», закупающий многоцелевые станки за €4 млн.

Директор «Центра размещения государственного заказа» Александр Строганов отметил, что размещение заказов в валюте не противоречит закону № 44-ФЗ о госзакупках, но может значительно обезопасить обе стороны от срыва заказа. По закону госведомство может обозначить цену в иностранной валюте, если товар или услугу не могут предоставить российские компании и предприятия. Расчёт производится по курсу на момент заключения контракта. Однако все расчёты внутри страны должны производиться только в рублях.

«В последнее время всё больше российских предприятий, не имеющих отношения к зарубежной деятельности, стали выставлять заказы в валюте», — рассказывает Строганов, который считает, что это верный способ обезопасить заказчиков и поставщиков от скачков курса на валютном рынке, а также повысить привлекательность заказа.

«Чем дольше рублёвая заявка висит на сайте, тем больше риск, что она обесценится и никто не захочет её исполнять. Если установить цену в долларах либо евро, она станет более привлекательной для исполнителей», — пояснил Строганов.

Russia Today

19.12.2014

Госкомпании перешли на закупки в иностранной валюте

Чтобы сделать заявку более привлекательной в условиях валютных потрясений, госструктуры всё чаще обозначают цены в долларах и евро.Участники госзакупок отреагировали на ажиотаж на валютном рынке. С начала августа 2014 года всё больше госкомпаний начали выставлять заказы, номинированные в долларах и евро. К настоящему времени на сайте госзакупок размещен 131 лот только от заказчиков федерального уровня на суммы от $2 тыс. до $11 млн. По мнению экспертов, таким образом госкомпании пытаются обезопасить себя и поставщиков от скачков курсов валюты и сделать заявку более привлекательной для потенциальных исполнителей. 

С августа 2014 года, когда начал слабеть рубль, к настоящему моменту на официальном сайте госзакупок появилось 862 лота в американской валюте. Из них 131 лот размещен заказчиками федерального уровня — министерствами, крупными госкорпорациями и исследовательскими центрами. Остальные заказы разместили структуры муниципального уровня. Для сравнения: с 1 января 2014 года на сайте госзакупок было чуть более 700 лотов, оцениваемых в американских долларах, причем федеральные заказчики выставили только 40 лотов. 

В период с 1 августа самый крупный лот разместило Минобороны. Военное ведомство готово заплатить $11 млн за услуги по экспедированию перевозок в КНР, Таджикистан и Белоруссию. 

Число лотов в евро госкомпании и ведомства стали объявлять в два раза чаще. С 1 августа по 17 декабря 2014 года на сайте госзакупок появилось 432 (179 федеральных и 253 муниципальных) тендера в этой валюте. При этом с января по август 2014 было проведено всего 224 тендера в евро. 

Согласно информации с официального портала госзакупок, в евро размещают заказы в основном компании, чья деятельность связана с авиацией. Так, среди крупных заказчиков — ЗАО «Гражданские самолеты Сухого», которое за €8,3 млн покупает себе программное обеспечение, и производственный комплекс «Роствертол» с закупкой многоцелевых станков за €4 млн. Среди заказчиков много госбанков — они активно покупают товары как в долларах, так и в евро. С одним из самых крупных заказов, выставленных в ноябре, выступает Сбербанк. За $408,2 млн он подыскивает организацию для поставки оборудования компании IBM, выполнению работ по монтажу и пусконаладке. 

Размещая заказы в валюте, ведомства не нарушают закон о госзакупках, а стремятся тем самым обезопасить себя от срыва заказа. По закону госведомство может выставить цену в иностранной валюте, если требуемый товар или услугу не могут предоставить российские компании и предприятия. При этом все расчеты внутри России должны производиться только в рублях. Расчет производится по курсу на момент заключения контракта. 

— Закупки в иностранной валюте чаще выставляют ведомства, например МИД, для обеспечения деятельности посольств на территории других стран, либо Минобороны, — рассказал «Известиям» руководитель Центра размещения государственного заказа Александр Строганов. — Однако в последнее время всё больше российских предприятий, не имеющих отношения к зарубежной деятельности, стали выставлять заказы в валюте.

По его мнению, таким образом заказчики пытаются обезопасить себя и поставщиков от скачков курса на валютном рынке и обесценивания рубля, а также повысить привлекательность заказа. 

— Чем дольше рублевая заявка висит на сайте, тем больше риск, что она обесценится и никто не захочет ее исполнять, — пояснил Строганов. — Если установить цену в долларах либо евро, она станет более привлекательной для исполнителей. 

По словам официального представителя Минэкономразвития Елены Лашкиной, увеличение количества валютных закупок связано с тем, что всё больше заказчиков хотят иметь дело с зарубежными контрагентами. 

— Поставляя лот в валюте, производится закупка с зарубежным контрагентом, — отметила Лашкина. — На данные действия заказчиков распространяется 223-ФЗ, который устанавливает рамочные нормы регулирования.

При этом, добавила она, по итогам трех кварталов Минэкономразвития не наблюдало трудностей с исполнением госзаказов.

Консультант МИД России по вопросам размещения госзаказа Оксана Емцова рассказала, что ситуация складывается по-разному для бюджетных организаций и госкорпораций. 

— Крупные госкорпорации, такие как Сбербанк, например, могут выставлять лоты в любой валюте, поскольку сами зарабатывают деньги, в этом нет ничего незаконного, — пояснила она «Известиям». — Корпорации переводят лоты в доллары для того, чтобы обезопасить себя от рисков колебания валюты и чтобы их подрядчики расплачивались с иностранными поставщиками без потери стоимости. 

В противном случае заказчик рискует вообще не получить запрошенную услугу или товар. 

— Поясним на примере: заказчик хочет услугу за 100 рублей. Пока он объявит процедуру и найдет исполнителя, пройдет пара месяцев, — рассказала она. — При современной инфляции исполнитель не будет браться за такой заказ, потому что на момент завершения сделки его работа будет стоить уже 200. 

Именно так, по словам Емцовой, и происходит с бюджетными организациями, такими как поликлиники, больницы, учебные заведения. Они живут только за счет бюджетных денег и не имеют права выставлять лоты в валюте. 

— В октябре была история о том, как «дочка» «Мослифта» заказывала в больницу импортный лифт за рубли. Пока разместили заказ, пока определились с исполнителем, прошел месяц. А когда пришла пора подписывать договор, подрядчик просто отказался это делать, потому что платить своему поставщику должен был в долларах. Курс же как раз тогда резко подскочил, и получилось так, что на момент заключения контракта поставщик даже не мог заказать импортные комплектующие на ту сумму, что ему обещали за работу.

Павел Кочегаров

18.12.2014

Штраф за продажу

Минэкономразвития предлагает штрафовать ГУПы за несогласованные сделки с активами. В сделках нередко заинтересованы сами учредители, считают эксперты.

Поправки в КоАП, вводящие ответственность за самовольные сделки ГУПов с госимуществом, Минэкономразвития опубликовало на портале regulatio‑n.gov.

ГУПы и МУПы не вправе распоряжаться (продавать, отдавать в залог и т.д.) недвижимостью без согласования с собственником — государством, говорится в пояснительной записке. Но ответственности за нарушение порядка в законе нет и часто руководство учреждений незаконно отчуждает имущество, указывает Минэкономразвития. А вернуть его сложно, отмечает партнер «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры» Юрий Саввин: большинство несогласованных сделок ГУПов являются оспоримыми, но, даже если сделка ничтожна, шансы истребовать имущество снижаются, например, если его покупатель признан добросовестным.

За несогласованную сделку ГУП должен быть оштрафован на 10-20% от суммы сделки, а его руководство — на 1-10%, поясняет представитель Минэкономразвития. Для руководства будет альтернативное наказание: дисквалификация от шести месяцев до трех лет. Взыскать штраф с менеджера ГУПа будет проще, чем добиться от него возмещения убытков, отмечает Саввин: не придется доказывать в суде вину руководителя, обосновывать размер убытков и причинную связь между виной и убытками. Но непонятно, за что штрафовать еще и ГУП, удивляется он.

Сделки с недвижимостью, кредиты, поручительства, сделки с заинтересованностью и крупные (например, более 10% уставного фонда или 50 000 МРОТ, т.е. 5 млн руб.) необходимо согласовывать с учредителем, говорит Саввин, в уставе ГУПа могут быть и дополнительные ограничения. Отчуждение крупных активов чаще всего происходит с ведома и согласия учредителей, правда часто неформального, отмечает президент Всероссийской ассоциации приватизируемых и частных предприятий Григорий Томчин. ГУПы нередко действуют в интересах своих учредителей, неоднократно заявлял руководитель Федеральной антимонопольной службы Игорь Артемьев: с их помощью недобросовестные чиновники за бесценок продают госимущество.

Все госучреждения должны проходить ежегодную аудиторскую проверку, говорит Александр Строганов, но ее качество сомнительное, а результаты недоступны для общественного контроля. Чтобы усилить контроль, нужно акционировать ГУПы и МУПы, предлагает замдиректора Межведомственного аналитического центра Юрий Симачев: закон об АО предполагает более четкий контроль за сделками общества, в том числе и внешний. Акционирование могло бы решить проблему, согласен Александр Строганов, но «противодействие грандиозное».

За 2011-2013 гг. были приняты решения об акционировании 216 ФГУПов, говорится в докладе Росимущества об итогах программы приватизации. На 1 июля 2014 г. существовало 1704 ФГУПа и 17 537 федеральных госучреждений, за которыми было закреплено соответственно 232 967 и 1 115 954 объекта имущества, следует из данных реестра федерального имущества.

ГУПы — крайне неэффективная форма собственности, утверждает Томчин, но пока государство не готово полностью от них отказаться. Чтобы снизить риски, нужно передавать ГУПы по договору доверительного управления частным менеджерам, советует он: в договорах можно будет зафиксировать, что в случае отчуждения имущества управляющий должен будет возместить всю сумму сделки и ущерб.

Сергей Титов

27.10.2014, 200 (3704)

Выиграть и разделить

Контракты на разработку транспортно-пересадочных узлов и пешеходных зон вокруг станций метро выигрывает ГУП «МосгортрансНИИпроект», а выполняют по его заказу другие организации. Разница в стоимости работ — десятки миллионов рублей.

Минэкономразвития предлагает штрафовать ГУПы за несогласованные сделки с активами. В сделках нередко заинтересованы сами учредители, считают эксперты.

ГУП «МосгортрансНИИпроект» — один из старейших проектных и научно-исследовательских институтов, был создан еще в 1948 г. для решения проектных задач, связанных с трамвайным транспортом. Сейчас он подведомствен департаменту транспорта Москвы и работает над вопросами, связанными с развитием городского транспорта. Это предприятие — постоянный участник и победитель городских конкурсов. Как выяснили «Ведомости», выиграв подряды по высокой цене, ГУП выставляет их на торги еще раз, но уже от своего имени и дешевле.

Заработок на пересадках

Самый крупный подряд городское предприятие выиграло в марте этого года: право на разработку предпроектных решений и проектов планировки территорий по транспортно-пересадочным узлам (ТПУ; см. врез) около станций московского метро. Заказчиком выступало ГУП «Московский метрополитен». Начальная цена конкурса составляла 823 млн руб., он был разбит на восемь лотов (всего они касались 38 станций), победитель должен был предложить лучшие условия исполнения договора, указано в конкурсной документации. МосгортрансНИИпроект получил права на разработку всех лотов, предложив выполнить работы за 778 млн руб.

«Ведомости» проанализировали предложения претендентов. За исключением двух лотов (стоимостью 130 млн и 108 млн руб.), предложения МосгортрансНИИпроекта оказались дороже, чем у конкурентов. Например, проектную документацию на ТПУ около станций «ВДНХ», «Алексеевская», «Свиблово», «Аэропорт» при стартовой цене 86,667 млн руб. МосгортрансНИИпроект предложил разработать за 81,9 млн руб. Предложения других участников торгов: ООО «ЭПИ Моспроект-5» — 71,28 млн руб., ОАО «Мосгипротранс» — 73,667 млн руб., ГУП «Моспроект-2» — 72,81 млн руб. Проектные работы по ТПУ около станций «Митино», «Волоколамская», «Строгино», «Печатники», «Кожуховская», «Дубровка» при начальных 130 млн руб. МосгортрансНИИпроект оценил в 122,85 млн руб. Конкуренты согласились бы выполнить их дешевле: «ЭПИ Моспроект-5» — за 107,4 млн руб., «Моспроект-2» — за 109 млн руб., ГУП «НИиПИ генплана» — за 110,5 млн руб. В двух лотах цену выше, чем у МосгортрансНИИпроекта, предложило ОАО «Гипрогор», но их цена была близка к стартовой.

Спустя короткое время все лоты, выигранные МосгортрансНИИпроектом, появились в системе zakupki.gov.ru. Теперь уже ГУП искал подрядчиков, которые бы разработали для него необходимую документацию. В сумме субподрядчики взялись выполнить эти работы для городского предприятия за 674 млн руб. Например, ТПУ около станций «ВДНХ», «Алексеевская» и т. д. по заказу МосгортрансНИИпроекта спроектирует НИиПИ ИГСП за 70 млн руб.; ТПУ около «Митино», «Волоколамской», «Строгино» и еще нескольких станций — компания «Архитектор бизнес груп» за 108,5 млн руб.

Изначально эти лоты можно было бы выставить по цене ниже заявленной на 25-30% — подрядчики при этом работали бы с минимальной доходностью, говорит один из участников этих торгов.

Заработок на пешеходах

Похожая история — с конкурсом на разработку предпроектных предложений по повышению уровня пешеходной доступности. Он касался территории в радиусе 1,2 км от 97 станций метро. При стартовых 89 млн руб. МосгортрансНИИпроект выиграл конкурс за 80 млн руб. (контракт заключен в июне 2014 г., заказчик — ГКУ ЦОДД). Уже 4 июля ГУП разбил этот подряд на три лота и выставил на новые торги. Здесь стартовая цена контрактов в сумме составляла уже 71,57 млн руб. Первый лот — на разработку документации по 34 станциям метро выиграло ООО «ЦИТИ» за 17,68 млн руб.; второй лот по 28 станциям — ООО «Строй инвест проект» (16,885 млн руб.); третий — по 35 станциям — ООО «Строй инвест проект» (28,13 млн руб.). Итого ГУП заплатит этим двум организациям около 62,7 млн руб. Разница с ценой, по которой сам ГУП получил контракт, — больше 17 млн руб.

«Привлекает профессионалов»

В приемной руководителя МосгортрансНИИпроекта сообщили, что эта организация с прессой не общается, и порекомендовали обратиться за комментариями в департамент транспорта Москвы. На запрос, который «Ведомости» отправили в департамент транспорта, ответила пресс-служба Московского метрополитена.

«ГУП “МосгортрансНИИпроект” обеспечивает прежде всего правильность разрабатываемых транспортных решений и синхронизирует работу субподрядных организаций и консультантов по транспортным вопросам, — сообщил представитель метрополитена. — Практика, при которой генподрядчик отвечает за ключевую (в данном случае транспортную) составляющую проектов и общий результат проекта, привлекая профессиональные субподрядные организации, является нормальной при реализации проектов в столь сжатые сроки и не противоречит законодательству». Собственными силами, по словам собеседника «Ведомостей», МосгортрансНИИпроект выполняет следующие работы: сбор исходных данных; транспортное моделирование; согласование проектных решений в госорганах и т. д. Разница в стоимости работ между заказчиком и генподрядчиком зависит от генподрядного вознаграждения, стоимости работ, которые институт выполняет своими силами, затрат на сбор, обработку и анализ исходных данных, изготовление демонстрационных материалов, объясняет представитель метрополитена.

Это обычная практика для городских структур, которая была и при прежних властях, говорит один из московских проектировщиков. Но она, по словам высокопоставленного чиновника мэрии, «вызывает вопросы». Против таких схем выступали и Минэкономразвития, и ФАС, но безуспешно, напоминает эксперт по госзакупкам Александр Строганов.

Теоретически в такой перепродаже контрактов можно усмотреть признаки коррупции, хотя с точки зрения закона нарушений нет, считает Строганов. С ним соглашается руководитель научного направления «Правовые исследования» Института Гайдара Анна Золотарева. Строганов говорит, что вопрос заключается в закрытости самих ГУПов.

Представитель Тендерного комитета Москвы сказал, что нарушений закона нет: так устроен субподряд.

Бэла Ляув

18.08.2014, 150 (3654)

Борьба за заказ

ФАС считает, что новый закон о госзакупках неэффективен.На правительстве руководитель Федеральной антимонопольной службы (ФАС) Игорь Артемьев собирается раскритиковать первые итоги применения нового закона о госзакупках.

В распоряжении «Ведомостей» оказалась презентация к докладу Артемьева о состоянии конкуренции. Он выступит с ним на заседании правительства в четверг, сказал представитель премьера Дмитрия Медведева.

Конкуренция из сферы госзакупок почти полностью устранена — так оценивает ФАС первые итоги применения закона о федеральной контрактной системе (ФКС с 2014 г. сменила закон о госзакупках 94-ФЗ). Госзаказчики отбирают подрядчиков по субъективным неценовым критериям, а то и вовсе обходят конкурсные процедуры, переводя закупки на ГУПы и МУПы. Уменьшилась поддержка малого и среднего бизнеса за счет госзаказа, более чем вдвое упала доля средств, сэкономленных на торгах по строительным подрядам (7,24% в 2013 г. против 3,16% в I квартале 2014 г.), говорится в докладе.

Ценовые показатели играют главную роль только при закупках простых товаров и услуг, а нестоимостные критерии необходимы при отборе исполнителей с «интеллектуальным потенциалом», спорит представитель Минэкономразвития. Отсрочка ГУПам и МУПам (для них нормы закона о ФКС вступают в силу с 2017 г.) была нужна, чтобы они успели адаптироваться, но Минэкономразвития согласно перенести сроки на 2015 г. За первое полугодие на стройке было сэкономлено уже 5,73% госсредств, а закупки у малого бизнеса выросли на 59% до 167 млрд руб., приводит данные представитель министерства.

Представитель ФАС отказался комментировать презентацию, расчеты и аргументы Минэкономразвития, но заверил, что текст доклада меняться не будет.

Исполнители вынуждены переключаться на аукционы: ФАС отменяет итоги большинства конкурсов, если критерии участия в них нельзя четко измерить, жалуется консультант господрядчика, но для некоторых работ без субъективных оценок не обойтись. Электронные аукционы ввели, а на экономии, качестве и коррупции это не отразилось, признает Александр Строганов: полноценно положения о планировании и нормировании госзакупок заработают только в 2016 г. Закон нерабочий, согласен консультант господрядчика: требуется ряд подзаконных актов. Выводы делать рано, но среднее время на госзакупку увеличилось в 1,3-1,5 раза до 2,5-3 месяцев, рассказывает госзаказчик.

Закон о ФКС — существенный шаг вперед, уверен исполнительный директор Национальной ассоциации институтов закупок Георгий Сухадольский, но идеология оказалась проработана лучше, чем технология: принимается уже второй крупный пакет поправок. Есть только каркас ФКС, признает сотрудник Минэкономразвития: «Чтобы сформировать ее полностью, понадобится 2-3 года».

Сергей Титов

04.08.2014, 140 (3644)

 

"Почта России" хочет купить мобильное приложение за 19 млн рублей

При этом у компании уже есть аналогичная работающая программа.

"Почта России" разместила на сайте госзакупок тендер на разработку собственного приложения для мобильных устройств. Заказчик готов заплатить за его создание 18,9 миллиона рублей. Предполагается, что это поможет улучшить имидж компании и повысить удовлетворенность клиентов.

В заявке говорится, что программа должна работать на смартфонах и планшетах на базе операционных систем iOS и Андроид. Согласно техническому заданию, приложение должно определять координаты пользователя и отображать на карте ближайшие отделения почтовой связи и часы их работы. С помощью него также можно будет отслеживать доставку писем и посылок.

Разработчик приложения определится по итогам открытого конкурса в августе. А саму новинку пользователи смогут оценить в начале следующего года. При этом у "Почты России" уже давно есть работающее мобильное приложение. Около двух недель назад его даже обновили, о чем в своем "твиттере" сообщил министр связи и массовых коммуникаций Николай Никифоров.

– То, что описано в техзадании, уже есть у "Почты России". Это и отслеживание посылок, и обратная связь с клиентами. Сумма в 19 миллионов вызывает большие вопросы. Она выше, чем требуется на перечисленные работы, – говорит эксперт по госзаказам Александр Строганов

По его словам, в случае если общественные организации или госструктуры обратят на эту заявку внимание, "Почта России" сможет отозвать ее. Процедура отмены конкурса регламентирована законодательством.

lifenews

02.07.2014

Импорт под запретом

80% товаров, закупаемых государством и госком­паниями, должны быть отечественными, предлагает Минпромторг. Это часть программы импортозамещения.Минпромторг хочет ограничить госзакупки импортных товаров, рассказал «Ведомостям» первый замминистра Глеб Никитин. «Вернуть собственный рынок национальным производителям», — потребовал президент Владимир Путин. К 1 октября правительство должно определить перечень товаров, которые будут закупаться для госнужд «исключительно или преимущественно» у российских производителей и компаний из других стран Таможенного союза.

Минпромторг предложит универсальный межотраслевой подход, рассказал Никитин: «Будет один акт правительства, куда мы постараемся включить как можно больше товарных позиций». Ведомства и госкомпании до конца года должны разработать графики перехода на закупки отечественных товаров до 2017 г., продолжает он, в гражданских отраслях нужно достичь 80%. По данным портала госзакупок, в 2013 г. госзаказчики разместили извещения о закупках на 6,4 трлн руб., госкомпании — почти на 14 трлн.

До сих пор поддержка российского производителя осуществлялась в основном за счет преференций, отмечает чиновник Минэкономразвития. Цена некоторых видов продукции из стран Таможенного союза может на 15% превышать цену на иностранный аналог (например, лекарств, мяса, одежды). Запрет на закупки некоторых импортных товаров действует пока только в гособоронзаказе, отмечают в Центре размещения государственного заказа, в остальных случаях это запрещал закон о госзакупках. Сменивший его с 2014 г. закон о федеральной контрактной системе это позволяет, отмечает представитель Минэкономразвития.

Полного запрета импортных закупок и не будет, утверждает Никитин. Должен быть российский аналог адекватного качества, не менее 2-3 производителей, чтобы была конкуренция, говорит представитель Минпромторга, но детали механизма пока прорабатываются.

Госзакупки составляют примерно треть рынка лекарств, знает исполнительный директор Ассоциации международных фармацевтических производителей Владимир Шипков, доля импорта может составлять 60-90% в ценовом выражении в зависимости от сегмента; запреты могут лишить потребителей качественных медикаментов. Заместить импорт без потерь не удастся, согласны в Центре размещения государственного заказа: российские товары «от канцелярии до компьютеров отстают по качеству» от зарубежных аналогов.

Запреты целесообразны в областях, связанных с безопасностью, считает исполнительный директор Национальной ассоциации институтов закупок Георгий Сухадольский, в остальных случаях нужны преференции, иначе возникает риск ограничения конкуренции и картелей. Необходимо проверить, смогут ли российские производители покрыть все потребности заказчиков, чтобы не возник дефицит, считает федеральный чиновник. Дефицита не будет, обещает Никитин: ограничения вводятся не одномоментно, а по графикам и только в том объеме, который потянет отечественный производитель, монополий тоже не стоит опасаться: в большинстве секторов производителей больше одного.

Сопредседатель «Деловой России» Антон Данилов-Данильян предлагает перед введением запретов проанализировать, кто из российских производителей готов реализовывать проекты по импортозамещению, а потом провести переговоры с зарубежными производителями о локализации. Иначе сборка будет российской, но 90% добавленной стоимости продукции создадут иностранцы, согласен Владимир Сальников из ЦМАКП. Меры поддержки могли бы использоваться в нормальной конкурентной среде, а не «под внешним давлением санкций», сетует вице-президент РСПП Игорь Юргенс: теперь они будут обременены бюрократическими проволочками, а поддержку получит тот, кто будет признан «экономическим патриотом».

Сергей Титов

16.06.2014, 105 (3609)

Стройка встала, не начавшись

За 10 дней до объявления подрядчиков реконструкции аэродрома в «Домодедово» на 15 млрд рублей Росавиация отменила конкурсы из-за «технического сбоя».Уведомление об отмене конкурсов по выбору подрядчиков реконструкции аэродрома в аэропорту «Домодедово» опубликовано на сайте госзакупок 7 мая. Официальная причина — сбой в работе сайта zakupki.gov.ru: «Отсутствие технической возможности проведения в установленном порядке общественного обсуждения закупки». Общественные обсуждения проводятся дважды: до объявления конкурса и во время его. Представитель Росавиации отказался от комментариев.

Руководитель научного направления «Правовые исследования» Института Гайдара Анна Золотарева говорит, что в 99% случаев в обсуждениях никто не участвует, но это необходимая формальная процедура и теоретически ее отсутствие может привести к отмене результатов конкурса, так как их можно будет оспорить. Правда, конкурс можно было просто перенести, говорит эксперт. В Центре размещения государственного заказа не вспомнили других случаев, когда из-за технического сбоя отменялся бы такой конкурс. Представитель компании «Ланит», обслуживающей сайт zakupki.gov.ru, удивился, что сбой на сайте привел к отмене такого крупного госконтракта, но не смог оперативно объяснить произошедшее.

Проект реконструкции предусматривает создание новой взлетно-посадочной полосы (ВПП) и переоборудование действующей под рулежную дорожку. Для выполнения этих работ 7 апреля Росавиация объявила два конкурса. Предельная сумма двух госконтрактов — 15 млрд руб. Претенденты на проект по строительству ВПП должны внести 651 млн руб. залога, а претенденты на строительство перронов — 101 млн руб. Заявки принимались до 28 апреля. 12 мая госзаказчик должен был вскрыть конверты с заявками, а 16 мая — объявить победителей конкурсов.

Представитель Росавиации не ответил на запрос о ходе конкурсов и претендентах на госконтракты. Человек, знакомый с ходом конкурсов, сказал, что «документацию запрашивали шесть крупных строительных компаний». Сотрудник одной из них сказал, что знает об отмене конкурсов, но причину считает недостаточно обоснованной: «Непроведение общественных слушаний не является серьезной причиной отмены такого конкурса». Скорее всего, предполагает он, проблема в чем-то другом — «с финансированием проекта или с собственником аэропорта».

Ранее представитель Росавиации говорил «Ведомостям», что деньги уже зарезервированы в бюджете. «Конкурс объявляется только после того, как одобряется финансирование», — подчеркивал он. Весной 2011 г. Минтранс решил построить в «Домодедово» новую полосу. Оператор аэропорта предлагал строить ее в удалении от действующего аэродрома на собственных зарезервированных землях таким образом, чтобы она стала третьей. Но этот проект принят не был. Росавиация решила строить новую полосу на государственной земле с переоборудованием существующей ВПП-2 в магистральную рулежную дорожку.

Теперь Росавиация будет проводить конкурсные процедуры по этим госконтрактам заново. На сайте госзакупок уже появился новый план-график. По нему до 28 мая пройдет первый этап общественного обсуждения госзакупки, и если все дальнейшие процедуры будут соблюдены, то Росавиация сможет провести конкурс до конца июня. «В “Домодедово” ожидают, что вновь объявленные сроки проведения конкурса будут выдержаны», — сказал представитель «Домодедово». Ранее предполагалось, что проект реконструкции в «Домодедово» должен быть реализован до конца 2016 г.

Ирина Мокроусова
Мария Дранишникова

08.05.2014, 81 (3585)

СПИД в регионах подорожал

Регионы получили право сами покупать лекарства для лечения ВИЧ (СПИД), и цены на них стали различаться в разы, выяснило «Сообщество людей, живущих с ВИЧ».Межрегиональная общественная организация «Сообщество людей, живущих с ВИЧ» изучила более 5000 аукционов на закупку препаратов (их несколько десятков) для лечения больных с вирусом иммунодефицита человека — синдромом приобретенного иммунодефицита (ВИЧ (СПИД).

До 2013 г. препараты для лечения ВИЧ (СПИД) централизованно закупало федеральное Министерство здравоохранения. Теперь их покупают регионы — на деньги из федерального бюджета. В 2012 г. на препараты для лечения ВИЧ-инфекции и вирусных гепатитов В и С федеральный бюджет потратил около 18,2 млрд руб. В 2013 г. федеральный бюджет выделил на эти же цели 14,06 млрд руб., еще около 3 млрд руб. — деньги регионов.

Уже первые закупки препаратов для лечения ВИЧ (СПИД) на региональных торгах оказались на 20-30% выше цен 2012 г., обнаружила саморегулируемая организация «Стандарты фармацевтического рынка». В 2012 г. Минздрав платил за упаковку таблеток исентресс 30 624,6 руб., а департамент здравоохранения Ивановской области в 2013 г. — 47 098 руб., приводит пример «Сообщество людей, живущих с ВИЧ». В обоих случаях торги выиграла фармкомпания «Р-фарм».

Упаковка препарата с международным наименованием зидовудин + ламивудин стоила Челябинской области 567,8 руб., Забайкальскому краю — 3063,9 руб. (торговая марка вирокомб), а Ростовской области — 3776,5 руб. (торговая марка комбивир), продолжает «Сообщество людей, живущих с ВИЧ», упаковка кивексы обошлась Белгородской области в 5755,5 руб., а Карачаево-Черкесской Республике — в 15 042,4 руб.

В росте цены в 2013 г. по сравнению с 2012 г. нет ничего удивительного — как и в том, что регионы покупают одни и те же препараты за разные деньги, говорит сотрудник Центра размещения госзаказа: в контракт включаются доставка, таможенное оформление и проч., и одно дело отгрузить лекарства на централизованный склад, а другое — развезти по больницам.

Минздрав закупал препараты на едином аукционе в конце весны — середине лета, поставить препараты победители должны были во все регионы двумя волнами, вспоминает гендиректор «Р-фарм» Василий Игнатьев, новая процедура, с одной стороны, приблизила принятие решений о закупке к конкретным пациентам в конкретных регионах, а с другой, поскольку аукционов стало больше, а партии — мельче, привела к росту логистических и производственных издержек.

В 2013 г. у «Р-фарм» действовало единое коммерческое предложение на препараты для высокоактивной антиретровирусной терапии и цены, за исключением одной позиции, были зафиксированы на уровне федеральных 2012 г., говорит Игнатьев. Отклонения от коммерческого предложения в 2013 г. минимальны, продолжает он, они могли возникать из-за нескольких факторов: сборные лоты (закупается много разных лекарств), небольшие закупки со сложной логистикой, а также ход торгов в аукционе.

Централизованная закупка лекарств в отличие от закупки томографов (см. врез) вряд ли будет выгодна: томографов закупается не так много, считает сотрудник Центра размещения госзаказа.

Трудно прогнозировать потребность в лекарствах для лечения ВИЧ (СПИД) на долгий срок, считает директор Фонда развития межсекторного социального партнерства Михаил Рукавишников, когда препараты закупал Минздрав один раз в год, к концу года некоторых не хватало, а другие оставались на складах. Решить проблему разницы в ценах могли бы совместные закупки нескольких регионов, полагает он, а сложившаяся ситуация может привести к нехватке лекарств в 2014 г.: число людей, нуждающихся в терапии, растет, а повышать расходы федерального бюджета на закупку лекарств для лечения ВИЧ (СПИД) и вирусных гепатитов В и С в 2014 г. не планируется.

Представитель Минздрава не ответил на запрос «Ведомостей».

Мария Дранишникова
11.02.2014, 22 (3526)

Оценка за прозрачность

Чиновники предложили составить рейтинг госкомпаний и госкорпораций по уровню прозрачности их закупок. Критерии формальны, скептичны эксперты.Минэкономразвития опубликовало в конце прошлой недели методику составления дистанционного рейтинга прозрачности закупок в госкомпаниях и госкорпорациях. Критериями оценки станут наличие внутренних регламентов, возможность обеспечить прозрачность закупок и конкуренцию между поставщиками, снизить риск коррупции и устранить конфликт интересов. Будет также оцениваться, насколько закупки помогают компании решить стоящие перед ней задачи.

В рейтинге будет 10 уровней. Оценка повышается, если за закупками в компании следит специальный коллегиальный орган или если более 80% ее договоров заключены на основе конкурентных процедур. Снижается — если доля таких контрактов меньше 60%, а открыта информация о менее чем 20% процедур.

Дистанционный рейтинг будет присваиваться только на основании публичных документов: внутреннее положение компании о закупках, годовой план, типовые документы. Он станет основой для контактного рейтинга — тут уже у компании будут запрошены закрытые документы, а с ее сотрудниками проведены глубинные интервью.

В прошлом году госкомпании и госкорпорации разместили заказ на 13,927 трлн руб. Эта сумма вдвое превышает консолидированный госзаказ (6,52 трлн руб., информация официального портала www.zakupki.gov.ru). По данным «Национального рейтинга прозрачности закупок» за 2012 г., сегмент государственных корпоративных закупщиков соответствовал уровню «средняя прозрачность», при этом «низкая прозрачность» была у 30% компаний.

За госзакупками следят довольно жестко, а закупки госкомпаний по-прежнему темная зона, сетуют в Центре размещения государственного заказа. Они обязаны обнародовать внутренний документ, регламентирующий госзакупки, а с позапрошлого года — публиковать извещения о покупках. Но информации в извещениях часто недостаточно, констатирует эксперт: лишь о предмете, месте, объеме работ и количестве товара. Даже изначальная цена часто не раскрывается, отмечает собеседник газеты: в отличие от госорганов госкомпаниям достаточно предоставить лишь «сведения о цене», а многие просто пишут — «сведений нет».

С нового года заработал новый закон о федеральной контрактной системе (ФКС, см. врез), которая, по оценке Высшей школы экономики, позволит государственному бюджету сэкономить более 1 трлн руб. (около 15% от консолидированного госзаказа). Но в отличие от чиновников госкомпании добровольно переходят на ФКС и могут продолжить работать по прежнему законодательству (223-й федеральный закон).

Не все госкомпании сразу получат самые низкие государственные рейтинги, есть и хорошие примеры, утверждает другой федеральный чиновник. «Россети» уже фактически работают по методологии Минэкономразвития, рассказывает представитель компании, повышение прозрачности сэкономило компании за девять месяцев прошлого года 32 млрд руб.

Оценка в рейтинге может получиться формальной, не обязательно открытость закупок повысит их эффективность, признает чиновник. Часто по таким методологиям оцениваются совсем не главные показатели, предупреждает Анна Золотарева из Института Гайдара. Грубая ошибка — считать хорошим признаком снижение начальной цены в ходе торгов, приводит она пример, это может свидетельствовать лишь о том, что изначально цена была завышена.

Низкое место в рейтинге проблемой для госкомпаний не станет: основывать только на нем суждения о закупочной деятельности компании нельзя, подчеркивается в документе. Необходимо разобраться, кто истинный бенефициар господрядчиков и насколько эффективно компания тратит средства, отмечает федеральный чиновник: нужен внутренний глубокий аудит, а ресурсов для его проведения нет. Еще в декабре 2011 г. Игорь Сечин, который тогда занимал должность вице-премьера (сейчас президент «Роснефти»), потребовал от 21 госкомпании собрать информацию о бенефициарах контрагентов. Позже он рассказывал, что было выявлено более 200 случаев сокрытия должностными лицами сведений об участии в коммерческих организациях.

Маргарита Папченкова

20.01.2014, 5 (3510)

 

Заказ на отмыв

Легализация незаконных доходов все чаще связана с госзакупками, фиксирует опрос банкиров.Национальный платежный совет (НПС) опросил 100 российских банков, чтобы выяснить, какие отмывочные схемы используют их клиенты и изменился ли их масштаб. Результаты опроса направлены в ЦБ и Росфинмониторинг, говорит представитель НПС.

По наблюдениям банкиров, борьба государства с легализацией пока мошенников не остановила. Риски таких преступлений в банковской и национальной платежной системах прежние — так считают 65 и 67% респондентов соответственно. Зато несколько изменились предпочтения. Операции по отмыванию незаконных доходов, полученных от госзаказчиков, вошли в тройку наиболее распространенных схем (см. графики, полная версия на www.vedomosti.ru). За них «проголосовало» 69% банкиров — почти вдвое больше, чем в 2012 г.

Объем сомнительных закупок растет, согласен с банкирами сотрудник Центра размещения госзаказа: с 2014 г. меняются правила закупок, чиновники, которые планировали заработать, торопятся. С 2014 г. заработает федеральная контрактная система (ФКС), этот фактор мог повлиять, согласен директор Института анализа предприятий и рынков Высшей школы экономики (ВШЭ) Андрей Яковлев. Эксперты ВШЭ считают, что ФКС позволит государству сэкономить более 1 трлн руб. — около 20% от консолидированного госзаказа (в 2012 г. — 5,9 трлн руб., за 11 месяцев 2013 г. — 5,3 трлн).

Пока еще действующий закон о госзакупках регулирует только размещение заказа, объясняет Яковлев, возможности манипулировать условиями закупок на стадии подготовки техзадания и исполнения контракта почти не ограничены. ФКС же регулирует закупку с момента ее обоснования и вплоть до исполнения контракта. Придется публиковать больше информации — например, извещения о закупке у единственного поставщика, под контроль подпадут сотни мелких контрактов, добавляет сотрудник Центра размещения госзаказа. Но основной формой закупки становится не аукцион, а конкурс, условия которого больше зависят от усмотрения чиновника, продолжает он, еще неизвестно, какая из систем эффективнее.

Полученные от госзаказчика деньги отмываются по традиционным схемам, говорят опрошенные «Ведомостями» банкиры: выводятся в низконалоговые юрисдикции и затем в офшоры, но схема сложнее. Напрямую бюджетные деньги из России не выводят, цепочки длинные и сложные, объясняет начальник юридического отдела Кредпромбанка Мария Крючкова.

Банку проще обнаружить отмывание доходов при закупке товаров, а при госконтракте на оказание услуг банк почти бессилен, говорит Крючкова. Банки проверяют надежность участников тендеров при выдаче им гарантий, рассказывает Крючкова. Но анализ не исчерпывающийй, признает она: раскрыть бенефициара вряд ли удастся, главный критерий — выполняла ли компания госзаказы. Более тщательный анализ проводится, если участник тендера просит кредит, говорит вице-президент Промсвязьбанка Татьяна Кузьмина: банк пытается понять, аффилированы ли исполнители и сотрудник госзаказчика, но все данные перепроверить нельзя.

Банки не видят полную картину, подтверждает Яковлев: основное проявление коррупции при госзакупках — откаты, они потом и легализуются через банки, которые часто не знают, откуда средства.

Госзакупки всегда были непрозрачны, но банки не слишком пристально следили за такими операциями, говорят банкиры. Но сейчас схемы легализации могут подорожать: ЦБ и Росфинмониторинг ужесточили контроль. С июля банкиры обязаны выявлять бенефициаров своих клиентов вплоть до физических лиц. Прессинг действительно вырос, констатирует один из банкиров: «Если банк халтурно относится к обязанности бороться с легализацией, ему грозят санкции и даже отзыв лицензии».

Маргарита Папченкова

09.12.2013, 228 (3490)

Шаг навстречу порядку. Госрасходы на 8 триллионов рублей передадут под общественный контроль

С 1 января 2014 года вступает в силу 44-­ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд». Он придет на смену 94-­ФЗ «О размещении заказов на поставки товаров...». Принципиальная разница между документами видна из названия: новый закон сформирует контрактную систему (КС), в то время как действующий определяет лишь один из ее элементов — организацию закупок. Теперь система охватывает все этапы госзакупок: планирование, осуществление, контроль и аудит итогов. Появление КС на данном этапе можно считать знаковым для экономики. Расходная часть федерального бюджета в 2013 году составляет 13,4 трлн рублей при официально признаваемом дефиците в более чем 500 млрд рублей. На этом фоне готовность правительства передать под общественный контроль закупки на 8 трлн рублей (почти 60% расходов государственной казны) можно расценивать как шаг навстречу бизнесу, которому теперь доступны новые инструменты для планирования и развития. О том, что дьявол кроется в деталях, можно даже не говорить: документы такого масштаба никогда не получаются идеальными и эволюционируют по мере применения.

В поисках баланса

В госзакупках участвуют 300 тысяч госзаказчиков и 80 тысяч поставщиков. Объем российского рынка госзакупок оценивается в 8 трлн рублей, а с учетом закупок госкомпаний и госмонополий — в 13 трлн рублей. «Закупки государственного сектора — это около 1/5 всего внутреннего спроса», — заявил премьер-министр России Дмитрий Медведев, выступая на бизнес-форуме «Деловой России».

Действующий закон, по которому осуществляются госзакупки с 2005 года, можно ругать за коррупционную составляющую, можно хвалить за новые подходы к организации торгов. Однако его очевидная польза в том, что он сформулировал правила, выявил основные системные проблемы рынка госзакупок и предоставил участникам этого рынка более-менее удобные площадки и инструменты для работы. К новым правилам привыкли, а сам закон все это время эволюционировал путем принятия довольно значимых поправок (всего их было 27).

Злую шутку с госзакупками сыграла нацеленность закона на то, чтобы полностью устранить субъективизм чиновника-покупателя. Значительно труднее стало совершать закупки, где важную роль играют добросовестность и квалификация поставщика. Ведь в техническом задании, даже детализированном, всего не расскажешь. А квалификационный отбор поставщиков из конкурсных процедур удалили. Это привело к поставкам товаров плохого качества, и общие потери заказчика стали многократно превышать экономию, полученную от закупок у недобросовестных поставщиков.

Кроме того, 94-ФЗ дал поставщикам огромные возможности для почти бесконтрольного демпинга, что не могло не сказаться на качестве закупаемых товаров и услуг. Кстати, 44-ФЗ тоже не содержит технических запретов по снижению цены во время аукциона — хоть бесплатно продавай. Остается даже возможность перехода цены через ноль. Однако, демпингуя, поставщик теперь будет обязан рискнуть либо деньгами, либо репутацией, либо и тем, и другим.

Вал информации и обращений в ФАС (контрольный госорган в сфере организации закупок) сформировал вокруг 94-ФЗ настолько мощный негативный фон, что иначе как коррупционным в последние годы закон и не называли. Есть еще ряд проблем, которые почему-то не удалось решить путем внесения поправок в пресловутый ФЗ. По мнению специалиста по госзакупкам, директора Института анализа предприятий и рынков Высшей школы экономики Андрея Яковлева, причин для изменения закона две: отсутствие полной информации о закупках и непригодность публичной информации для понимания и анализа.

Если оставить за скобками разного рода системные и несистемные попытки бороться с коррупционной составляющей действующего закона, то его изменение происходило на стыке двух идеологий: стратегического планирования (подход Минэкономразвития) и профилактики нарушений (подход ФАС). Уже сейчас понятно, что дальнейшее совершенствование законодательства о закупках и дальше будет идти по пути поиска баланса между контрольными и стратегическими функциями. Контрольным госорганом по 94-ФЗ сейчас является ФАС. Федеральный орган исполнительной власти (ФОИВ) по регулированию контрактной системы в сфере закупок еще не определен.

Минэкономразвития и ФАС в период обсуждения новых подходов к закону о закупках балансировали очень долго. Слишком долго — это им повторили дважды. Министерство выступало за новый нормативный акт, ФАС настаивала на том, что все проблемы можно устранить путем внесения изменений в действующий закон. В результате 44-ФЗ сразу после принятия получился, скажем так, компромиссным, с множеством отложенных норм. По мнению эксперта Национальной ассоциации институтов закупок (НАИЗ) Дениса Балакина, формально победил подход Минэкономразвития, поскольку был принят новый системный закон, разработанный министерством, следовательно, будет обновлено все нормативное обеспечение госзаказа. А вот по содержанию закона свои позиции значительно усилила ФАС.

Стратегические и мониторинговые функции в самом законе определены нечетко и будут регулироваться подзаконными актами, которые еще только предстоит разработать и принять (37 до конца года из 67 запланированных). «А для «контролеров» уже сейчас создаются новые возможности: они получают полномочия по сквозному контролю всех этапов закупок», — говорит Денис Балакин. Под этапами закупок следует понимать трехлетнее и ежегодное планирование, нормирование обоснования цен, новые способы отбора поставщиков, аудит результатов и другие правила и нормы, которые еще только предстоит изучить участникам рынка. В полном объеме закон начнет действовать с 1 января 2017 года.

Антикоррупционный пакет

Реформа системы госзакупок в 2005 году, связанная с принятием 94-ФЗ, была нацелена на пресечение злоупотреблений со стороны должностных лиц организаций-госзаказчиков, а также на расширение конкуренции при отборе поставщиков. Инструментом достижения этих целей стала жесткая и очень детальная регламентация процедур размещения госзаказа с акцентом на отбор поставщиков по критерию наименьшей цены и ограничением использования любых качественных критериев при оценке заявок. Повышению конкуренции также должно было служить активное внедрение практики отбора поставщиков через аукционы (за счет ограничений на использование запросов котировок и проведение конкурсов). «Все эти меры способствовали росту конкуренции в госзакупках, но одновременно анализ практики применения 94-ФЗ свидетельствовал, что они привели к перемещению коррупции на другие стадии закупочного цикла (планирование заказа и его исполнение), а также породили многочисленные проблемы с исполнением обязательств по контрактам», — говорит Андрей Яковлев. Поэтому пакет антикоррупционных мер эксперты относят к числу самых значимых новаций контрактной системы.

«Cui prodest», — говорили древние: ищи, кому выгодно. Этот принцип составители закона реализовали в ст. 24 и ст. 34, обязав поставщиков предоставлять информацию о субподрядчиках (если таковые есть) и выгодоприобретателях, то есть учредителях. Речь идет о контрактах, стоимость которых превышает начальную максимальную цену (НМЦ). Чтобы эти положения закона вступили в силу, правительство должно утвердить размер НМЦ.

По результатам исполнения контракта проводится экспертиза с привлечением сторонних экспертов или без оных (ст. 94). В каких случаях привлекать сторонних экспертов, опять-таки решит Правительство РФ, которое утверждает соответствующий перечень (ч. 4 ст. 94).

Кроме того, законом вводится институт обязательного предварительного общественного обсуждения закупок, превышающих 1 млрд рублей. Регламент таких слушаний утверждается на уровне правительства, субъектов федерации и муниципалитетов, они же могут принять решение о максимальной стоимости такого контракта. Далеко не у каждого госзаказчика есть в распоряжении миллиардные бюджеты.

Общественный контроль

«В законе общественному контролю посвящена отдельная статья. Объединения граждан могут посылать запросы заказчику об осуществлении закупок, обращаться в контрольные органы и в суды в случае выявления нарушений в деятельности заказчиков, готовить предложения по совершенствованию законодательства в сфере закупок», — говорит замминистра экономического развития Владимир Симоненко, которого цитирует журнал «КоммерсантЪ-Власть». Правда, по мнению руководителя проекта OpenGovData.ru Ивана Бегтина, некоторые опасения вызывает пункт о том, что общественные объединения, осуществляющие общественный контроль, обязаны сохранять конфиденциальность информации, которую они получили в ходе контроля.

При этом, если публичная информация на сайте zakupki.gov.ru останется прежней (непригодной для понимания и анализа), положительный эффект может быть сведен к нулю. «Мониторинг госзакупок будет работать, если он будет публичным. Для этого необходимо изменение форматов раскрытия данных о госзакупках. Практикуемое сейчас размещение в интернете миллионов протоколов по проведенным торгам при желании позволяет найти «золотые кровати для МВД», — отмечает Яковлев. — Но эти миллионы текстовых файлов не дают возможности анализировать уровень и динамику цен на одинаковые товары, сравнивать аналогичные закупки в разных регионах и в разных ведомствах — и тем самым не позволяют на «промышленной основе» выявлять сделки, отклоняющиеся от среднерыночных параметров. Реальная прозрачность госзакупок и общественный контроль за их эффективностью будут достигаться в том случае, если не только государственным контролерам, но и любому заинтересованному пользователю будет доступна информация о госзакупках в формате больших баз данных, агрегирующих результаты торгов и пригодных для математического анализа».

Сердце контрактной системы

В основе КС будет находиться единая информационная система (ЕИС). Это будет новый информационный ресурс, который еще только предстоит создать, однако пока правительством даже не определен уполномоченный орган. «Мы исходим из того, что это будет Мин-экономразвития России, но Правительство РФ должно принять это решение. Далее идет проведение конкурса на разработку. Потом собственно разработка, опытная эксплуатация, а затем промышленная. Так что планирование, которое в полном объеме невозможно без ЕИС, начнется с 1 января 2015 года на 2016 год», — заявил журналу «Ъ-Власть» заместитель главы Минэкономразвития.

В отличие от существующего официального сайта, единая информационная система будет обладать широким набором аналитических функций и предусматривать автоматизацию ряда процедур, в том числе обеспечивать автоматический контроль за действиями заказчика.

По словам руководителя Центра эффективных закупок Tendery.ru Кирилла Кузнецова, информационная система, содержащая реестр банковских гарантий, вполне решит злободневную на сегодняшний день проблему выявления подделок (на днях в Москве были задержаны аферисты, сбывшие гарантий на сумму около 1 млрд руб.).

Однако до официального введения в эксплуатацию ЕИС или принятия дополнительных нормативных актов, устанавливающих порядок использования усиленных электронных подписей в ЕИС, все заявки будут подаваться теми же способами, что и сейчас: в «бумажном» виде на конкурсы, в электронном виде на электронные аукционы.

В ЕИС будут собраны сведения обо всех планах и графиках закупок, о ходе их реализации, реестры заключенных контрактов и недобросовестных поставщиков, общедоступная библиотека типовых контрактов, реестр жалоб, плановых и внеплановых проверок, их результатов и выданных предписаний, результаты мониторинга закупок, аудита и отчеты заказчиков. Там же будут доступны каталоги товаров, работ и услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд.

КС и заказчики

На 2014 год планы-графики и планы составляются по старым правилам. С 2015 года заказчики будут делать это по новому 44-ФЗ. Требования к форме этих документов устанавливаются Правительством РФ, некоторые из них уже сейчас довольно подробно перечислены в законе (ст. 17 и ст. 21). Сроки подготовки очень жесткие — не более десяти рабочих дней с момента получения объема бюджетных обязательств. Однако для того, чтобы все положения закона заработали, необходимо дождаться принятия еще очень многих нормативных правовых актов.

Заказчиков ожидает мониторинг закупок с составлением годового аналитического отчета и оценкой обоснованности закупок (по результатам мониторинга закупка может быть отменена). Чтобы система заработала, правительство должно утвердить порядок и форму обоснования закупок, требования к сводному аналитическому отчету и к форме планов закупок и планов-графиков, а также порядок их размещения в ЕИС.

Но это то, что касается документальной процедуры. Однако в законе есть гораздо более серьезные нормы, которые касаются прав и обязанностей заказчиков. Наряду с правом заказчика в одностороннем порядке расторгнуть контракт (кстати, у поставщика в этом случае возникает аналогичное право) вводятся дополнительные способы закупочных процедур. Заказчики будут отбирать поставщиков через различные виды конкурсов (открытый, с ограниченным участием, двухэтапный, закрытый, закрытый с ограниченным участием, закрытый двухэтапный), электронные аукционы, закрытые аукционы, запросы котировок, запросы предложений, закупки у единственного поставщика.

Эти положения будут реализованы на двух принципах: ответственности заказчика и его профессионализма. Ответственность за результативность закупок и эффективность расходования бюджетных средств будут нести должностные лица заказчиков. Они же должны соответствовать принципам профессионализма, поскольку закон налагает на заказчика обязанность поддерживать квалификацию соответствующих должностных лиц путем проведения профессионального переобучения. Кто же эти люди?

Контрактные управляющие

Если совокупный годовой объем закупок заказчика в соответствии с планом-графиком не превышает ста миллионов рублей (включительно), создание контрактной службы необязательно, достаточно контрактного управляющего (ст. 38) или, с легкой руки главы Счетной палаты Сергея Степашина, «офицера-контрактника». Контрактный управляющий работает по регламенту. «Регламент утверждается на основе типового положения, разработанного ФОИВ по регулированию контрактной системы в сфере закупок. Поскольку правительство еще не назначило орган по регулированию КС — ждем сначала его назначения, затем разработки типового положения», — предлагает ведущий специалист по электронным торгам Учебного центра «Сбербанка-АСТ» Наталья Ширяева. Однако на форумах муниципальных служащих уже разрастается неуправляемая паника по поводу несоответствия новых обязанностей возможностям и оплате труда. К тому же неизвестно, смогут ли контрактные управляющие сохранить статус муниципальных служащих.

КС и поставщики

Контрактная система должна устранить еще один очевидный недостаток старого закона, а именно — отсутствие квалификационных требований к заказчикам. В числе этих требований есть и не совсем однозначные, в частности, необходимость доказывать отсутствие у участника закупки-физического лица либо у руководителя, членов коллегиального исполнительного органа или главного бухгалтера юридического лица-участника закупки — судимости за преступления в сфере экономики. Заказчик вправе проверить соответствие участника этому требованию.

И требования к участнику не ограничиваются «несудимостью руководителей». Участники не должны находиться в состоянии ликвидации, банкротства, приостановления деятельности, не должны иметь задолженности перед бюджетом. Все вышеперечисленное подтверждается декларацией о соответствии, которая в случае проведения электронного аукциона прикладывается ко второй части заявки. Также участник должен иметь все предусмотренные законодательством документы, включая лицензии и допуски СРО.

«И еще одна проблема уже очевидна, но еще не решена, — считает Наталья Ширяева. — По 44-ФЗ только для крупного строительства при размещении заказа запросом котировок (Олимпстрой) заказчик вправе запросить у соответствующих органов и организаций информацию о вводе объекта капитального строительства в эксплуатацию, об акте приемки объекта. Больше никто никому ничего сообщать не должен. И требовать подтверждения опыта поставщика для крупного строительства в текущей редакции закона 44-ФЗ заказчику тоже нельзя. Как будет на самом деле? Не знаем».

На эту же проблему во взаимоотношениях с поставщиками указывает и председатель комитета по конкурентной политике и закупкам в строительстве НОСТРОЙ Валерий Мозолевский: «Во всем мире законодательно предусматривают предварительную квалификацию строительных компаний, которые претендуют на право выполнения госзаказов. Потому что власти ответственно относятся к деньгам налогоплательщиков».

Пока же самым первым и главным требованием к поставщику является его отсутствие в реестре недобросовестных.

Антидемпинговый пакет

В период обсуждения 44-ФЗ вокруг пакета этих мер кипели едва ли не самые жаркие споры. Что неудивительно, поскольку именно бесконтрольный демпинг во многом скомпрометировал действующий закон об организации госзакупок.

Минэкономразвития предлагало вообще отстранять от участия в аукционах поставщиков, которые снижают цену более чем на 25%. ФАС активно возражала. «В результате позиция ФАС теперь закреплена в законе: нельзя отстранять, надо требовать увеличения обеспечения (банковской гарантии на большую сумму). В случае неисполнения результат запрограммирован: бюджетные средства остались на счетах в казначействе, нарушитель наказан, — комментирует эту норму не совсем согласный с ней эксперт НИАЗ Денис Балакин. — Но главное — госзаказчик, а значит, и все мы, как потребители госуслуг, не получили необходимые товары и услуги». А ради чего тогда затевалась вся система госзаказа?

Тем не менее антидемпинговая составляющая 44-ФЗ выглядит довольно внушительно: если участник демпингует в борьбе за контракт дороже 15 млн рублей, то при подписании контракта обязан предоставить полуторакратное обеспечение его исполнения. Если речь идет о более дешевых контрактах, то участник может рискнуть не деньгами, а репутацией — представить документы, подтверждающие его добросовестность. Все обеспечительные средства остаются в распоряжении торговых площадок, что тоже не сильно радует экспертов рынка.

Это один из серьезных минусов закона, считает Александр Строганов из Центра размещения государственного заказа. «Там (на торговых площадках. — Прим. ред.) аккумулируется 600 млрд рублей в виде обеспечительных платежей на период проведения торгов, и это бессовестное зарабатывание «на воздухе». Как будто у нас инфляция маленькая и надо ее накрутить, — говорит эксперт. — Эта сумма появляется из воздуха и ничем не обеспечена. Но банки свои интересы отстояли, площадки потирают руки. ФКС и 94-ФЗ срослись, и 94-ФЗ его подавил».

Представители торговых площадок с принятием 44-ФЗ чувствуют себя довольно уверенно.

«Черный» реестр

В ст. 104 нового 44-ФЗ предусмотрено создание и ведение реестра недобросовестных поставщиков. При этом со вступлением в силу нового закона реестр, сформированный по требованиям старого, не обнуляется. «Попасть в новый реестр можно будет также на два года. И на два года это полностью лишит участника возможности участвовать в госзакупках, — поясняет Наталья Ширяева. — А старый реестр продолжит свое существование по тем правилам, которые прописаны в 94-ФЗ. И в течение ближайших двух лет у заказчика будет право потребовать от участника отсутствия как в первом, так и во втором реестре». 

КС и торговые площадки

По мнению председателя совета директоров электронной площадки ЗАО «Сбербанк-АСТ» Николая Андреева, новые правила игры электронным площадкам не навредят.

«Введение КС не должно негативно отразиться на бизнесе электронных площадок. Вместе с тем существует опасность того, что перечень товаров, работ и услуг для проведения электронных аукционов может быть существенно сокращен. Это приведет не только к откату назад в отношении прогресса инструментов для закупочных процедур, но также может существенно повлиять и на бизнес-составляющую электронных площадок», — оценивает новые правила Андреев.

Кроме того он отмечает, что электронная площадка «Сбербанк-АСТ» ориентируется не только на государственных заказчиков, но и на частный сектор. Соглашается и генеральный директор электронной площадки «РТС-тендер» Виктор Степанов. По его мнению, принятие нового закона добавит площадкам работы из-за дополнительных процедур, которые он вводит.

«В связи с появлением новых видов процедур увеличится и объем работы площадок. Что касается площадки «РТС-тендер», то она уже работает в условиях нового закона в «пилотных» регионах — Красноярском крае, Новосибирской и Вологодской областях. Поэтому наши специалисты имеют необходимый опыт работы в рамках КС и готовы к ее введению», — рассказывает Виктор Степанов.

Директор по развитию Ассоциации электронных торговых площадок Константин Михайленко уверен, что контрактная система — это еще один шаг на пути усовершенствования того, что уже сделано в сфере госзаказа.

«В рамках КС предстоит создать единую информационную систему (ЕИС), при этом электронные торговые площадки продолжают свою работу в соответствии с новым законодательством. Следует отметить, что многие регионы уже создали соответствующие информационные ресурсы (Москва, Татарстан и др.)», — говорит Михайленко.

По словам гендиректора торгового портала Fabrikant.ru и Национальной ассоциации институтов закупок (НАИЗ) Сергея Габестро, в контрактной системе не учтены некоторые предложения экспертов по стимулированию развития электронной торговли. «С моей точки зрения, сделанный шаг полезный, но недостаточный. В новой системе не хватает более гибких разновидностей — конкурентных переговоров, возможности закупок на торгах продавца, в электронных магазинах. Здесь вариантов может быть больше. Расширение спектра конкурентных процедур произошло, но можно было пойти и дальше», — говорит Габестро.

Однако в 2014 году правительством будут разработаны подзаконные акты по электронным площадкам, а потом под сформированные требования начнется их отбор. «Количество электронных площадок, отобранных под 44-ФЗ, будет зависеть от того, сколько их будет соответствовать требованиям. Но я не готов сказать, будет ли их пять, семь или десять», — говорит замминистра экономического развития Владимир Симоненко.

Резюме

Начальник инспекции по комплексному контролю и аудиту приобретения товаров, работ и услуг для государственных и общественных нужд Счетной палаты РФ Ольга Анчишкина подсчитала, что для эффективного функционирования 44-ФЗ требуется внесение изменений в 43 закона, в том числе в Бюджетный и Гражданский кодексы.

«Задачей профессионального сообщества является недопущение перекоса при подготовке подзаконных актов в сторону субъективизма и ограничения добросовестной конкуренции. Необходимо уделить внимание выработке единых измеряемых и проверяемых требований к квалификации участников закупок, на определение исполнителей строительных работ, включая проектирование, инженерные изыскания, строительно-монтажные работы, а также обратить внимание на разработку объективной и администрируемой методики оценки заявок участников таких закупок», — отмечает представитель Счетной палаты.

«В итоге об эффективности новой системы госзакупок можно будет говорить только тогда, когда подзаконные акты будут приняты и заработают в полную силу», — делают вывод эксперты.

Ruбеж

07.11.2013

Госзаказчиков вернут на конкурсы

Руководителю ФАС Игорю Артемьеву не удалось убедить правительство, что аукционы лучше конкурсов.

Правительство сократило перечень работ, товаров и услуг, закупать которые за государственный счет следует на аукционах. Это грозит коррупционными рисками, предупреждают эксперты, но новые правила вступят в силу с 2014 г.

Премьер-министр Дмитрий Медведев утвердил перечень товаров, работ и услуг, при госзакупках которых необходимо проводить электронный аукцион. Соответствующее распоряжение вчера было опубликовано на сайте правительства.

Документ, разработанный Минэкономразвития, необходимо было подготовить до вступления в силу закона о Федеральной контрактной системе (ФКС). С 2014 г. он придет на смену многострадальному закону о госзакупках и будет регулировать всю систему госзаказа.

Сейчас электронные аукционы — основной способ размещения госзаказа (свыше 55% всех покупок, данные портала zakupki.gov.ru за 2012 г.). За то, чтобы госзаказчики закупали работы, товары и услуги на аукционах, активно выступала Федеральная антимонопольная служба (ФАС). Это помогает бороться с коррупцией в госзаказе, объясняли в ФАС. На аукционах цена госконтрактов может снижаться на 50-80%, говорил начальник управления службы Михаил Евраев.

Аукционы целесообразно проводить тогда, когда можно четко сформулировать технические требования, а ключевым критерием является цена, объясняет председатель комитета по нормативному обеспечению государственных и регулируемых закупок НП «Экспертное сообщество профессионалов госзаказа» Мария Изварина. На конкурс должны идти госзакупки, где крайне важны критерии качества и квалификации подрядчиков, отмечает она. Например, научно-исследовательская работа или строительство технически сложных объектов — мост или терминал аэропорта.

Распоряжение правительства закрепляет ряд таких исключений. Их больше, чем в действующем перечне, который принимался для действующего закона о госзакупках, отмечает юрист адвокатского бюро «Линия права» Олеся Белоусова. Сейчас отбирать подрядчиков для строительства за государственный счет большинства объектов (за исключением особо сложных) следует на аукционах. С 2014 г. проводить аукционы нужно будет только на строительные работы стоимостью до 150 млн руб. для федеральных нужд и до 50 млн для муниципальных. Если контракты крупнее, то заказчик сможет отбирать подрядчика на конкурсе, где главным критерием будет опыт исполнителя.

Профессиональное сообщество выступало за полный перевод госзаказов на строительные работы на конкурсы, говорит президент Национального объединения строителей Ефим Басин, просили и запретить демпинг более 15%. Именно за счет него победителями в электронных аукционах признавались не способные выполнить госзаказ участники торгов, которые либо бросали объект, получив аванс, либо перепродавали контракт с дисконтом другим участникам рынка, жалуется он. 150 млн руб. — это тоже много, отмечает Басин: «Целый детский сад».

Ограничение по размещению на аукцион строительных подрядов объясняется тремя причинами, рассказывает замдиректора департамента развития контрактной системы Минэкономразвития Максим Чемерисов. Во-первых, результаты мониторинга несостоявшихся аукционов показали, что наибольшее их число приходится на заказы от 50 млн руб., говорит он, в результате контракт приходилось заключать с единственным участником. Во-вторых, именно госконтракты до 150 млн интересны малому бизнесу, в-третьих, все, что свыше, требует большей квалификации подрядчика, добавляет он.

При проведении строительно-монтажных работ подрядчик должен быть опытным, согласна Изварина, но такая норма может привести к монопольному положению крупных строительных компаний: заказчик вполне может установить требование по опыту работы не менее 15 лет, лишив тем самым возможности участия и победы предприятия малого и среднего бизнеса. Такие компании могут выступать в качестве субподрядчиков, спорит Басин.

По сравнению с действующим перечнем существенно расширен список медицинского оборудования, которое необязательно закупать на аукционе, отмечает Белоусова. Большие надежды были на то, что конкурсными станут услуги по оценке и лизингу, говорит Изварина, технологически и интеллектуально это довольно непростые работы со значимыми результатами. Но проводиться они будут по-прежнему через аукционы и это странно, считает она: большое количество госзаказчиков с этим мучится.

Конкурс развязывает руки заказчику, уверена Анна Золотарева из Института Гайдара: для отсева участников он может заточить критерии под конкретного подрядчика. Оценка по квалификационным параметрам всегда носит более субъективный характер, чем отбор на основе цены, утверждает она. Аукционы изжили себя, спорят в Центре размещения государственного заказа, но у них серьезное лобби: торговые площадки. Они являются «дочками» банков и одномоментно обеспечивают им около 700 млрд руб. на счетах, объясняют в центре интерес финансистов.

Сергей Титов

06.11.2013, 205 (3467)

Мусор взят за образец

Московские власти решили, что раздавать городские подряды множеству мелких организаций хуже, чем нескольким крупным.

Московские власти продлевают эксперимент по утилизации мусора, начатый год назад в Юго-Западном округе, и распространяют его еще на четыре округа: Западный, Северный, Северо-Восточный и Юго-Восточный, сообщает сайт мэрии. Торги объявлены, утилизировать мусор по новым правилам начнут с 1 января 2014 г., Москва готова заплатить за 15 лет 71,36 млрд руб.

Как рассказал «Ведомостям» первый заместитель руководителя департамента ЖКХ и благоустройства Москвы Александр Самсонов, год назад город выбрал подрядную компанию, которая 15 лет будет собирать, сортировать и утилизировать мусор Юго-Западного округа, стоимость контракта составила 25 млрд руб. Единственным участником конкурса стало ООО «МКМ-логистика» Михаила Чигиринского, сына бизнесмена Александра Чигиринского. Партнер «МКМ-логистики» — структуры Романа Абрамовича, сообщали несколько близких к нему людей. Представитель Абрамовича эту информацию опроверг.

По условиям конкурса «МКМ-логистика» должна была создать свою инфраструктуру — полигоны, специализированный автопарк, сортировочные станции, мусороперерабатывающие заводы. Вся техника должна быть оснащена приборами «Глонасс», иметь блокировку несанкционированной загрузки контейнера, чтобы избежать «левого груза», работать на топливе экологического класса не ниже «Евро-4».

«У нас есть один оператор, с которого мы можем спросить, а не сотни, за которыми еще нужно бегать. Если раньше управляющие компании платили сторонним организациям, то сейчас — одному оператору», — описывает плюсы проекта Самсонов. Дополнительные средства не расходуется, утверждает чиновник: город по-прежнему выделяет лишь субсидии — 2,08 руб. в месяц за вывоз мусора с 1 кв. м общей жилой площади. Машины и оборудование чистые, компания меняет контейнерный парк, вводит мобильные пункты отбора вторичных материалов, радуется Самсонов.

Связаться с Чигиринским не удалось. Близкий к мэрии человек говорит, что в проекте сбора мусора готова участвовать компания «Эколайн», аффилированная с совладельцем АРКС Владимиром Лавленцевым и структурами Геннадия Тимченко. Группе СТГ (основной владелец — Тимченко) интересны проекты в области промышленной экологии, говорит его представитель.

Укрупнение госзаказа коснется не только утилизации мусора, но и дорожных работ. Мэр Сергей Собянин поручил уменьшить количество подрядчиков, занятых на ремонте дорог, и его зам Петр Бирюков рапортовал, что если раньше город привлекал 146 организаций, то сейчас — всего 11. Торги уже объявлены: город разыграет 11 лотов на общую сумму 14,75 млрд руб. на 2014 г. Сейчас город в среднем на эти работы тратит около 17 млрд руб. в год. «Надеемся, что на торги выйдут крупные организации», — говорит Самсонов. Собянин хотел, чтобы в конкурсные процедуры были заложены требования к опыту работы подрядчиков и наличию собственной материально-технической базы. Например, в торгах смогут участвовать только те организации, которые имеют заводы по производству асфальтобетонных смесей, говорит Самсонов.

Регионы приходят к тому, что надо укрупнять подряды, рассуждает эксперт Центра размещения госзаказа: компаний, ориентированных на госзаказ, единицы, городские тендеры отметают недобросовестных участников, а город получает более высокое качество работ.

Итоги конкурсов и по сбору мусора и по дорожным подрядчикам будут подведены в конце ноября.

Бэла Ляув

16.10.2013, 191 (3453)

 

Раскрытие за 1 млрд.

При госзакупках на сумму свыше 1 млрд руб. федеральные ведомства должны требовать от поставщиков раскрыть бенефициаров, считает Минэкономразвития.

Сбор информации о бенефициарах поставщиков (физические лица, владеющие более 10% компании) предусмотрен вступающим с 2014 г. законом о федеральной контрактной системе (ФКС). Размер закупок, при которых нужно раскрывать эти сведения, должно определить правительство.

Минэкономразвития уже подготовило и направило в правительство проект постановления, сообщил вчера замминистра Евгений Елин: для закупок федеральных органов устанавливается планка в 1 млрд. руб., субфедеральных и муниципальных — 100 млн. Ранее ведомство предлагало в проекте документа (опубликован на едином портале раскрытия информации) единый порог в 1 млрд. руб.

Подрядчик, который вовремя не раскроет информацию, будет оштрафован — 1/300 ставки рефинансирования ЦБ от цены контракта за каждый день просрочки. Если среди руководителей ведомства и подрядчика есть родственники, контракт может быть признан недействительным.

В 2011-2012 гг. на госзаказы стоимостью свыше 1 млрд. руб. было потрачено 1,7 трлн. руб. — это 70% от крупных госконтрактов (свыше 500 млн руб.), говорилось в пояснительной записке к проекту. Размер консолидированного госзаказа в 2012 г. — около 6 трлн. руб. Три четверти заказов стоимостью свыше 1 млрд. руб. — контракты на строительство и реконструкцию автодорог, зданий и сооружений. Для гособоронзаказа предлагалось установить очень низкий порог в 500 000 руб., сказал Елин, фактически пришлось бы раскрывать бенефициаров почти всех поставщиков. Но от идеи в итоге отказались, признался он. Представитель Рособоронзаказа не комментирует позицию ведомства.

Проект постановления находится на рассмотрении у первого вице-премьера Игоря Шувалова, сказал его представитель. Порог еще может поменяться — как вырасти, так и уменьшиться, отмечает федеральный чиновник: «Посмотрим, как это работать будет [порог в 1 млрд. руб.], посоветуемся с ведомствами, экспертами и бизнесом».

Непонятно, чем поможет норматив, скептичны в Центре размещения государственного заказа, выявлять цепочки недобросовестных поставщиков, проверять, куда уплывают деньги, должны органы финансового мониторинга и правоохранительные органы. К тому же требование легко обойти, раздробив заказ на несколько лотов, ведомства уже так поступают, чтобы увеличить число тендеров.

Подход будет избирательным, сетует координатор проекта «Роспил» Константин Калмыков: по закону о ФКС исполнитель обязан раскрывать данные только заказчику, органы контроля получают их только по запросу, а не автоматически. А вероятность предоставления информации по общественному запросу минимальна, объясняет он.

Любое раскрытие информации полезно, спорит директор Института анализа предприятий и рынков Высшей школы экономики Андрей Яковлев: по базе госзакупок можно будет проследить, какое ведомство изменило политику закупок, резко снизив количество контрактов на сумму более 1 млрд. руб. К таким чиновникам возникнут вопросы, прогнозирует эксперт.

Сергей Титов

04.09.2013, 161 (3423) 

 

Не любят российское

Лишь около 11% заказов госкомпаний достается российским поставщикам, выяснило Росимущество.

Речь идет о закупках 1345 АО, акции которых находятся в федеральной собственности. По данным ФАС, «Деловой России» и Центра размещения госзаказа, все госкомпании, унитарные предприятия и учреждения закупают на 6-8 трлн руб. в год.

Компании предпочитают импорт из-за отсутствия российских аналогов или их низкого качества. Например, металлурги до 2013 г. не выпускали 100-метровых рельсов, и РЖД закупала их у японской Nippon Steel и австрийской Voestalpine. В прошлом году монополия была вынуждена импортировать 220 000 т 100-метровых рельсов, рассказывал представитель РЖД.

«Газпром» закупает импортные трубы для работы в специальных условиях, в частности сероводородостойкие и устойчивые к кислым средам. Тендер на поставку таких труб в декабре прошлого года выиграл трейдер «Северный европейский трубный проект» (СЕТП) Аркадия и Игоря Ротенбергов. Гендиректор СЕТП Александр Муратов отмечал, что такие трубы делают только в Японии и Германии.

До представителей «Газпрома» и «Транснефти» дозвониться вчера не удалось. Представитель «Роснефти» говорит, что компания стремится покупать российскую продукцию: «Например, заказ на оборудование для работы на шельфе предусматривает, что оборудование должно быть разработано в России». Недавно компания купила для корпоративных нужд Ил-96, отмечает он. «Аэрофлот» закупает у российских поставщиков 60-70% товаров и почти все услуги, говорит сотрудник компании. Представитель «Аэрофлота» не смог вчера предоставить комментарии.

Доля импорта в 90% — это очень много, отмечает Владимир Сальников из ЦМАКП: «Даже в машиностроении такое редкость, а в нефтянке доля зарубежного оборудования — около 50%». Если госкомпании будут больше покупать российской продукции, рост промышленности и экономики может ускориться, отмечает он: «Однако если и делать это, то аккуратно. Промышленность может не справиться с дополнительными заказами».

Когда разрабатывался закон о закупках монополий, была идея заставить их покупать больше российской продукции, вспоминает федеральный чиновник: «Но от нее отказались — это все равно что всех директивно пересадить на «Жигули». Основными критериями должны быть цена и качество, а не страна происхождения, уверен собеседник «Ведомостей».

Максим Товкайло

Александра Терентьева

26.08.2013, 154 (3416)

 

Закупки в серой зоне

Реформа госзаказа не поможет бюджету сэкономить.

Большинство особо крупных [государственных] контрактов заключается и реализуется в серой зоне правоприменительной практики и закупочных технологий«, — заявила вчера Счетная палата. Ведомство проверило, как производятся закупки на сумму свыше 1 млрд руб.: за полтора года (с июля 2011 г. до конца 2012 г.) госзаказчики заключили 458 таких контрактов на 1,5 трлн руб. Это 25% от объема госзаказа — по данным портала zakupki.gov.ru, в 2012 г. были заключены контракты на 6 трлн руб. В 2010 г. начальник контрольного управления администрации президента Константин Чуйченко оценивал объемы воровства на госзакупках минимум в 1 трлн руб., что тогда составляло пятую часть консолидированного госзаказа.

Цена контрактов растет, есть и «рекорды», пишет Счетная палата: по данным zakupki.gov.ru, крупнейшей закупкой 2012 г. был контракт на строительство участка железной дороги Кызыл — Курагино в Красноярском крае длиной 147 км и стоимостью свыше 44 млрд руб. (см. таблицу и врез).

Но более 70% заказов стоимостью свыше 1 млрд руб. были размещены без конкурсов или электронных аукционов — через договор с единственным поставщиком, выяснила Счетная палата. За 2012 г. чиновники разместили у единственного поставщика заказы на сумму 1,3 трлн руб. Все же большинство закупок у единственного поставщика — это многочисленные мелкие заказы на сумму до 100 000 руб., успокаивает федеральный чиновник, курирующий госзаказ: такие закупки не оказывают значимого негативного эффекта на систему госзаказа.

В законодательстве о госзакупках предусмотрен широкий перечень случаев, когда контракт можно заключить с единственным поставщиком, напоминает координатор проекта «Роспил» Константин Калмыков, например, по решению президента или правительства, из-за срочности или уникальности работ. Оспорить такие закупкам зачастую практически невозможно, ведь формально требования законодательства соблюдены, а документация часто не публикуется, продолжает Калмыков. Закупки у единственного поставщика менее прозрачны, теоретически конкурентные процедуры более эффективны и менее коррупционны, но все зависит от условий, в которых они применяются, вздыхает он.

В прошлом году премьер Дмитрий Медведев за две недели до отставки подписал распоряжение о передаче всех подрядов на строительство дорог вокруг Сколкова «Мостотресту» Аркадия и Игоря Ротенбергов. Тогда пресс-секретарь премьера Наталья Тимакова объясняла, что документ подписан по просьбе мэра Москвы Сергея Собянина, чтобы ускорить строительство дорог, необходимых для проведения саммита G8 в Сколкове в 2014 г. От планов проведения саммита в Сколкове вскоре отказались, но распределение подрядов менять не стали.

В сегменте особо крупных закупок существуют повышенные риски для бюджета и условия для недобросовестного исполнения заказчиками и подрядчиками своих полномочий, предупреждает Счетная палата. Нужны системные меры, подчеркивают аудиторы, но и в законе о Федеральной контрактной системе (ФКС), который заработает с 2014 г., все равно есть пробелы, следует ввести дополнительные требования к крупным закупкам.

Рано судить, поможет ли ФКС изменить ситуацию к лучшему или, наоборот, ухудшит, говорит Калмыков, закон пока рамочный, многое будет зависеть от подзаконных актов и практики правоприменения. Закон о ФКС предполагает общественное обсуждение закупок, которое могло бы повысить их прозрачность, замечают в Центре размещения государственного заказа, но важно, каким будет его порядок — пока оно сводится к демагогии или лоббированию интересов желающих участвовать в торгах. Необходимо ввести показатели полезности закупок, но в ФКС есть лишь намек на это: закупку надо обосновать, но никаких критериев нет.

 

Второго Навального не будет. Система сдала работу над ошибками

Под политический шумок запущен новый портал госзакупок. Он путает миллионы и миллиарды, и очень недружелюбен.

Пока политизированная общественность спорила о причинах освобождения Алексея Навального, система «Распил-Отказ-Занос» поставила новые рекорды. В России — где основным двигателем экономики, заказчиком № 1 остается государство — изменилась система госзакупок. Та самая, на которой Навальный сделал себе имя. А вы и не заметили: в понедельник новый портал ввели в действие. И коррупционеры выдохнули. Корреспонденты «URA.Ru» потратили день на изучение этого чуда бюрократической мысли, напрягли экспертов в пяти регионах, опросили тех, кто зарабатывает на госзакупках, и готовы рассказать, почему не только Навальный, но и Народный фронт теперь не найдет коррупцию.

Опять все из рук валится

Первый день работы новой версии сайта zakupki.gov.ru начался с краха. Завести туда какую-либо информацию или получить данные было невозможно. Пользователи социальных сетей и специализированных форумов проклинали всех подряд, но больше всего ругали разработчиков и интеграторов. Причина банальна — новая версия сайта не смогла «ровно лечь на движок». А сколько еще нужно будет устранять технические неполадки, пока сказать никто не может. Поэтому поиск системы работает «через раз», и не видит разницы между миллионными и миллиардными заказами, ориентируясь, по всей видимости, на первые шесть цифр.

Помимо нового дизайна существует и список функциональных изменений — с сайта исчез рубрикатор по территориям, поэтому поиск теперь нужно вести по конкретной поисковой фразе. Кроме того, на главной странице появился раздел обсуждений контрактов стоимостью от 1 млрд рублей (правда, найти их пока сложно по указанным выше причинам). Добавилась рубрика «Аналитика». Сотрудники Центра размещения государственного заказа посмеялись, обнаружив там статистику по контрактам вместо данных о суммах и номенклатуре.

Никто из опрошенных нами экспертов из пяти регионов Урала чудес от нового портала не ждет. «Первая версия около полугода не работала. Это свежо в памяти у заказчиков, и они боятся, что на этот раз все будет также», — говорит эксперт Центра размещения государственного заказа. Этот прогноз разделяет тендерный эксперт одной из компаний и называет сегодняшний инцидент «плохим подарком» к годовщине работы федерального закона о государственных закупках. «Нас поздравили тем, что официальный сайт госзакупок не работает. Это можно рассматривать как итог восьми лет работы и реформы госзаказа. И прогноз того, как система будет работать в дальнейшем», — говорит собеседник и напоминает, что к новому официальному сайту в перспективе будут привязана единая информационная система и системы в области закупок всех регионов.

Что пошло не так?

Напомним, что введенный восемь лет назад закон № 94-ФЗ должен был сделать заключение все контрактов максимально публичной процедурой. Первоначально система регламентировала размещение заказов на различных региональных площадках, но прозрачности это не дало. И тогда в январе 2011 года был запущен сайт госзакупок, который должен был стать единой всероссийской площадкой. Это помогло объединить базу, но не ликвидировало главных противоречий, на которые указывали участники рынка: при проведении конкурсных процедур по 94-ФЗ основным критерием является цена товара или услуги, поэтому страну захлестнул демпинг и привел к срывам сроков строительства, поставкам некачественных продуктов школы и детские сады.

Поскольку в действующем законе не предусмотрена какая-либо ответственность чиновников за результаты исполнения контрактов (есть лишь ответственность за соблюдение формальных процедур закупок), то должностные лица стали прикармливать свои фирмы, обеспечивая их победу в торгах и ограничивая конкурентов, пользуясь лазейками и пробелами в законодательстве. Поэтому и вышло, что закон не только никогда не работал, но и оказался одним из самых коррупционных во всей истории России: аудиторы Счетной палаты пришли к выводу, что злоупотребления при проведении госзакупок можно оценить в триллион рублей в год.

Поэтому Минэкономразвития начало экстренно создавать план перехода на Федеральную контрактную систему (ФКС), которая заработает с января 2014 года (Закон № 44-ФЗ о контрактной системе), который и вводит норму общественного обсуждения крупных проектов и исполнения контрактов. Чтобы не «вешать» дополнительных опций на старый «движок» сайта zakupki.gov.ru (который и так работает с перебоями), организаторы — Минэкономразвития и Федеральное казначейство — решили создать новую более сложную систему. В нее войдут не только государственные и муниципальные заказы, но и большой блок закупок, размещаемых по закону № 223-ФЗ (торги государственных корпораций, госкомпаний, естественных монополий, унитарных предприятий, автономных учреждений и некоторых других организаций).

Но власть проигнорировала простые способы и предпочла более затратные и технологически сложные способы в угоду крупным системным интеграторам, которые разработали громоздкую программную оболочку за бюджетные средства и вместе с Минэкономразвития и Федеральным казначейством продолжают восемь лет осваивать бюджетные средства на её бесконечное «совершенствование».

«Создаётся впечатление, что кто-то в Минэкономразвития лоббирует интересы крупных российских интеграторов (Норбит, Ланит и др.). Можно было бы решить эту проблему бесплатно или за цену, в тысячи раз меньшую для российского бюджета, если бы вся информация о закупках размещались на сайтах пяти электронных площадок, которые бы автоматически начали передавать ее на официальный сайт. И не нужно было бы покупать дополнительные мощности (оборудование, ПО и т.п.) и тратить несколько миллиардов рублей на поддержание никому не нужной и бесполезной инфраструктуры. Так называемая „идея распределенной нагрузки“ обсуждалась ещё в 2011 году (предложение руководителя ЭТП „Фабрикант.Ру“)», — знает один из экспертов.

Все тайное

Он также указывает на еще один пробел — власть так и не решила проблему единого классификатора, который мог бы ликвидировать «мутные схемы» заказчиков. «У нас действует принятый в Советском союзе, устаревший код ОКДП. Отсюда все эти истории с использованием латиницы, орфографическими ошибками и так далее, которые дают возможность прятать заказы», — говорит он.

Другой эксперт приводит в пример ситуацию, когда закупку и установку окон или приобретение оргтехники можно обозначить пятнадцатью разными способами, поэтому заказ найдет «тот, кто нужно». «Если бы был единый классификатор (а для этого нужно только постановление правительства) и наказание для махинаторов в виде отстранения от должности, то размещать кривые заказы на официальном сайте никто бы не смог. Но Министерство экономики вместо соглашения с пятью торговыми площадками снова хочет потратить деньги, и самостоятельно разработать норматив к 2016 году. А хитрые люди все это время будут пользоваться лазейками в законодательстве», — рассуждает эксперт. А это значит, что поставщики по-прежнему будут тщетно доказывать в суде, что заказ на «винтиляторы» — это не ошибка, а уловка.

А уловок в этом бизнесе немало. И высший пилотаж — не издеваясь над орфографией и пунктуацией сделать так, чтобы конкурс нашли нужные поставщики. «Ты создаешь две одинаковые закупки с одинаковым названием, переводишь одну в работу, а вторую публикуешь. К ним прикреплена одинаковая документация с небольшими отличиями. Когда наступает время подачи заявок, я меняю их статусы. Одну перевожу в работу, а вторую публикую. В результате на сайте остается извещение с измененной документацией. А первый конкурс, под который готовили документацию, с сайта исчезает. Скорее всего, по такой же схеме прячутся особо важные закупки. Придраться к этому и доказать — очень сложно. Ведь там не было индивидуального номера, поэтому можно осуществлять вот такие махинации. Я могу участника отклонить, а он не сможет доказать, что я сделал это незаконно», — рассказывает эксперт.

Именно на таких скрытых аукционах зарабатывают прикормленные частные компании, которые могут найти информацию. На рынке работает не менее трех десятков посредников, которые зарабатывают неплохие деньги, предоставляя прямые ссылки на нужные заказы (их невозможно найти через поиск). Где они берут данные знают только они, а поставщики могут лишь предполагать.

«Есть две версии. Первая — это слив. Потому что у них есть персональные данные, и копии документов по финансовым гарантиям. В общем то, что есть в личных учетных карточках. Вторая — они запускают специальные программы, которые скачивают все данные с официального сайта. Поэтому он и не работает все время. Но вообще-то основная цель, которая декларировалась законом о госзакупках — что общественность и предприниматели смогут бесплатно получать информацию. Если за это приходится платить то она уже не бесплатная», — горестно резюмирует эксперт и добавляет, что если власть не решит эти ключевые проблемы, то ФКС ничто не поможет.

А у нас появится новая, более дорогая, версия тяжелого, постоянно обрушивающегося сайта, который позволяет зарабатывать только чиновникам и кучке частных компаний.

Мария Кутепова

23.07.2013

Озеленение госзаказа

Чиновники могут получить право вводить экологические требования к поставщикам.

Правительство хочет, чтобы на госзакупках преимущество было у поставщиков, заботящихся об экологии: к 15 августа ведомства должны определить, как учитывать «экологические характеристики и требования при размещении госзаказа», и предоставлять преимущество поставщикам, у которых есть сертификаты соответствия международным экологическим нормам. Это одно из поручений по итогам июньской встречи премьер-министра Дмитрия Медведева с экспертным советом при правительстве по вопросам экологической политики (проект перечня поручений есть у «Ведомостей»).

Учитывать наличие экологических сертификатов при проведении конкурсов можно и сейчас, объясняют в Центре размещения государственного заказа: но, например, отстранить от участия за их отсутствие нельзя. Невозможно и предъявить такие требования на аукционах, добавляет он.

Зато закон уже позволяет заказчику самому формировать технические требования к продукции, которую он собирается закупить, указывает начальник управления контроля размещения госзаказа Федеральной антимонопольной службы Татьяна Демидова, главное — чтобы экологические требования не приводили к сокращению количества участников торгов и не противоречили законодательству.

Странное требование, удивляется чиновник Минэкономразвития, формулировку можно интерпретировать по-разному, причем ни одна из интерпретаций не заставит госзаказчиков заботиться об экологии.

Можно ввести общую норму, обязывающую учитывать экологические характеристики, но работать она не будет, согласены в Центре размещения государственного заказа, так уже происходит с обязательством размещать не менее 10% заказов среди малых и средних предприятий. «Иначе придется разрабатывать отдельный блок регулирования, но вряд ли этим кто-то будет заниматься».

Достаточно закрепить в законе право госзаказчиков предъявлять такие требования, не согласен директор по программам «Гринпис Россия» Иван Блоков: «А мы с другими общественными организациями вынудим их его применять». Пример применения экологических стандартов уже есть — Олимпийские игры, напоминает Блоков: российские стандарты во многом оказались мягче международных и соблюдаться будут лишь на время Игр и подготовки к ним, а у госзаказчиков будет время адаптироваться и научиться по ним работать.

Детали на начальном этапе внедрения новых требований непринципиальны, уверен он, а начинать можно с простых вещей, таких требований довольно много и они мгновенно подействуют: например, при закупке бумаги отдавать приоритет той, где при отбеливании не используется хлор. А при закупке моющих средств для уборки можно было бы отказаться от соединений хлора или фосфора — всего, что вредит водоемам, продолжает Блоков, а древесина должна быть сертифицирована или хотя бы вырублена не в малонарушенных лесах.

«Почему бы и нет?» — комментирует идею сотрудник крупной промышленной компании, это было бы хорошим стимулом для бизнеса, а требования действительно могут быть разнообразными — от поставки товаров, которые могут быть переработаны, до сертификатов о посадке деревьев в случае вырубки подрядчиком леса.

Маргарита Лютова

05.07.2013, 118 (3380) 

 

Найдите десять отличий. Чем ФЗ-44 принципиально не похож на ФЗ-94

Все уже в той или иной степени изучили новый Закон о контрактной системе, ведь с 1 января он вступит в силу, и к этому сроку все государственные и муниципальные заказчики не только должны быть вооружены такими знаниями, но и успеть предпринять целый ряд действий, чтобы привести свою организационную структуру в соответствие с ФЗ-44.

 

КОММЕНТАРИИ СПЕЦИАЛИСТОВ

 

Ольга Анчишкина, начальник инспекции по комплексному контролю и аудиту приобретения товаров, работ и услуг для государственных и общественных нужд Счетной палаты РФ, председатель общественной коллегии НАИЗ, один из разработчиков ФЗ-44:

– Основное преимущество Контрактной системы состоит в том, что ее главная цель – обеспечение нужд общества в товарах, работах, услугах, которые необходимы для решения поставленных перед обществом задач и которые нужно закупать на рынках.

Закон содержит много новаций. Расширена сфера правового регулирования.

Развернутыми и более жесткими стали требования к информационной открытости закупок. Введена ответственность заказчиков за соблюдение норм закона, за обоснованность действий, за общий результат работы. Предусмотрены антидемпинговые меры.

Увеличился и список разрешенных процедур определения поставщика (исполнителя, подрядчика), при этом ограничены правовые возможности закупок у единственного поставщика (исполнителя, подрядчика).

Учтены особенности закупок в сфере науки и образования, культуры и искусства, а также особенности закупок бюджетных учреждений. Новые возможности созданы для обеспечения нужд государства в реализации высокосложных, инновационных проектов.

Это далеко не полный список того, чего раньше не содержало законодательство.

Закон существенно расширяет перечень способов размещения государственного заказа и осуществления закупок. Теперь заказчик вправе использовать следующие способы определения поставщиков, подрядчиков, исполнителей: открытый конкурс, конкурс с ограниченным участием, двухэтапный конкурс, электронный аукцион, запрос котировок, запрос предложений, закрытые способы определения поставщиков, подрядчиков, исполнителей.

 

Сергей Габестро, генеральный директор Национальной ассоциации институтов закупок:

– На мой взгляд, ФЗ-44 лучше, чем ФЗ-94, хотя сравнивать довольно сложно – ведь это абсолютно разные нормативные акты: ФЗ-94 регулирует исключительно процесс, а ФЗ-44 включает целое направление, в котором есть все этапы жизненного цикла: от планирования до утилизации. В ФЗ-44, безусловно, введены новеллы. Например, возможность привлечения экспертов, построения контрактных служб.

Естественно, вступление в силу ФЗ-44 пройдет нелегко. И в этом году всем необходимо потрудиться, потому что 1 января 2014 года наступит скоро. Здесь нужно мобилизоваться всем экспертам, а чиновникам суметь организовать работу экспертных площадок. Они не должны заниматься выстраиванием монополии на знание, а, наоборот, со всеми открыто обсуждать закон, выслушивать все мнения, принимать решения в соответствии с этими мнениями. Необходимо привлекать не только экспертов-теоретиков, но и профессионалов, которые непосредственно осуществляют закупки. Стоит более активно работать с пилотными регионами, как это уже сейчас происходит. Чтобы выдержать баланс, нужно привлекать не только закупщиков, но и отраслевые общественные организации, которые понимают, как работают поставщики.

Безусловно, закон нельзя считать законченным и полноценным, потому что невозможно сразу написать идеальное положение о закупках. Необходима тонкая настройка: сначала закон запускается, потом видно, что в нем не работает. Понимание того, что коррективы закона неизбежны, есть и у представителей власти.

Уже можно говорить, что в тексте закона не отражены некоторые важные моменты, например связанные с борьбой со сговорами на торгах. Когда принимали закон, не учли рекомендации ОЭСР, а Россия будет вступать в ОЭСР в ближайшие годы.

На это надо обратить внимание и внести необходимые поправки в ФЗ-44.

 

Алексей Исаченко, исполнительный директор ОАО «Безоткатные поставки»:

– Мое мнение по поводу Закона о ФКС полностью совпадает с мнением, которого до недавнего времени придерживалось руководство ФАС России. Суть этой позиции следующая: сегодня у нас есть ФЗ-94, который вполне нормально функционирует.

Он конечно же нуждается в небольших доработках, в некотором совершенствовании.

Но, по моему мнению, не стоило затевать подготовку и принятие совершенно нового закона, который перевернет всю систему торгов. Правда, позднее Федеральная антимонопольная служба почему-то изменила свое мнение на этот счет. Можно догадываться почему. Я же по-прежнему категорически не поддерживаю Закон о ФКС. И более того, поскольку мы все-таки компания «Безоткатные поставки», могу от себя добавить, что считаю этот закон коррупционным, поскольку он упрощает получение откатов и взяток для чиновников.

Во-вторых, я считаю, что это некая попытка подстроиться под зарубежную систему, причем попытка абсолютно бездарная.

Чего только стоит служба контрактных офицеров, которую у нас вводят по примеру американцев. Взяли красивое название и абсолютно перевернули смысл. На самом деле контрактный офицер должен заниматься контролем исполнения закона со стороны заказчика. В США так и происходит. У нас же почему-то решили с помощью этой службы дополнительно усилить контроль за поставщиком. Это безумие. Зачем контролировать поставщика, если его и так контролирует заказчик?

Хочу добавить, что и сама работа по Закону о ФКС для поставщика усложняется многократно. Прежде всего, из-за сокращения сроков размещения заказов. Сегодня есть 20 дней при большом заказе, чтобы увидеть и понять, какое оборудование требуется, связаться в случае необходимости со своим производителем, выяснить его возможности и условия поставки.

Затем, если в условиях просматриваются намерения заказчика ограничить конкуренцию (а такие намерения сегодня присутствуют в 99% заказов), можно успеть подготовить мотивированный запрос на этот счет. Сейчас на это время есть, по новому закону времени уже не будет.

 

Александр Строганов, генеральный директор Центра размещения государственного заказа:

– Что и говорить, впечатление от прочтения нового закона неоднозначное, а скорее, тяжелое. Очевидно, что он являет собой результат компромисса заинтересованных сторон.

Показательно, что наиболее ярко «рука» ФАС ощущается в статье про антидемпинговые меры. Похоже, давняя мечта ФАС о централизации начинает сбываться, ведь централизовать все и вся хотели на протяжении всего периода действия ФЗ-94. Но нельзя же без серьезного анализа и исследований административной системы субъектов РФ вводить закон по всей стране.

Нужно оставить в покое сельские школы и больницы – им вообще не нужна эта система! Достаточно оговорить для них порог бюджета, на который не будет распространяться действие закона, но одновременно установить за ними адекватный контроль.

Теперь о начальной цене. Это понятие появилось в закупочном законодательстве России в 2005 году, с принятием ФЗ-94. Ни в ФЗ-97, ни в 305-м Положении, ни в более раннем ФЗ-60 на нее не было и намека. Сегодня же она стала краеугольным камнем в спорах о путях «решения» проблем государственных закупок. Только разве дело в ней?

Один из самых больших минусов – средства, вносимые в обеспечение, все-таки оставили у площадок. Сегодня там аккумулируется около 600 млрд руб., которые размещаются в материнских банках и приносят им серьезный доход. Эти деньги ничем не обеспечены, не вкладываются в долгосрочные программы. Похоже, банки свои интересы отстояли и потирают руки.

Из положительных моментов хотел бы отметить расширение ведомственного контроля. В частности, возвращается контроль казначейству, что правильно. Ведь пока что контролируется лишь процедурная часть, а что происходит при исполнении контракта, при оплате – никому не ведомо.

Но теперь, как никогда, становятся необходимы методики контроля. За время действия ФЗ-94 они так и не были выработаны, отсюда и диаметрально противоположные решения, которые выносятся не только в рамках работы различных контролирующих органов, но и территориальных подразделений одного органа.

Объединенная редакция изданий

Мэра и Правительства Москвы

11.06.2013

 

Штрафы за нерадивость

Минюст предлагает ужесточить ответственность за неисполнение госконтрактов и расширить список отвечающих за нецелевое расходование бюджетных средств.

За неисполнение условий госконтракта, если это причинило существенный вред интересам государства, надо штрафовать на 5-15% от суммы контракта, а за злоупотребление полномочиями и нецелевое расходование бюджетных средств должны отвечать не только чиновники, но и руководители предприятий, созданных государством и муниципальными образованиями, а также руководители акционерных обществ, контрольный пакет акций которых принадлежит государству. Такие поправки в УК и КоАП подготовили в Минюсте, исполняя распоряжение президента Дмитрия Медведева по итогам совещания в январе 2012 г., посвященного подготовке к Олимпиаде в Сочи. Законопроект опубликован на сайте ведомства для антикоррупционной экспертизы.

Процентные штрафы за существенный ущерб из-за неисполнения обязательств по контракту, заключенному с государством или муниципалитетом, оговариваются дополнением к статье 7.32 КоАП. Какой ущерб считать существенным, должен будет решить суд, отмечается в пояснительной записке к законопроекту. Это, по мнению его авторов, исключит произвольное толкование нормы.

Предложенные Минюстом поправки в статью 293 УК (халатность) вводят ответственность за особо крупный ущерб (от 7,5 млн руб.) от действий или бездействия должностных лиц (штраф до 500 000 руб. либо арест на срок до шести месяцев, в действующей редакции максимальный штраф — до 120 000 руб. либо арест до трех месяцев).

Ввести уголовную статью для нерадивых строителей позапрошлой зимой, когда Медведев инспектировал олимпийскую стройку, предложил ее главный куратор, вице-премьер Дмитрий Козак. Частные компании Козак потребовал наказывать еще и рублем, забирая у них в пользу государства недостроенные объекты. Недовольный результатами инспекции Медведев идею поддержал и прямо на совещании дал поручение подготовить соответствующие законопроекты. Правда, потом, рассказывал кремлевский чиновник, президент немного остыл, в итоге поручение свелось к требованию ужесточить гражданско-правовую ответственность.

В Сочи непосредственно государственных заказов немного, основные заказы размещает госкорпорация «Олимпстрой» и госкомпании: «Газпром», РЖД,ФСК и др. Государственным заказчиком является Росавтодор, отдельно упомянутый в тексте законопроекта, но сообщений об отставании по строительству дорог не было.

Расширенная трактовка понятия «должностное лицо» соответствует международной практике, отмечает директор центра технологий госуправления РАНХ и ГС Владимир Южаков. Если организация распоряжается бюджетными средствами, то должна быть предусмотрена ответственность за возможные злоупотребления, считает он. 

Государство пытается грубо вмешаться в гражданско-правовые отношения, полагают в Центре размещения государственного заказа. Сейчас закон, регулирующий порядок госзакупок, оставляет размер штрафных санкций за просрочку исполнения на усмотрение участников сделки. По закону они не могут быть меньше одной трехсотой от ставки рефинансирования ЦБ, хотя бывают и случаи, когда они составляют до 100% от стоимости заказа. На самом деле с задержкой исполняется значительное количество контрактов, но в подавляющем большинстве случаев стороны предпочитают договариваться. Теперь заказчик, не пожаловавшийся на просрочку контракта, сам рискует получить обвинение в халатности.

Анастасия Корня
Максим Товкайло

11.04.2013, 63 (3325)

 

Новый закон о госзакупках будет не намного лучше старого

Воровство, бестыдство и обман - фирменные черты российской системы государственных закупок, что признают сами чиновники и контролирующие их органы. Казна переплачивает втридорога, государство получает некачественные услуги и товары, честный бизнес не может прорваться на перспективный и большой рынок.

Новый закон, который Госдума примет в пятницу в третьем чтении, по твердым заверениям властей, призванный извести все особенности национальных госзакупок, не сильно отличается от старого. После того, как чиновники и депутаты внесли в проект больше 500 поправок, он превратился в тоже, чем был и печально знаменитый 94-ФЗ, - компромисс между прекрасными намерениями и суровой реальностью.

Ключевые элементы архитектуры закона о Федеральной контрактной системе (ФКС,) о которых настойчиво говорили в Минэкономразвития, смягчены, отложены или отданы на откуп правительству, которое по своему усмотрению сможет устраивать общественные обсуждения и выбирать площадки для электронных торгов. Забрать у чиновников деньги тоже не получилось - Казначейство будет контролировать госзакупки, но не будет иметь никакого отношения к деньгам, оборачивающимся на электронных площадках.

История вопроса

 

  • В 2005 г. был принят написанный Федеральной антимонопольной службой пресловутый 94-ФЗ, с 2011 г., все закупки стали публиковать на едином сайте.
  • Закон постоянно критиковали и чиновники, и бизнес. С одной стороны, документ регулирует только систему размещения заказа, но не контролирует результат и позволяет проводить конкурсы под конкретного поставщика, с другой, по 94-ФЗ очень трудно заказывать, например, произведения искусства или научные разработки, потому что главный критерий выбора поставщика - цена.
  • В ноябре 2010 года президент Медведев поручил разработать новый закон. Этим вопросом занялись ФАС и Минэкономразвития, но ведомства не смогли прийти к компромиссу и написали два разных документа. ФАС усовершенствовало 94-ФЗ, министерство написало закон о федеральной контрактной системе, имея ввиду, что закон создаст принципиально новую систему госзакупок полного цикла.
  • В правительство в конце сентября 2011 года внесли оба законопроекта - и ФАС, и Минэкономразвития, - на совещании у премьера Путина решение было принято в пользу ФКС. Первое чтение в Госдуме законопроект прошел в июне 2012 года.
  • Второе чтение переносилось несколько раз из-за разногласий с кремлевскими юристами. В послании Федеральному собранию 12 декабря Владимир Путин попросил принять закон о ФКС как можно быстрее, в январе 2013 года об этом же депутатов попросил Медведев.

     

Между первой и второй

  • Главное изменение, которое вводит Федеральная контрактная система - контроль за госзакупками на всех этапах от планирования до реализации. В отличие от 94-ФЗ, который регламентировал лишь строгую процедуру закупки товаров и услуг, новая система должна была сделать публичными планы госструктур по закупкам на несколько лет вперед и ввести ответственность за результаты торгов, их аудит и приемку.
  • После первого чтения законопроект подвергся серьезным изменениям, превратившись в неубедительный компромисс между ФАС, Минэкономразвития, администрацией президента и бизнесом.
  • Изменилось даже название закона, теперь он называется "О федеральной контрактной системе в сфере закупок товаров, работ и услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд".

Контроль и учет

  • Правительство о последней версии закона не только утвердит порядок отбора площадок, но и их число по итогам отбора. Эта норма позволит не допустить "размывания" закупок по неограниченному числу площадок, считает Минэкономразвития.
  • Учреждениям культуры, которые всегда испытывали трудности, работая с 94-ФЗ, разрешили использовать конкурс с ограниченным участием (выставлением высоких требований к компании) для реставрации объектов культурного наследия, музейных предметов и музейных коллекций, документов Архивного фонда, особо ценных и редких документов, входящих в состав библиотечных фондов.
  • Двухэтапный конкурс ввели для научных исследований, проектных работ, экспериментов по созданию инновационной продукции и для создания произведения литературы или искусства или их исполнения. При этом ко второму этапу допускаются все желающие.
  • Несмотря на слухи, общественное обсуждение не было удалено из закона. Для отдельных закупок оно обязательно. Их перечень устанавливает правительство. Муниципалитеты и регионы смогут включать в этот перечень дополнительные условия закупок. По результатам обсуждения могут быть внесены изменения в планы закупок, планы-графики, документацию о закупках.
  • Общественный контроль в целом осуществляют граждане, общественные объединения и НКО. Они могут направлять свои предложения и жаловаться в правоохранительные органы и суд. В 2014 и 2015 годах обязательное общественное обсуждение закупок проводится в случае, если цена контракта превышает миллиард рублей.
  • Можно заключать контракты "жизненного цикла" в случаях, установленных правительством. Цена будет устанавливаться исходя из расходов на поставку, обслуживание, ремонт и утилизацию объекта закупки.
  • Открытый конкурс теперь должен проводиться в 20, а не 30 дней. Если он признан несостоявшимся, то срок продлевается сначала на 5, потом на 10 дней при увеличении цены на 10 %. Только после этого можно заключить контракт с единственным участником конкурса.

Слушать закупки

Централизовать систему закупок власти хотели, чтобы упростить покупку товаров и услуг для школ, больниц или детских садов на уровне регионов или муниципалитетов. Передача полномочий позволит не проводить множество одинаковых процедур. Ко второму чтению появилось несколько способов централизации:

  • Главенствующее учреждение для подведомственных может определять поставщика;
  • Оно может выбрать поставщика, заключить контракт и принимать результат;
  • Выбрать среди подведомственных учреждений одно или несколько, которые будут определять поставщика или даже заключать контракты и принимать результаты.
  • До 1 января 2016 г. централизация закупок является правом органов власти, а с 1 января 2016 г. - обязанностью.
  • Бюджетные учреждения также смогут пользоваться законом о закупках госкомпаний (223-ФЗ), если они собираются раздать полученные ими гранты или заработанные деньги, а не средства из казны.
  • Регионы и муниципалитеты самостоятельно могут утверждать, как вести планы закупок и что туда включать. Это позволит учитывать специфику регионов, но основа у документации будет единой.
  • Изначально все госструктуры должны были расписывать закупки на три года, а теперь и на год - в зависимости от особенностей бюджетного планирования муниципалитетов и регионов.

Контроль закупок

Долгое время стороны не могли решить, кто из ведомств что именно будет контроливать. Планировалось, что это определит правительство дополнительными подзаконными актами, но к итоговому чтению появился такой вариант:

  • ФАС отвечает теперь за все законодательство, за исключением контроля, отнесенного к компетенции других органов;
  • Федеральное казначейство, финансовые органы регионов и муниципалитетов - за соответствие всех сведений об объемах финансового обеспечения и идентификационные коды закупок,
  • Органы внутреннего финансового контроля - за законность исполнения расходов бюджетов, достоверность их учета, обоснование максимальной цены контрактов, применение заказчиком мер ответственности к поставщику, за учет принятых товаров и услуг.
  • Государственные органы, "Росатом", органы управления государственными внебюджетными фондами, муниципальные органы ведут ведомственный контроль за заказчиками, а заказчики обязаны контролировать своих поставщиков.

Ольга Анчишкина, один из авторов законопроекта о ФКС, начальник инспекции по комплексному контролю и аудиту приобретения товаров, работ и услуг для государственных и общественных нужд Счетной палаты

Между первым и вторым чтением текст закона, действительно, существенно изменился.

Есть утраты: потеряли полноту и замкнутость закупочного цикла, что общеизвестно. Есть приобретения: удалось отчасти интегрировать положения об эффективности закупок, направленности их на достижение конечных целей государственных программ, а не на освоение бюджетных средств. Главное в том, что ФКС состоялась: законодатель согласился с системным и ориентированным на результат подходом к публичным закупкам. Приняв его логику, мы получили шанс впоследствии выправить сложившуюся ситуацию и постепенно, поэлементно достроить нынешние хаотичные покупки до работоспособной системы управления контрактацией.

Мне кажется, преждевременно говорить о централизации. Пока не осуществлено самоопределение по более простым субъектам, к примеру, по заказчику. Кто такой заказчик? Это - субъект бюджетного процесса, получатель бюджетных средств? Если так, то каждый получатель бюджета теоретически имеет право контрактовать миллиарды самым непрофессиональным образом. А нам уже известно, что заключение контрактов - такая же самостоятельная и специфичная профессия, как бухгалтер, к примеру. Где проходит граница между заказчиком и профессиональным закупщиком - контрактной службой (контрактным управляющим). Если мы видим закупщика профессионалом, то зачем расходуем бюджетные средства на специализированные организации, параллельно выполняющие функции заказчика. Если мы укрепляем ответственность закупщика (или заказчика? - пусть кто-то попробует не запутаться), то почему на этапе реализации контракта мы привлекаем банки-агенты, берущие за бюджетный счет полномочия контролю выполнения контракта. Разве способность проконтролировать исполнение контракта не является необходимым условием для обладания правом на его заключение? И можно продолжить… и это только по атомарному понятию заказчик.

Вопросы общественного контроля прямо связаны с определением прав, обязанностей, функций, да и самого состава субъектов контрактной системы. Речь идет об игроках на поле ФКС. Кто нападающий, кто защитник, есть ли судья, и стоит ли вратарь в воротах? Для обеспечения эффективности норм, закон должен исходить и полагаться на понятную и непротиворечивую расстановку. Иначе кто-то из важнейших игроков может оказаться вне игры. Или игра пойдет по типу крикета в "Алисе".

Выскажу личное мнение, как эксперт. На мой взгляд, ряд принципиально устаревших подходов и ненужных формальных технологий из 94-ФЗ, а также из практики поверхностного процедурного контроля за размещением заказов - перекочевал в новый закон. Представляя закон в Государственной Думе, со стороны профильного комитета было отмечено, как много времени ушло у комитета на согласование конфликтных позиций и сколько усилий положено на интеграцию различных мнений. Что ж, комитетом было дано лучшее из возможных описаний сегодняшней конструкции ФКС: все, даже противоречащие друг другу предложения и взаимоисключающие подходы, нашли место в финальной редакции ФКС.

Александр Строганов, Центр размещения государственного заказа

Впечатление от прочтения нового варианта закона крайне тяжелое. Наглядно видно, что это результат компромисса заинтересованных сторон. Причем, если Минэкономики оперирует международным опытом в спорах, то ФАС, несмотря на то, что наворотил 94-ФЗ, упорно пытается запихать его в ФКС. Очень мощное их лобби ощущается, они заинтересованы в том, чтобы продолжался бардак.

Во-первых, "рука" ФАС ощущается в статье про антидемпинговые меры. Такого термина вообще нет в российском законодательстве. ФАС это касаться не должно. Их дело - монопольно низкая цена. Все эти меры вокруг демпинга давно решены. Во всем мире нет такого понятия как начальная максимальная цена. И у нас до 94-ФЗ не было начальной цены.

Давняя мечта ФАС о централизации начинает сбываться. Принимали 94-ФЗ, и еще тогда хотели все централизовать, но заказчики оказались не готовы к работе с законом вовсе. Тогда договорились, что можно создать единое министерство с сотней специалистов, но у каждого региона свой подход. Где-то предложенные методы централизации применимы, а где-то нет. Они должны отдаваться на откуп субъектов и муниципалитетов. Глупо представлять, что деревенские школы проводят закупки сейчас через сайт, им вообще не нужна эта система, и их необходимо оставить в покое. Оговорите порог бюджета, который мелкие образования могут тратить сами по своему желанию.

Возвращается контроль казначейству, что правильно. Но теперь нужно писать тщательно методики контроля. Иначе через полгода все смешается, и начнутся споры между ведомствами или перекидывание ответственности.

Самый большой минус - что средства обеспечения контрактов все-таки оставили у площадок. Там аккумулируется 600 млрд.руб., и это бессовестное зарабатывание на воздухе. Как будто у нас инфляция маленькая и надо ее накрутить. Эта сумма появляется из воздуха и ничем не обеспечена. Но банки свои интересы отстояли, площадки потирают руки.

ФКС и 94-ФЗ срослись, и 94-ФЗ его подавил. Интересы ФАСа пролоббированы сильно, идея ФКС подавлена. Очень много пунктов, которые придется дописывать или дорабатывать, например, ту же отсылку к 223-ФЗ бюджетных учреждений, когда сам он сырой.

Сергей Габестро, Национальная ассоциация институтов закупок (НАИЗ), портал Fabrikant.ru

Главное на сегодня изменение в том, что заказчик, если в самом деле настроен на эффективную работу, имеет право проводить ее в электронном виде. Это может реально влиять на эффективность. Конкуренция действительно будет расти, если заказчик того желает.

Площадки, которые работают с государственным заказом, теперь должны будут делиться доходом, полученным от участников заказа, которые заплатили обеспечение. Хотя радоваться этому все равно, что тому, что у соседа корова сдохла. В то же время эти средства останутся у площадок и не будут переводиться в казначейство, но большое количество экспертов выступали противниками этой идеи. Из-за этого возникло много возможностей для коррупционной мотивации заказчиков для того, чтобы они ограничивали конкуренцию. Эти же площадки лоббировали отмену банковских гарантий, но Минэкономразвития удалось отстоять эту позицию. Это прекрасно, так как не придется вымывать их из оборота предприятий и использовать живые деньги.

В целом 94-ФЗ был настроен на то, чтобы выдавливать производственные предприятия с рынка госконтракта. Сейчас есть шанс на исправление ситуации. Это еще не тенденция, но чувствуется озабоченность чиновников по этому поводу.

Тема централизации, создания отдельного закупочного органа крайне важна, но я думаю, в ближайшее время к ней возвращаться не будут. Возможно, потребность в нем появится у Минфина, ФАС, Минэкономики и Казначейства в 2014 г., когда отрасль дозреет до отдельного регулятора. Сама ФКС стала компромиссом между Минэкономики и ФАС, но все равно очень много нового в законе, и, если это и потомок 94-ФЗ, то он намного шире.

Иван Бегтин, проект OpenGovData.ru, НКО "Информационная культура", Открытое правительство

С точки зрения общественного контроля, положительный аспект в том, что введен ряд обязательных для обсуждения закупок и контроль со стороны муниципалитетов и регионов, но закон прописывает это крайне недетализированно. Многое будет зависеть от подзаконных актов.

Некоторые опасения вызывает пункт о том, что общественные объединения, осуществляющие общественный контроль, обязаны сохранять конфиденциальность информации, которую они получили в ходе контроля. Также есть некие риски в том, что НКО можно обжаловать через суд результаты торгов. Это может привести к тому, что появится большое количество некоммерческих организаций по контролю за госзаказом, которые захотят шантажировать и участников, и поставщиков.

Проводить обсуждение дорогих закупок чуть меньше, чем совсем бессмысленное занятие. Дело в том, что все крупные, да и некрупные контракты проходят сложную систему согласований вплоть до правительственных комиссий, их ТЗ визируется на уровне замминистров. И что же - после того, как замминистр заверил, отменять? Тогда и его самого уволить надо. К тому же все закупки от миллиарда очень сложные, там очень узкий рынок, и их отмена - это всегда либо популизм, либо борьба кланов, но чаще второе. Большинство граждан просто не понимают их.

Крайне нужная поправка, которую давно ждут, касается централизации. Идея шла от регионов, чтобы закупки школ делать от департаментов образования, а на саму школу снизилась нагрузка. Централизация потребует сокращений в подведомственных учреждения и рост штата в органах власти, поэтому до 2016 года продлен переходный период.

Переживать за электронные площадки, которые теперь должны возвращать прибыль участникам торгов, не стоит. Они имеют много других возможностей для заработка. Во-первых, у них большие базы данных. Во-вторых, необходимо вернуть оплату за проведение аукциона. В-третьих, зарабатывают не площадки, а банки, и из-за этого среди площадок и конкуренции у нас сейчас де-факто нет. Вместо них есть банки, которые ими прикрываются.

Ко второму чтению законопроект о ФКС стал в каких то вопросах удобнее, вроде долгосрочных контрактов или высокотехнологических закупок, если они все таки будут прописаны и приняты. Идентификационный код - это тоже правильно и удобно. Он нужен для уникального определения закупок во всех госсистемах, это позволяет унифицировать их ведение и удобным образом ссылаться.

В то же время серьезные минусы в законе все еще остаются. Во-первых, у ФАС остались полномочия по регулированию. Все еще отсутствует системный подход к регулированию субконтрактов, отсутствует увязка с электронным бюджетированием. В целом документ все еще слабый.

Александр Бойко, Электронная торговая площадка B2B-Сеnter

Было бы правильно все-таки передавать финансовое обеспечение участников торгов Федеральному казначейству. Операторы к этим деньгам никакого отношения не имеют и не должны их хранить. Это дано им на откуп за то, что цены процедуры проведения торгов очень низкая. Они по идее не имеют право использовать залоговые деньги в обороте - ни размещать, ни продавать.

Обобщая, можно сказать, что ряд поправок в целом целесообразны, но сами по себе недостаточны, поскольку не разрешают ключевые проблемы госзаказа: личную ответственность чиновников за эффективность закупок, расширение инструментария, в том числе электронного при проведении закупок. А также нет в законопроекте критерия оценки эффективности закупок.

С точки зрения бизнеса законопроект существенно не изменился. Потому что в нем не предлагаются новые механизмы, облегчающие доступ малого и среднего бизнеса к торгам (за исключением введения норматива о 15% доли участия малого бизнеса).

Мне кажется целесообразным перевод большинства закупочных процедур в электронную форму, что повышает прозрачность торгов и возможности контроля. В начале обсуждения законопроекта было много сторонников электронной формы проведения закупок. Жаль только, что в качестве единственного электронного способа все еще фигурирует электронный аукцион, который так и будет проходить на пяти отобранных площадках.

Кирилл Степанов, Департамент развития федеральной контрактной системы Минэкономразвития России

По вопросу ограничений при отборе электронных площадок мы получили замечание от правового управления администрации президента, по которому необходимо установить критерии для отбора будущих операторов электронных площадок. В настоящее время работают те площадки, которые были отобраны на основании приказа Минэкономразвития. С ними было заключено соглашение, в котором содержатся функциональные и технологические требования.

В рамках законопроекта о ФКС мы поднимаем уровень принятия решений о ФКС до правительства. Оно будет устанавливать порядок и условия отбора новых операторов, а в рамках установления этого порядка и формы отбора и будут установлены критерии под задачи ФКС. Было предложение установить критерии на законодательном уровне, но жизнь меняется, и требования тоже меняются. У правительства теперь будет возможность гибко подойти к этому отбору.

Ирина Кузнецова, Институт по ресурсному обеспечению управления закупками и продажами для государственных и муниципальных нужд

Произошло кардинальное сближение законопроекта с 94-ФЗ, а с учетом что и в первом чтении закона процедуры закупок являлись абсолютной калькой с 94-ФЗ, доказавшего свою неэффективность, говорит о том, что через 5 лет снова будет кто-то писать закон о госзакупках.

Принципиально важные изменения по субъектам, на которые распространяется действие закона - теперь это и бюджетные учреждения. Принципиально важно ограничение случаев применения запроса предложений, он фактически из повторной конкурентной процедуры в случае несостоявшихся торгов превратился в способ закупки, доступный немногим и в очень ограниченных случаях. Третье принципиальное откровение - ведомственная централизация, во-первых, уже проходили в Советском Союзе, во вторых, будет обратный эффект - никакой экономии на объеме, огромные трансакционные издержки, поставщики, которые поставляют потребителю товары, которые не соответствуют потребности. В общем все огрехи госснаба, дублированные по количеству ведомств.

Антидемпинговый механизм - полтора обеспечения контракта - снизит и так невысокую конкуренцию, что тоже не вызывает восторга, но не уберет однодневок и рейдеров - они все равно об истинном объеме издержек контракта не подозревают, им и демпинг и полтора обеспечения - все будет "в кассу".

Общественный контроль в таком варианте можно было и не писать - так как он регулируется и иными законами (например об общественных организациях)

Антон Емельянов, генеральный директор ОАО "Единая Электронная Торговая Площадка"

Новый законопроект касается практически всех больных точек 94-ФЗ. Он крайне эффективно прорабатывает механизмы и предоставляет больше инструментов заказчику, при этом не теряя в процедурной части, не создает новых дыр, но создает много больше степеней свободы для проведения закупок. В целом, что касается правко, то законопроект стал лучше и открывает значительные перспективы для повышения качественной конкуренции в отрасли. Если 94-ФЗ уже в конце своего срока начал создавать много мнимой конкуренции, то ФКС призван исправить данную ситуацию и повысить долю вывести качественной конкуренции.

На нашей работе принятый во втором чтенни законопроект отразится исключительно положительно, а именно потенциальным расширением бизнеса площадки. На данный момент сфера нашего бинса была ограничена только одним типом процедур, которая не является эффективной в ряде отраслей. ФКС позволит нам проводить много больше типов процедур, что априори обозначает увеличение доли присутствия на рынке и расширение бизнеса вцелом.

Например конкурсы, которые мы не могли проводить ранее. После принятия закона и вступления его в силу мы сможем привлеч на площадку значительную часть рынка госзакупок на конкурсной основе, соответственно с новыми финансовыми вливаниями.

Что касается вопроса о возвращении части средств с прибыли от финобеспечения участников торгов, то это абсолютно справедливо. Фактически ФКС вывод закупочные процедуры на новый уровень, а именно переводит процесс закупочной деятельности к более рыночной модели. Закон фактически перераспределяет тарифную сетку площадок. Вполне возможно повышение тарифов, но при этом дивиденды (часть прибыли) будет возвращена участникам.

Финмаркет

21.03.2013

  

Новации с инновацией

В центре внимания выставки «Госзаказ-2013» — закупки инновационной продукции.Тема — архиважная, особенно накануне принятия закона о Федеральной контрактной системе (ФКС), а поразмышлять над ней нам помогли эксперты — специалисты в области размещения государственного и муниципального заказа.

НУЛЕВОЙ ЭФФЕКТ ОТ ЭКОНОМИИ

Представленные мнения экспертов единодушны: экономия в закупках подменила их эффективность. На сегодняшний день даже нет понятия «инновационная закупка». Законопроект о ФКС мало продвинулся по этому пути. Различные ведомства подзаконными актами стараются заполнить законодательные пробелы в этой сфере, но делают это не всегда успешно.

О «застое» в сфере инноваций свидетельствует информация из правоохранительных органов, контролирующих отрасль госзакупок. В настоящее время невозможно выделить из общей массы дел по государственным и муниципальным заказам материалы, связанные с заказом инновационной продукции или технологий. Отдельного учета подобной категории пока даже не предусмотрено, какие-либо уголовные дела не возбуждались. В настоящее время прокуратурами города начата работа по выявлению нарушений 223-ФЗ, но практика эта незначительна.

Василий Жуков, руководитель правового отдела Тендерного комитета Москвы:

— Закупки инновационной продукции регулируются постановлением Правительства Москвы от 24.02.2012 № 67-ПП « О системе закупок города Москвы» (далее — Положение о закупках) и постановлением Правительства Москвы от 27.02.2012 № 68-ПП « Об утверждении Порядка формирования начальной (максимальной) цены государственных контрактов и гражданско-правовых договоров при размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг, финансирование которых осуществляется с привлечением средств бюджета города Москвы».

Так, согласно Положению о закупках, заказчики при формировании плана-графика заказов и внесении сведений о процедурах в соответствующую подсистему ЕАИСТ должны отводить не менее 5% в год на заказы на поставку товаров, выполнение работ, оказание услуг, при производстве (выполнении, оказании) которых используются приоритетные продукты и технологии, включенные в перечень, сформированный Департаментом науки, промышленной политики и предпринимательства Москвы (ДНПиП) и размещаемый на официальном сайте указанного департамента.

Департаментом НПиП установлен порядок формирования указанного перечня с учетом необходимости участия в его составлении соответствующих экспертов и представителей заинтересованных органов исполнительной власти, входящих в состав Комиссии по определению приоритетных продуктов и технологий, используемых в отраслях городского хозяйства (приказ ДНПиП Москвы от 19.03.2012 № П/12-17 «О Перечне приоритетных продуктов и технологий, используемых в отраслях городского хозяйства»). Состав и порядок деятельности Комиссии по определению приоритетных продуктов и технологий, используемых в отраслях городского хозяйства, также устанавливаются Департаментом науки, промышленной политики и предпринимательства города Москвы.

Основными проблемами в сфере инновационной продукции являются недостаточная поддержка бизнеса в инновационной сфере со стороны государства и отсутствие спроса на продукцию инноваторов.

ФКС предлагает новую систему и процедуры проведения государственных закупок, которые обеспечат более высокое качество выполнения заказов. Закон о ФКС должен стать одним из ключевых законодательных механизмов увеличения спроса на инновационную продукцию, поэтому одним из принципов контрактной системы в сфере закупок является стимулирование инноваций. Заказчики, уполномоченные органы, уполномоченные учреждения при планировании и осуществлении закупок должны исходить из приоритета обеспечения государственных нужд путем закупки инновационной и высокотехнологичной продукции.

Андрей Храмкин, директор Института подготовки кадров для системы государственных и муниципальных закупок Российской академии государственной службы при Президенте Российской Федерации (Институт госзакупок РАГС):

— Проблематика закупок инновационной продукции в Российской Федерации в настоящее время упирается в саму идеологию действующей системы госзакупок. При всех достоинствах Федерального закона 94-ФЗ во главу угла поставлена цена. Причем самое примитивное ее понимание — цена покупки, без учета стоимости обслуживания и эксплуатации. Однако инновационная продукция по определению дороже обычной продукции, имеющейся на рынке, а значит, государство само ставит барьеры и фактически запрещает ее покупать.

В большинстве развитых стран государство создает условия и предпринимает конкретные шаги, направленные на стимулирование инновационного развития экономики, в том числе делает это и через систему госзакупок. Меры разные, но подход общий — закупки инновационной продукции выделены в отдельную категорию закупок, к которой применяются особые условия.

Сергей Картаев, председатель Комитета по инновациям НП Национальной ассоциации институтов закупок (НАИЗ):

— Сегодня закупки регламентируются Федеральным законом № 94-ФЗ, на смену которому идет закон о ФКС, и Федеральным законом № 223. Ни один из этих законов, включая проект закона о ФКС, не дает определения инновационной продукции. В 94-ФЗ понятие «инновационная продукция» отсутствует вовсе. Согласно 223-ФЗ, «критерии отнесения к инновационной продукции и (или) высокотехнологичной продукции устанавливаются федеральными органами исполнительной власти». Пока эти критерии не установлены. Проект закона о ФКС предусматривает, что перечень случаев отнесения к продукции инновационного характера устанавливается Правительством РФ. Все существующие определения предусматривают новизну свойств такой продукции и ее экономическую эффективность. Например, постановление Правительства Москвы от 07.09. 2010№784-ПП «О реестре инновационной продукции субъектов малого и среднего предпринимательства Москвы»: «1.3. В настоящем Положении под инновационной продукцией (инновацией) понимаются внедренные результаты научно-технической деятельности в виде продуктов и услуг, имеющие качественной характеристикой абсолютную или относительную научно-техническую новизну, выходящую за пределы усвоенных традиций в прикладной области использования, и имеющие экономическую эффективность реализации, превышающую среднерыночный уровень. Основными признаками инновации в условиях рыночного хозяйствования выступает новизна ее потребительских свойств…» Комитет по инновациям НАИЗ предлагает при определении инновационной продукции сделать акцент именно на экономическую эффективность.

Инновационная продукция — это продукция, применение которой позволяет заказчику получить требуемый целевой эффект при затратах кратно ниже, чем при использовании традиционной продукции, сохранив стандарты безопасности.

Стоит подчеркнуть, что сопоставлять надо не цену продукции, а именно стоимость достижения целевого эффекта. Такое сопоставление может быть объективным только в ходе инновационной закупочной процедуры, в которой инновационная продукция предлагается наряду с традиционной. Заказчикам не нужна инновационная продукция только потому, что кто-то определил, что она инновационна.

К сожалению, многим представляется, что, для того чтобы стимулировать закупку инновационной продукции, достаточно установить норматив: закупка инновационной продукции должна составлять не менее 20% от общего объема закупок. Если такой норматив будет установлен, то госзаказчики и компании с государственным участием вынуждены будут его выполнять. И неважно, сколько такая продукция стоит, оправданна ли замена на нее традиционной продукции.

Заказчикам нужна продукция, которая обеспечивает решение его производственных и хозяйственных задач, что позволяют сделать традиционные технологии. Инновационная же продукция может повысить эффективность решения задач, и она нужна тем заказчикам, которые заинтересованы в повышении эффективности своей работы. Замечу, что речь идет не об абстрактной инновационной продукции, а конкретной — повышающей эффективность работы конкретного заказчика. Закупка, к примеру, инновационного двигателя, легко запускающегося при температуре -50 °С, вряд ли будет целесообразна для заказчиков в южных регионах России.

Действующее законодательство не стимулирует закупку инновационной продукции, но и не препятствует ей. Если заказчик намеревается закупить инновационную продукцию, он может это сделать. В проекте закона о ФКС даже предусмотрены дополнительные возможности для проведения таких закупок: применение конкурсов с предквалификацией и двухэтапных конкурсов.

Главное — принять решение о том, что надо отказаться от традиционной закупки в пользу инновационной. Есть ли у заказчика понятная и прозрачная процедура принятия такого решения? Этот вопрос не возникает при проведении инновационной закупки, в которой инновационная продукция предлагается наряду с традиционной.

Какая продукция предпочтительнее, определяется в ходе самой закупки по понятным прозрачным правилам. При такой закупке требования к продукции и поставщикам, порядок оценки представленных предложений сформулировать сложнее, чем при традиционной. Но именно такая закупка создает условия для повышения эффективности работы заказчика и стимулирует разработку инновационной продукции.

Чтобы упростить заказчикам подготовку и проведение инновационных процедур, Комитет по инновациям НАИЗ начал работу по разработке силами профессионального сообщества методики проведения инновационных закупок. К этой работе мы привлекаем представителей компанийзаказчиков, компаний — поставщиков инновационной продукции и государственных органов. Надеемся, что московские заказчики, поставщики и Правительство Москвы примут активное участие в этой работе.

Александр Строганов, генеральный директор Центра размещения государственного заказа:

— «Инновационная продукция» — это словосочетание стало очень модным за последние несколько лет. Об инновациях говорят, пишут, и создается впечатление, что они существуют. В законодательстве же термин « инновационный» если и упоминается, то весьма расплывчато. Например, в Федеральном законе от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц», согласно которому план закупки инновационной продукции размещается заказчиком на официальном сайте на период от пяти до семи лет. Критерии же отнесения товаров, работ, услуг к инновационной продукции устанавливаются федеральными органами исполнительной власти, осуществляющими функции по нормативно-правовому регулированию в установленной сфере деятельности.

Но однозначно сказать, какую все-таки продукцию подразумевать под инновационной, пока не может никто. Единственное, в чем можно быть уверенным, так это в том, что такая продукция должна быть лучше и экономически эффективнее. Что такое «лучше» — не вполне ясно, все-таки критерий максимально субъективный, зато должно быть все понятно с «эффективностью». Должното должно, но в России, по крайней мере в сфере госзакупок, произошла полная подмена понятия « эффективность» на «экономия». Поэтому получился своеобразный казус: продукция должна быть лучше и дешевле. Учитывая специфику нашей аукционной системы размещения заказов, получается нечто вообще невообразимое. Прямо по теории: «Дешево, быстро, качественно! Можете выбрать любые два показателя».

Наглядную иллюстрацию подхода к отнесению продукции к разряду инновационной недавно продемонстрировало МЧС России. В соответствии с 223‑ ФЗ, ведомство выпустило приказ от 14.12. 2012 № 768 «Об утверждении критериев отнесения товаров, работ, услуг к инновационной продукции и ( или) высокотехнологичной продукции для целей формирования плана закупки такой продукции».

Увы, и здесь инновационность описывается лишь общими, порой весьма неопределенными характеристиками: «потребительские свойства товара должны быть улучшенными, обладать положительным экономическим эффектом реализации товаров, работ, услуг, должны иметь прикладной характер и практическое применение и проч.» В общем, должны быть «лучше»...

Тем не менее, несмотря на всю неопределенность, периодически, порой даже на уровне первых лиц, напоминается о необходимости стимулировать спрос на инновации, в частности, через госзаказ. Методы предлагались различные. Например, вывести закупки такой продукции из-под действия Закона о госзакупках и разрешить регулировать их правительству. При этом не разъяснялось, какие товары, работы и услуги относятся к инновационным.

Повторю, до недавнего времени законодательного определения инноваций и их критериев в России не было, впрочем, необходимо отметить, что и нынешние определения тождественны их отсутствию. Есть терминология Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), которая применяется в российской статистике уже 15 лет. В соответствии с этой терминологией, инновационным продуктом считается товар, который выпускается не более трех лет и сильно отличается по сравнительным характеристикам от уже существующего. Безусловно, это слишком общее определение, его нужно конкретизировать, поскольку многое будет зависеть от критериев. Они должны быть предельно четкими, ведь у нас умеют обосновывать что угодно и представят иновационным товаром, например, « Жигули» с незначительно усовершенствованным двигателем. Это не составит никакого труда.

Конечно, проблема стимулирования инноваций через госзаказ во многом надуманная, но даже если случится технологический прорыв и инновации станут реальностью, а система госзакупок останется прежней, россияне еще долго не заметят широко разрекламированной модернизации и инноваций в школах, больницах, детских садах, сфере ЖКХ, строительстве.

Александр Гладков, заведующий сектором общественных и корпоративных закупок федерального бюджетного научного учреждения Институт макроэкономических исследований ( ФБНУ ИМЭИ):

— Инновационное — это то, чего раньше не было. Если раньше не было, значит, госзаказчик не знает о такой возможности и закупку не планирует. На вопросы, что обеспечивает государственная и муниципальная закупка, есть ответ: офисные нужды аппарата и обеспечение им государственных или муниципальных услуг населению.

В офисных потребностях инновационно перейти с бумажного на электронный документооборот. Остальное — это улучшение существующих технологий. А что это в обеспечении населения? Водо-, тепло-, электроснабжение, транспорт, канализация, связь, образование, безопасность.

Что здесь ждать инновационного: замена чугунных труб на металлокерамику? Беспроводная сотовая связь? Камеры наблюдения на перекрестках с быстрым реагированием спецслужб? Или это тоже лишь улучшение технологий?

Характер и объемы услуг при этом разнятся по уровням управления: безопасность страны и ее транспортное обеспечение — уровень федеральный, тепло в квартирах — муниципальный.

После всех «размораживаний» населенных пунктов за прошедшую зиму муниципалитеты обеспокоены заменой труб, договорами с градообразующим предприятием — единственным держателем единственной котельной. Может, здесь есть место для инновационных решений? О замене систем теплокоммуникаций с колоссальными энергопотерями на индивидуальные средства отопления твердят ученые эксперты уже несколько лет. Иными словами, инновации в коммунальном хозяйстве нужны. Но надо ли это госзаказчику? А может ли он это закупить? Ни бюджетная система с жестким закреплением статей расходов, ни система госзакупок этого ему не позволят.

Федеральный закон № 94-ФЗ требует отклонить заявку, не соответствующую заданию заказчика. А как заказчик может сформулировать неизвестное ему решение? В рамках действующих правил — вряд ли.

Проект ФКС «продолжает» этот недостаток. Мировая практика настойчиво требует от заказчиков учитывать в технических заданиях природоохранные, ресурсо- и энергосберегающие вопросы. Заявки, не учитывающие или в недостаточной мере учитывающие эти аспекты, по закону, надо отклонять. Как говорится, инновации должны закупаться инновационно.

Игорь Власов, ведущий специалист Единого центра госзаказа:

— Несмотря на то что в данный момент на законодательном уровне установлен минимальный 5%-ный лимит для участия в государственных контрактах инновационных продуктов, к сожалению, в самом законодательстве Российской Федерации не заполнен пробел определения общих критериев и признаков, по которым можно было бы дифференцировать инновационную деятельность от прочей. Да и само определение инновационной продукции на законодательном уровне достаточно условно. Ведь новый продукт — не всегда инновация. Найти отличия инновационной продукции сложно. Для этого требуется время и кропотливое сопоставление большого объема документов, связанных с интеллектуальными, патентными и иными правами. Главное отличие инновационной продукции от иной — коэффициент полезного действия при практическом внедрении.

Конечно, муниципальный и государственный заказчик заинтересован в использовании и применении отечественных наукоемких и иных прогрессивных технологий в своей повседневной работе. Однако приоритета у инноваторов для участия в процедурах госзаказа нет, но заключение научнотехнического совета, приобщенное к конкурсной документации, точно лишним не будет.

В сложившейся ситуации государственным заказчикам приходится в индивидуальном порядке издавать приказы или иные нормативные документы, регламентирующие критерии инновационности. А некоторые заказчики и вовсе размещают планы по закупке инновационных товаров аж на пять лет вперед. Запланировать, как изменится конъюнктура рынка, на такой период достаточно сложно.

Как правило, инновационная продукция должна соответствовать параметрам научно-технической новизны, иметь практическое и прикладное применение, положительный экономический эффект от реализации товаров, работ или услуг, а также в производство товара, выполнение работ или оказание услуг должен быть вовлечен высококвалифицированный интеллектуальный труд. Это зачастую лишь общие характеристики. Ведь только экспертиза может точно подтвердить, насколько представленные технологии первичны и разумны.

В настоящее время между инновационными организациями и заказчиком существует информационный барьер. Заказчик не знает, на что способен исполнитель, и при составлении конкурсной документации руководствуется характеристиками уже существующей продукции. Шаблонные, определенные качественные требования, прописанные в техническом задании, ограничивают возможность участия в реализации государственного заказа организаций с инновационным подходом к решению поставленных задач.

Для того чтобы разрешить сложившуюся ситуацию и разрушить существующие барьеры, необходимо активное участие как бизнес-сообщества, так и государственных учреждений в направлении создания общей базы действующих инновационных предприятий. Эта мера, в потенциале, поможет заказчику уменьшить издержки при расчете сметы, а также откроет новый рынок сбыта для инноваторов.

Бюллетень оперативной информации

"Московские торги" № 4, март 2013 г.

 

Публичная родня

Руководителям госкомпаний придется раскрывать данные о родственниках среди поставщиков. Не решено только, будет ли эта информация общедоступной.

Новую систему отчетности для топ-менеджеров госкомпаний может ввести законопроект Минэкономразвития, уже внесенный в правительство (есть у «Ведомостей»). Он вносит поправки в закон о закупках госкомпаний (№ 223-ФЗ) и несколько других законов, обязывающие топ-менеджеров госкомпаний и госкорпораций раскрывать информацию о родственниках, возглавляющих или участвующих в капитале поставщиков.

Подготовить поправки Владимир Путин и Дмитрий Медведев поручили еще в 2012 г., когда развернулась кампания выявления коррупционных связей между руководством госкомпаний и их контрагентами. В феврале на президентской комиссии по ТЭКу Путин критиковал правительство за слишком долгую подготовку документа.

Как рассказали два федеральных чиновника, документ концептуально согласован всеми ведомствами, включая антимонопольную службу и Минфин. Законопроект будет внесен в Госдуму, но не обязательно в версии Минэкономразвития, сообщила пресс-секретарь премьера Наталья Тимакова.

Новые правила отчетности таковы. Доля государства, при которой компании подпадают под 223-ФЗ, снижается с 50% до 25% (см. врез). Родственник, возглавляющий или входящий в органы управления госкомпании, сама компания и даже реестродержатель (в случае если родственник контрагента — акционер) должны предоставить сведения назначенному правительством ведомству. Чиновники же разместят их (имя, должность, данные о компании) в специальном разделе на сайте zakupki.gov.ru. Правила вступят в силу с 1 сентября.

Кто считается родственниками и членами семьи, в законе не сказано, но есть отсылка к семейному законодательству. Семейный кодекс определяет только круг близких родственников (дети, родители, дедушки, бабушки, внуки, братья и сестры), а не членов семьи, к последним относится явно только супруг, объясняет адвокат МГКА Алексей Мельников, но суд может признать любого человека членом семьи — например, если они живут вместе и ведут общее хозяйство.

Поручение выглядело жестко — запретить сделки с родственниками, но это невозможно по Гражданскому кодексу, говорит федеральный чиновник. Поэтому пошли по пути санкций за нераскрытие информации и судебного оспаривания сделок в обход закона. Поставщику грозит дисквалификация от поставок государству и госкомпаниям (до трех лет за первое нарушение), сотрудникам реестродержателей — штраф (до 15 000 руб.), самим высокопоставленным родственникам — увольнение. С исками могут обратиться не только чиновники, но и любые заинтересованные лица.

По словам федерального чиновника, планируется, что собирать информацию будет ФАС, а контролировать — Росфинмониторинг, но будут ли сведения публичными, пока не решено. Из текста законопроекта это также не ясно. В ФАС исходили из того, что информация должна быть общедоступной, чтобы сделки могли оспаривать заинтересованные лица, включая других поставщиков, но требуется соотнести эту норму с законодательством о персональных данных, говорит представитель ФАС.

По данным «Коммерсанта», РЖД в 2012 г. арендовала около 10 000 полувагонов у частного«РТ оператора», совладелец которого Кирилл Амосов — племянник президента РЖД Владимира Якунина. Предприятия «Росатома» пользуются услугами Саровбизнесбанка, который, как выяснили «Ведомости», до конца 2011 г. контролировал сын Сергея Кириенко Владимир. А Лариса Синельщикова, владелица «Красного квадрата», одного из крупнейших поставщиков контента для «Первого канала», была гражданской женой гендиректора канала Константина Эрнста.

Мера будет действенной для борьбы с аффилированными закупками, считает гендиректор электронной торговой площадки Газпромбанка Андрей Черногоров: в первую очередь ее цель — собрать информацию, а дальше все зависит от того, насколько эффективно ею воспользуются. Цель всей затеи — собрать информацию о связях руководства, согласен гендиректор Центра размещения государственного заказа Александр Строганов, — он сомневается в ее эффективности.

«Мы раскрываем сведения в соответствии с законом и предоставляем всю информацию, которую запрашивают регулирующие органы», — заявил представитель РЖД. Представитель«Первого канала» Лариса Крымова сообщила, что если такие поправки будут приняты, то компания, конечно, начнет раскрывать данные о закупках.

Дмитрий Казьмин
Максим Товкайло

06.03.2013, 38 (3300)

 

ФАС нашла наказание для госкомпаний

Антимонопольная служба намерена штрафовать госкомпании за непрозрачные заказы; штраф за нарушение процедуры — 5 млн руб.

Если вам нетрудно, «Газпром», сделайте, пожалуйста, прозрачной процедуру торгов, а если вам совсем несложно <...> может быть, оповестите всех, когда вы торги проводите«- так на вчерашней коллегии Федеральной антимонопольной службы (ФАС) ее руководитель Игорь Артемьевзаочно уговаривал газовый концерн.

«Нужно двигаться к существенному ужесточению 223-го закона [о закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц]», — заявил Артемьев, посетовав на несоблюдение требований закона.

Требования закона распространяются на госкомпании с их «дочками» и «внучками», госкорпорации, естественные монополии, унитарные предприятия и на частные компании, «осуществляющие регулируемые виды деятельности» (например, коммунальные услуги). По разным оценкам, это от 200 000 до 400 000 юрлиц, говорит гендиректор Центра размещения госзаказа Александр Строганов, а объем их закупок сопоставим с объемом госзаказа и оценивается в 6,7 трлн руб. в год.

ФАС хотела сделать регулирование закупок этих юрлиц практически таким же жестким, как и для чиновников. Правила раскрытия информации были бы аналогичными нормам закона о госзакупках, госзаказчики были бы обязаны публиковать информацию о закупках на zakupki.gov.ru и в реестре казначейства.«Но [законопроект] был утоплен естественными монополиями», — посетовал Артемьев.

Закон был принят в июле 2011 г., его требования вступали в силу поэтапно вплоть до января 2013 г. Он всего лишь требует опубликовать утвержденные самой компанией правила закупок и следовать им, объяснял Артемьев: «Во-первых, публикуют абы что, во-вторых, [правил] не придерживаются, в-третьих, занимаются дискриминацией — цены у них выше, чем на госзакупках».

По мнению Артемьева, закон надо «существенно» изменить и для начала предусмотреть санкции для должностных лиц и компаний. Штраф для должностного лица может составить, как и в случае с чиновниками, 50 000 руб., рассказал он. «Но для “Газпрома” или РЖД это копеечная сумма», — вздохнул Артемьев, поэтому нужны штрафы и для компаний. При обороте свыше 10 млрд руб. в год штраф за однократное нарушение требований к закупочной деятельности мог бы составить 5 млн руб., при меньших оборотах — 100 000 руб., заметил он: «Хотя и то маловато».

Эти санкции уже «примерно согласованы» в ФАС, рассказал Артемьев. В Минэкономразвития предложений по ужесточению закона еще не видели, говорит чиновник ведомства. Но первый вице-премьер Игорь Шувалов призвал изменить требования к госкомпаниям и госкорпорациям поскорее и принять поправки до конца весенней сессии Госдумы параллельно с принятием закона о Федеральной контрактной системе во втором чтении.

Госкомпании с критикой Артемьева не согласны, уверены в прозрачности своей закупочной деятельности и штрафов не боятся. К «Роснефти» не было претензий по поводу ее закупок, компания выступает за открытость и рыночные процедуры, сообщил ее представитель. «ФАС пристально следит за деятельностью РЖД, поэтому претензии предъявлялись и ранее, но львиную долю дел мы выигрывали», — говорит представитель компании. ВЭБ ведет закупочную деятельность в соответствии с законодательством, а вся информация о закупках доступна на сайте, утверждает представитель госкорпорации. Представитель «Газпрома» не ответил на запрос «Ведомостей» о закупочной деятельности компании.

Но слова Артемьева подтверждает «Национальный рейтинг прозрачности закупок» за 2012 г. Из него следует, что 59% государственных корпоративных закупщиков выполняют только базовые требования или обеспечивают низкую прозрачность закупок, и лишь 22% — «высокую» или «гарантированную» прозрачность.

Многие компании, на которые распространяется закон не представляют содержание его требований, рассказывает Строганов, не везде даже знают, что нужно составлять планы закупок — просто размещают заказ. Часто заказчики и вовсе думают, что преимущественный способ закупки — у единственного поставщика и лишь в исключительных случаях необходимы торги, рассказал замминистра связи Михаил Евраев, ранее курировавший госзаказ в ФАС. Прежде чем вводить штрафы, нужно хотя бы обозначить требования к корпоративным заказчикам, считает Строганов, иначе штрафы помогут пополнить казну, но не наладить прозрачную систему закупок.

Маргарита Лютова

01.03.2013, 35 (3297)

 

Пять вопросов о главном

Начало года считается традиционным временем для подведения итогов и построения планов на будущее. Свою оценку событиям 20012 года представляют ведущие эксперты в области госзакупок, отвечая на следующие вопросы:

1. Какое, на ваш взгляд, событие в области госзакупок можно считать главным в 2012 году?

2. Насколько реальны перспективы принятия закона о ФКС в 2013 году?

3. Будет ли закон о ФКС совершенно новым или объединит в себе нормы ФЗ-223 и ФЗ-94?

4. Как скажется вступление России в ВТО на госзакупках в 2013 году?

5. Кто, по-вашему, будет определять погоду в области госзакупок в 2013 году?

Олеся Романова Заместитель руководителя тендерного комитета Москвы

1. Одним из значимых событий уходящего года стало то, что Москва (уже который год подряд) возглавила ежегодный национальный рейтинг прозрачности госзакупок среди субъектов Российской Федерации. Лидерство Москвы стало итогом большой планомерной работы, проводимой Правительством Москвы, по совершенствованию размещения государственного заказа.

 Определяющей частью этой работы стало принятие в 2012 году двух концептуальных нормативно-правовых актов: постановлений Правительства Москвы о системе закупок города Москвы и об утверждении порядка формирования начальной (максимальной) цены государственных контрактов и гражданско-правовых договоров. Документы направлены на повышение эффективности размещения заказов для государственных нужд города и нужд бюджетных учреждений, структурирование, регламентирование заказа и уровней работы с ним, совершенствование конкурсной и аукционной документации, процедур проведения запроса котировок, обоснования начальной цены контракта, на упорядочение деятельности государственных заказчиков и иных заказчиков. В этом году был разработан и принят в первом чтении проект федерального закона «О Федеральной контрактной системе в сфере закупок товаров, работ и услуг» (в части регулирования государственных и муниципальных закупок). Законопроект направлен на совершенствование закупочной деятельности. Наш департамент, его руководитель Геннадий Валентинович Дёгтев, юристы, специалисты активно работали над первым чтением законопроекта и подготовили значительный перечень поправок ко второму чтению. В целом же напомню, что Москва в рамках госзаказа размещает значительный объем средств - около 650 млрд руб. в год.

2. Думаю, что вполне реальны. Необходимость закона назрела. Этот закон отрегулирует полный цикл закупок, прогнозирование и планирование, осуществление закупочных процедур, исполнение контрактов, аудит и контроль полученных результатов. Хотя проект закона предполагает большое количество подзаконных актов, сроки принятия которых нигде не прописаны, необходимо установить их. Также отдельные положения законопроекта не согласуются с принципами организации местного самоуправления. Законопроект, например, дает региональным властям, уполномоченным на определение заказчиков, право исполнять функции аналогичных уполномоченных органов муниципальных образований на основании соответствующих соглашений между субъектами и муниципалитетами. Однако Конституция Российской Федерации этого не допускает. Поэтому предлагается предусмотреть делегирование прав только между органами местного самоуправления разных типов муниципальных образований (поселений и муниципальных районов).

Требуют конкретизации многие другие нормы, например, такие как ответственность заказчика за недостижение результата закупок, процедура расторжения контракта, порядок и механизм работы института общественного контроля и др. Так что работы еще немало.

3. Разработанный проект закона будет новым, он идет на смену ФЗ-94, который свои задачи выполнил. Законопроект более либерален по отношению к заказчику, дает более широкий выбор способов размещения заказа в зависимости от ситуации.Он прописывает весь цикл размещения заказа. Если ФЗ-94 регламентирует только процедуры размещения, не ориентируясь на конечный результат, на аудит исполнения контракта, то ФКС будет концентрировать в себе все этапы — от планирования до исполнения контракта с последующим аудитом его результата. Считаю, что указанные составляющие существенно облегчат работу заказчиков и будут стимулировать на результат.

4. Никак не скажется. Россия не ратифицировала протокол ВТО о госзакупках.

5. Если ответить коротко, то главными здесь будут граждане страны, в Москве - москвичи, ведь госзакупки охватывают все сферы их жизни: социальную, культурную, общественную, здравоохранение, образование. Государственная власть, Правительство Москвы должны решать весь спектр социальных, общественных, экономических задач в соответствии с федеральным и региональным законодательством.

Илия Димитров Исполнительный директор общероссийской общественной организации малого и среднего предпринимательства «Опора России»

1. Уходящий год был богат событиями в сфере госзаказа. Здесь и принятие Госдумой в первом чтении закона о ФКС, и продление действия Закона № 1-ФЗ «Об электронно-цифровой подписи» наряду со вступлением в силу Закона № 63-ФЗ «Об электронной подписи», а также первые закупки для собственных нужд компаний с государственным участием в соответствии с нормами ФЗ-223. Нельзя обойти стороной положительную  динамику, которую показали пять федеральных операторов электронных торговых площадок в процессе формирования отечественной системы электронного государственного заказа. Однако, вне всяких сомнений, наиболее значимым событием уходящего года можно считать фактическое решение наболевшего вопроса о трансграничном использовании электронной подписи в рамках Таможенного союза трех стран.

При этом отмечу, что на сегодняшний день соответствующие договоренности достигнуты между Белоруссией и Россией. В частности, с ноября 2012 года белорусские организации могут участвовать в российских электронных аукционах с территории республики, а резиденты Российской Федерации - в белорусских электронных аукционах, пользуясь электронными цифровыми подписями, выданными российскими удостоверяющими центрами.

2. Создание любого нового закона предполагает длительный процесс обсуждений, экспертных оценок, прохождение парламентских слушаний, внесение по их результатам соответствующих изменений и дополнений. Тем более если это касается закона, который призван реформировать систему государственного заказа в России. Учитывая, что законопроект уже прошел первое чтение в 2012 году, перспективы его принятия в 2013 году вполне реальны.

3. Сегодня рано говорить о конечной версии закона о Федеральной контрактной системе. Очевидно, что финальный документ будет представлять собой свод норм и правил, которые были сформулированы исходя из существующих достижений в сфере российского госзаказа.

4. Соглашение по правительственным закупкам ВТО относится к так называемым необязательным многосторонним соглашениям. В отличие от GATT (The General Agreement on Tariffs and Trade - Генерального соглашения по тарифам и торговле) или GATS (General Agreement on Trade in Services — Генерального соглашения о торговле услугами), присоединение к данному соглашению добровольное. В действующем виде Соглашение по правительственным закупкам ВТО стало одним из результатов Уругвайского раунда и вступило в силу с 1 января 1996 года. Им управляет Комитет по правительственным закупкам ВТО.

На настоящий момент соглашение подписали США, страны Евросоюза, Канада, Армения,

Гонконг, Исландия, Израиль, Япония, Корея, Лихтенштейн, Аруба, Норвегия, Сингапур,

Швейцария, Тайпей. Еще 22 страны, включая Австралию, Аргентину, Китай, Саудовскую Аравию, Турцию, Украину, имеют статус наблюдателя.

В ходе переговоров о присоединении к ВТО Россия уведомила ее членов о своем намерении присоединиться к Соглашению о правительственных закупках. Россия также подтвердила, что, став членом ВТО, она запросит предоставление статуса наблюдателя к соглашению и начнет процесс присоединения к нему в течение четырех летс момента присоединения. Но начать переговоры по присоединению не означает присоединиться. Сроки ведения переговоров по присоединению к соглашению ничем не ограничены. Это означает, что у России есть право, а не обязательство присоединиться к соглашению. Китай, например, ведет переговоры по присоединению уже 9 лет, Австралия и Турция — 5 лет.

5. Нет никаких сомнений, что погоду в сфере госзакупок в 2013 году будет определять профильное законодательство.

Сергей Габестро Генеральный директор НП «Национальная ассоциация институтов закупок»

1. Я не стал бы ограничиваться только сферой госзакупок, регулируемой ФЗ-94. На мой взгляд, необходимо рассматривать отрасль закупок в целом, включая и корпоративные закупки. И здесь важнейшим событием стало создание, утверждение и активное развитие Национальной ассоциации институтов закупок.

2. В 2013 году закон о ФКС будет принят и вступит в силу с 2014 года. А в будущем году законопроект будет активно дорабатываться, будут создаваться подзаконные нормативные акты. Безусловно, это большая работа, и ее необходимо вести с привлечением всех экспертных ресурсов.

3. В целом тенденция к некоему объединению есть, но она очень опасна. На мой взгляд,

необходимо очень жестко провести грань между публичными и корпоративными закупками. Государственная закупка — это закупка, которая должна быть абсолютно прозрачна. А в корпоративных закупках даже с публичной компонентой нельзя не учитывать некое падение конкурентоспособности компании-заказчика при «опрозрачивании» закупочной деятельности. Я считаю, что в данных вопросах стоит опираться на ведущий мировой опыт, например на рекомендации ОЭСР о противодействии сговору на торгах. Эти международные нормы в следующем году, при вступлении России в ОЭСР, станут обязательными для исполнения. Их разумно начинать

выполнять уже сейчас.

4. Не думаю, что произойдут существенные изменения. При подписании соглашения по ВТО сфера госзакупок была выведена из зоны регулирования.

5. Три ключевых игрока в сфере госзакупок - это Министерство экономического раз-вития, Федеральная антимонопольная служба и Министерство финансов. Безусловно, сильнейшим игроком на рынке является ФАС с ее функциями регулятора. В последнее время возросло значение Минфина. Думаю, в 2013 году эта тенденция сохранится.

Александр Строганов Генеральный директор Центра размещения государственного заказа

1. Трудно отнести какое-либо событие к знаковым. В 2012 году продолжалось вялое движение в сторону Федеральной контрактной системы, по традиции состоялось несколько выставок и конференций, уходили и приходили люди, чьи должности, а следовательно, и деятельность связаны с госзаказом… Но что все-таки можно выделить особо - это набирающие обороты коррупционные скандалы, связанные с госзаказом. Вот уж поистине примета современной истории российских закупок: пошли скандалы - жди нового закона. Появление этих скандалов - недвусмысленный сигнал к срочным переменам, это очевидно.

2. Перспективы принятия закона о Федеральной контрактной системе в 2013 году вполне реальны.

Ставший уже притчей во языцех ФЗ-94, кажется, уже всем доказал свою полную несостоятельность. Из всех декларируемых им целей достигнута была лишь одна — госзакупки стали прозрачнее. «Экономия» полностью подменила «эффективность», и при оценке итогов размещения заказов рассматривался (и продолжает рассматриваться) только размер экономии бюджетных средств, рассчитываемый как разница между начальной (максимальной) ценой контракта и ценой, по которой была произведена закупка. При декларировании развития добросовестной конкуренции в качестве одной из основных целей закон способствует созданию режима наибольшего благоприятствования для недобросовестных поставщиков.

Потребность в кардинальных реформах сейчас велика, как никогда. На это Президент России В.В. Путин обратил внимание в своем послании Федеральному Собранию: «Настоящей «питательной зоной» для коррупции стали госзакупки. Прошу парламент ускорить принятие закона о Федеральной контрактной системе. Причем важнейшее значение имеет аудит эффективности и целесообразности бюджетных расходов, закупок государства и госкомпаний, а также публичная отчетность о ходе и результатах исполнения госконтрактов».

3. Довольно сложно придумать в закупках что-то принципиально новое. Будет ли закон о ФКС «новым»? Для России — безусловно. Но ФЗ-223 и ФЗ-94 совершенно разные. Объединение их в одно целое может привести лишь к тому, что госкорпорации, акционерные общества и другие присоединятся к государственным и муниципальным заказчикам. Заниматься прогнозами — дело неблагодарное, но хочется надеяться, что этот «новый» закон не сумеют изгадить до степени ФЗ-94. Вот тогда он будет действительно новым. Дело останется за его реализацией. А вот как это будет, здесь вряд ли кто возьмется прогнозировать.

4. Госзаказ не обратил ни малейшего внимания на вступление нашей страны в ВТО и вряд ли обратит в обозримом будущем. Причин множество. Это и ориентированность потребителей на качественную продукцию (читай — импортную) по причине неспособности абсолютного большинства российских производителей конкурировать с зарубежными коллегами. Поставщики российские — продукция зарубежная. Это и попытки продолжать «стимулировать» российского производителя, при соблюдении правил, но в обход принципов ВТО, что приводит лишь к удорожанию импортной продукции, а не к повышению качества отечественной и, соответственно, росту спроса на нее. Ждать переориентации госзаказа на российскую продукцию не стоит, как и не стоит ждать активизации иностранных поставщиков на этом рынке. Иностранных участников попросту отпугивает наша система размещения заказов. Поэтому картина госзакупочного рынка сохранится — отечественные поставщики с импортной продукцией.

5. Мне кажется, что не совсем верно говорить «определять погоду». Точнее будет - «определять политику». Видимо, такова уж специфика России, что при возникновении больших (а нередко и малых) проблем решать их возможно только в режиме «ручного управления». Вспомним принятие ФЗ-94. Пока премьер-министр не доложил президенту об уровне коррупции в госзакупках - закон пылился в ведомственных кабинетах. Так и сейчас. Пока предыдущий и нынешний президенты не озвучили свои позиции по ФКС, все заканчивалось одними словами: «Надо реформировать». - «Надо», - кивали слушатели и вяло аплодировали. Так что, скорее всего, «определять политику» в области госзакупок будет политическая воля. В противном случае, госзакупки обречены топтаться на месте.

Бюллетень оперативной информации

"Московские торги" № 1, январь 2013 г.

  

Система госзакупок: как государство теряет деньги?

Государство переплачивает за госзаказ десятки миллиардов рублей. Работы либо обходятся дороже, либо вовсе не выполняются. Аудиторы Счетной палаты обнаружили масштабные нарушения при проведении конкурсов на освоение бюджетных средств. Проверки выявили, что только во втором квартале этого года лимит расходов на госконтракты был превышен на 70 миллиардов рублей. При этом есть основания полагать, что подрядчики искусственно завышают цены. В некоторых случаях стоимость услуг в договоре оказывалась выше рыночной на 500%. Эксперты подозревают, что аудиторы нашли лишь малую часть нарушений. Подробности - в материале корреспондента "Вестей ФМ" Николая Осипова.

Цена не имеет значения. Госзаказы, за которые идет борьба между подрядчиками, где побеждает тот, кто потребует меньше всего денег, на самом деле распределяются по каким-то иным правилам. Ведь цены в итоге оказываются выше рыночных. В Счетной палате выяснили, что во втором квартале этого года такие переплаты составили более 70 миллиардов рублей. То есть в бюджете была заложена одна сумма, а потратили совсем другую. Еще 7 миллиардов вообще потрачены непонятно на что, поскольку результата по условиям контракта не достигнуто. Как так получается, нам пытается объяснить генеральный директор Центра размещения государственного заказа Александр Строганов. Вероятнее всего речь идет о сравнении цен на рынке и в контракте:

"Нет методики оценки эффективности. Думаю, Счетная палата считала таким образом, что брала какие-то рыночные цены, сравнивала с полученными на торгах, и если они превышали, то считалось, что это неэффективно. Это не так, потому что сами торги - это и есть рынок в определенной географической точке, в определенное время. Поэтому, какая цена там получилось, при условии, что торги проведены нормально - это есть рыночная цена", - поясняет Строганов.

При этом остается загадкой, как в некоторых случаях заказчик и исполнитель приходят к определенной цене. Примеры наглядно показывают, как государство теряет деньги. К примеру, установка детских игровых комплексов в Северном округе столицы почему-то обошлась бюджету значительно дороже, чем эти работы стоят в обычных прайс-листах подрядчика. Разница в стоимости достигает в отдельных случаях 550%.

Манипуляция ценами - тоже один из приемов, позволяющих высасывать деньги из бюджета, поясняет правила этого рынка председатель правления Гильдии отечественных специалистов по государственному и муниципальному заказам Ирина Кузнецова:

"Мы обязываем заказчиков всегда запрашивать цены с рынка, это основной метод определения цены. А рынок у нас чрезвычайно креативный. Он быстро понял, что может, сговорившись, представлять государству какие угодно цены. И мы сейчас видим, как цены госзакупок меняют цены рынка, они свои прайсы на своих сайтах тоже меняют в сторону повышения, ориентируясь на то, что он представил заказчику. А заказчик эту цену выставляет как стартовую на торги, поскольку это был запрос у рынка. А рынок-то договорился", - замечает Кузнецова.

Потерянные миллиарды выглядят внушительно, но это далеко не вся картина бедствия в госзакупках, обращают внимание эксперты. Об этом можно судить по другим скандалам. К примеру, вокруг Елены Скрынник, работу которой тоже вроде бы проверяли, но претензий не находили. Причем она сама отсылает в Счетную палату, которая, по ее словам, регулярно следила за деятельностью вверенного Елене Скрынник ведомства. А сейчас вдруг всплывает информация о многомиллиардных потерях. Масштаб действительно может быть больше, считает председатель правления Гильдии отечественных специалистов по государственному и муниципальному заказам Ирина Кузнецова:

"Пока Счетная палата не прошла всех до одного заказчиков такой тотальной проверкой, каков объем бедствия по неэффективному и нецелевому использованию, еще предстоит узнать. Думаю, этим следует заняться очень подробно", - говорит Кузнецова.

При таком подходе получается, что какой бы бюджет ни закладывали изначально на тот или иной заказ, цена всегда может измениться в сторону повышения. Еще одна загадка освоения этих средств в том, откуда чиновники берут эти переплаченные миллиарды, если при формировании бюджета там была заложена меньшая сумма, комментирует первый заместитель председателя комитета Госдумы по бюджету и налогам Максим Рохмистров:

"Бюджет - это такая смета расходов, где прописано, сколько денег может потратить то или иное ведомство. И если где-то тратится больше, значит, это отбирается у кого-то другого. Они же не могут нарисовать. И думаю, что по получению заключений Счетной палаты надо посмотреть, откуда эти деньги появились и на что они направлены. На улучшение жизни отдельно взятых чиновников?" - задается вопросом Рохмистров.

Самое частое нарушение правил размещения госзаказа - это ограничение доступа к торгам посторонних подрядчиков. Об этом тоже говорят аудиторы. Достигается это разными способами, от составления требований к выполняемым работам таким образом, чтобы они подходили только нужному исполнителю, до откровенного мошенничества при замене букв алфавита в названии заказа, чтобы его мог найти только свой подрядчик. Аудиторы не расследовали каждый случай в отдельности, но увидели, что загадочным образом очень многие конкурсы проводятся всего с одним участником, а, к примеру, заказы Рослесхоза подозрительным образом попадали к структурам, подконтрольным этому же ведомству, то есть фактически чиновники платили бюджетные деньги своим же подчиненным.

Если нарушителей поймают за руку, им грозит наказание, но совсем нестрашное, замечает генеральный директор Центра размещения государственного заказа Александр Строганов. Контракт может стоить миллиарды, а штраф - это всего несколько тысяч рублей:

"Это один из способов уйти от проведения торгов, за непроведение торгов существует штраф 50 тысяч рублей. Когда речь идет о многомиллионных закупках, такой штраф никого не пугает. Это распространенное явление, назначают «зицпредседателя Фунта», который потом расплачивается, а сам заказчик уходит от ответственности", - рассказывает Строганов.

Эксперты отмечают, что при всем масштабе нарушений система госзакупок стала заметно прозрачнее, иначе, в конце концов, аудиторы и не находили бы никаких несоответствий в размещении заказов. Правда, логическое продолжение в виде полноценного расследования за этим следует нечасто. Выводы Счетной палаты остаются в статусе информационного сообщения, несмотря на шокирующие цифры, если только за один квартал потери составили более 70 миллиардов рублей, то за год счет может идти уже на сотни.

Вести ФМ

04.12.2012

 

Made in Russia: officials obliged to source locally

State Duma and Public Chamber are working on a legislation the will oblige civil servants to purchase goods made by Russian manufacturers rather than foreign.

The authors of the initiative believe the new legislation would support local producers, while opponents insist that only open competition can really encourage the development of industry.

It is suggested that foreign companies should not be allowed to participate in procurement tenders if Russian companies produce the required merchandise.

“We should rule out the very possibility of purchasing an imported product if a domestic one is available,” Sergey Zheleznyak, a senior deputy from the United Russia party told Izvestia daily.

So far, civil servants have not been really patriotic at least when it comes to choosing cars and it is uncommon thing to see officials using a Lada or a Volga. The majority prefer European or Japanese vehicles.

“Yes, our automobiles are not very good. And our roads are not very good. So, bureaucrats should feel all the shortcomings of both with their own backs,” Sergey Markov, a member of the Public Chamber, pointed out. Civil servants should also remember the huge amount spent on state procurement and it should go to Russian producers, the stressed.

Earlier this year, President Vladimir Putin stated that civil servants must use vehicles made in the Common Economic Zone (Russia, Belarus and Kazakhstan).

He personally tested several Russian-made vehicles, including the Lada Kalina Sport and Lada Granta by AvtoVAZ. Putin explained later that his test-drives were meant to draw attention to local automakers and support them.

Meanwhile, some experts are skeptical about the proposed legislation.

“Closeness leads to lack of competition and, as a result, to lower quality and higher prices,” said Mikhail Yevrayev, the former head of the Federal Antimonopoly Department on state procurement control.

Aleksandr Stroganov, the chief of the Center for State Procurement, agrees the suggested law will not work as it is unclear what can be considered Russian goods.

For instance, several large foreign automakers have been operating in Russia for over a decade. Even though their cars are made in Russia, they can still hardly be related to the country.

Another question is how to define foreign versions.

“Well, [Lada] can be called a version of a Mercedes, it also has four wheels,” he told Vesti FM radio station.

United Russia MPs plan to discuss possible mechanisms for the proposed bill with experts during a forum in mid December and after that develop the document.

Russia Today

04.12.2012

 

Чиновники поддержат отечественного производителя

Чиновников хотят заставить покупать российские товары через систему госзакупок. Ряд экспертов и депутатов предложили законодательно обязать ведомства приобре